А теперь Женя и вовсе готов был полностью изменить своему решению уйти - и остаться со мной. Стоило мне сказать: "Останься!" - и он сделал бы так, как я желала. Как можно было от этого отказаться? Как Женя мог требовать этого?! Он не требовал - ничего. Любимый снова стал ласков со мной и нежен; не называл меня иначе, чем "любовь моя" и не противоречил ни в чём. Я получала всё, что хотела - и в любви, и в жизни. Кроме наркотиков. В этом - единственном - он был непоколебим. Но их я и не просила.
Наоборот, перед новой угрозой разрушения своих отношений с Женей, я, наконец, осознала срочную необходимость полностью отказаться от этого пагубного соблазна! Наркотики расшатали мою психику и нервы: из-за них я слишком часто теряла контроль над собой; из-за них не могла вести себя достойно и уважительно, внушив Жене чувство, что его мнение для меня ничего не значит, что я ни перед чем не остановлюсь, чтобы настоять на своём!
Теперь я всячески старалась загладить недавнее поведение. Я тоже стала с любимым нежна и ласкова; больше не царапала его ни ногтями, ни словами, относилась бережно к его чувствам, выказывала уважение... Такое поведение нас обоих пошло нашим отношениям на большую пользу: они выровнялись, перестав походить на извергающийся вулкан!
Мы стали общаться; я рассказала Жене об университете, он мне - о работе. Когда любимый забирал меня из реабилитационного центра, мы вместе готовили ужин, потом садились есть и разговаривали: о книгах и о культуре, об истории и о политике, даже о наркотиках и о том как важно излечиться от зависимости. Единственное, чего мы не касались - совместного будущего. Даже мимолётом. Женя очень одобрил моё желание закончить образование. Ему нравились мои рассказы на исторические темы: причины, приведшие к революции 1917 года, и первобытное общество – Женя охотно слушал всё, что меня увлекало.
- Я тебя заговорила, - временами со смущением прерывала себя.
- Нисколько, - улыбался он. - Я рад, что у тебя есть страсть. Человек должен самореализовываться.
Благодаря его поддержке я решила хотя бы попытаться сдать сессию. Ради этого требовалось уйти из реабилитационного центра: я должна была быть в университете, договориться с преподавателями о закрытии всех накопившихся долгов... Робко озвучила Жене своё желание, уверенная, что он будет настаивать на окончании реабилитации - во избежание срывов. И я бы подчинилась: мне было дороже, чтобы он чувствовал себя мужчиной и главой семьи, чем собственная реализация.
Было жаль чуть ли не до слёз как бездарно закончится семестр - а ведь я работала, вкладывала труд, время, силы! Но... оказалась слишком слаба, чтобы дойти до конца - опять. Услышав мою просьбу, любимый задумался. Прищурился, изучающе глядя на меня, будто взвешивая за и против.
- Хорошо, - ответил в конце концов.
И я воспарила к небесам от радости! У меня появлялся шанс! В порыве благодарности бросилась ему на шею. Женя рассмеялся, сжав меня в объятиях.
- Однозначно, тебе надо получить этот диплом. Никогда не видел, чтобы история вызывала у людей настолько живой энтузиазм.
- Спасибо, - поблагодарила с широкой улыбкой.
- Если это то, что делает тебя счастливой - иди по этому пути, - сказал Женя. - Не отступай.
- Не буду, - прошептала в ответ.
Однако думала я вовсе не о дипломе, а о Жене. Он делал меня счастливой, а значит, я не должна отступать. Но... могу ли я купить своё счастье ценой его самоуважения? Я боялась думать об этом, потому что опасалась, что... выберу своё счастье. Не посмотрю ни на что. И всё же озвучить это не находила храбрости. Ведь тогда сразу станет ясно, что самоуважение любимого для меня - пустой звук: что есть оно, что нет. Лишь бы он был рядом.
На подготовку к зачётам я набросилась как бешеная, направив на это все силы, все помыслы, чтобы не оставить себе ни минутки, ни капли энергии размышлять о выборе, перед которым поставил меня Женя. Преподаватели были недовольны моими прогулами и безалаберным отношением к учёбе; я не скрывая объяснила причину - наркозависимость после разрыва с любимым человеком, принесла справку из клиники и ко мне смягчились. Сыграло свою роль и то, что я всегда была на хорошем счёту, и то, что моё отсутствие не продлилось слишком долго. До зимних каникул успела сдать хвосты - работала день и ночь, так что Жене приходилось уговаривать меня пойти поспать.