- Пристегнись.
Я старалась, честно старалась справиться с истерикой, но... слишком много стресса и напряжения пришлось пережить в последние несколько дней. Слишком долго я держала в себе всю боль и отчаяние перед предстоящей разлукой; готовясь к ней весь август – при этом, до конца не веря, что она случилась! А она случилась! Я вся была поглощена своими эмоциями и душевными страданиями, поэтому удивилась, обнаружив, что Женя привёз меня к себе. Но я, конечно, не думала, что он хочет оставить меня у себя - он ведь уже чётко выразился! Просто не захотел везти меня домой...
- Я доеду сама, - я беспрерывно всхлипывала, но уже хотя бы не рыдала.
- Пока поживёшь у меня, - ответил он, выходя из машины.
Я тоже вышла.
- У тебя?! Ты же не хотел...
- Захотел, - хмуро отозвался Женя.
Это явное нежелание жить со мной заставили меня вскинуть голову. Он заметил мою реакцию, тут же оказался рядом, склонился надо мной. Спросил низко и вкрадчиво:
- Ты больше не хочешь этого?
У меня сбилось дыхание. Да, я хотела, хотела... Но...
- Что значит "поживёшь"? Почему "пока"?
Женя непроницаемо смотрел на меня.
- Ты против?
- Нет... Но сколько это - поживёшь?
- Сколько захочешь, - как-то тонко улыбнулся он - словно насмехался надо мной.
А я смотрела на него и не могла отгадать о чём думает такой родной и далёкий мужчина.
- Конечно, если ты не хочешь жить со мной, я отвезу тебя… - всё с той же улыбкой проговорил он.
- Я хочу, - определилась я. Что скрывается за этой улыбкой разберусь позже: сейчас главное - быть с ним!
Любимый кивнул, будто и не ждал другого ответа. Это меня задело. Но... я действительно не могла ответить по-другому. Я исчерпала запасы воли, заставлявшей меня держаться весь август и в конце концов осуществить задуманное - отпустить мою синицу на волю; а кроме неё больше не было ничего, что могло бы удержать меня вдали от любимого. Гордость? Самооценка? Пф! Потребность в нём смела их, как ветер сносит пёрышко! Я хотела быть с Женей и готова была быть с ним на его условиях.
Он, видимо, понял, что происходит в моей голове – серые глаза внимательно наблюдали за мной пока мы поднимались в лифте - потому что улыбнулся. Удовлетворённо. Я вздохнула, отведя взгляд: он и так был сильнее меня, а теперь... Стал ещё сильнее: моя слабость - моя любовь, с которой я не могла совладать - дала ему практически неограниченную власть надо мной! И всё же, ради того, чтобы быть с ним, я согласна была поступиться и большим.
Вскоре выяснилось, что мне предлагали именно пожить в квартире, а не жить вместе, как муж и жена: Женя ложился со мной в постель исключительно, чтобы я уснула. Мои ласки пресекались на корню - не грубо, но с решительностью, не оставлявшей мне возможности настаивать. Даже днём он избегал моих прикосновений. Останавливал взглядом, когда я хотела его коснуться, перехватывал мои руки за кисти, когда хотела обнять. О поцелуях не было и речи!
Такое поведение любимого вызывало у меня депрессию. С его стороны было жестоко - лишить меня себя! Я страдала, желая его ласк, желая ласкать сама. Он не позволял.
На третий день я задумалась о том, что жизнь в таком формате отношений рано или поздно сведёт меня с ума.
- Женя, если ты не позволишь себя касаться, я поеду в клуб и там буду танцевать с кем придётся, - пригрозила я: тело сходило с ума от отсутствия привычной дозы моего наркотика.
- Я тебя предупреждал: никакого шантажа, - мягко и угрожающе подошёл он ко мне.
Кровь бросилась в голову. Я прошипела:
- Если ты воспринимаешь мои потребности как шантаж, я больше не буду тебе о них говорить!
Резко развернулась, намереваясь действительно поехать и оторваться, выплеснуть в танце адреналин и сексуальную неудовлетворённость. Меня перехватили за талию, прижали к стене и все мысли о том, чтобы куда-то ехать покинули мою голову. Я танцевала с Женей - дикий и необузданный танец любви. Злости и упрёков. Взаимных обвинений и непонимания. И всё же, несмотря на его злость и мою обиду, наш танец был прекрасен! Он был полон гармонии. Женя наступал - я выгибалась; он вёл - я следовала; а потом просто прижалась к нему, и мне стало так хорошо на душе! Женя мог сердиться на меня, но то, как он меня любил показывало, что он по-прежнему меня любит.
- Спасибо, - прошептала я ему.
Любимый не ответил; встал и вышел. И моё счастье потускнело. Потому что, может, он и любил меня по-прежнему, но... любить не хотел. Я снова вынуждала его. Одевшись, вышла к нему.