- И ты меня, - хрипло произнёс он.
Отерев слёзы, посмотрела любимому в глаза; мои ноги болтались в воздухе, но наши лица находились на одной высоте.
- Я хочу отметить это.
В серых глазах мелькнуло что-то, какое-то выражение, которое я не успела ухватить.
- Что? - стальная сдержанность ушла из его голоса: он звучал нежно.
- Наш брак, - тихо ответила я. - Я... как-то не сознавала, что замужем.
Про себя опасалась, что моё признание его оскорбит, но Женя, наоборот, рассмеялся - негромко и весело, даже радостно. Я тоже улыбнулась, чувствуя как с души упал камень. Я вовремя осознала в чём была моя ошибка и нашла слова, которые её исправили! И этим облегчила не только собственную душу, но и душу любимого: я видела это в его посветлевших глазах, по разгладившемуся лбу.
- Как ты хочешь это отметить? - спросил он.
- Приготовим с тобой ужин и отметим дома, - предложила я. Заволновавшись, попросила: - Поставь меня, тебе, наверное, тяжело.
- Тяжело отпускать, - со значением ответил Женя, - а держать - легко.
Я потянулась к его губам; он - к моим, и всё перестало иметь значение. Мир исчез - посторонний мир; остался наш собственный, и в нём мы были мужем и женой, и любили друг друга! Чего же мне желать большего? Женя целовал меня, как в первый и последний раз, срывая крышу, одурманивая, вознося к небесам. Он рождал во мне эйфорию - такой взрыв чувств, что я застонала в блаженстве. Любимый прервался, я потянула его к себе за шею, и мы продолжили чудеснейшее занятие, неизменно создававшее между нами безупречную гармонию.
- Я не смогу любить тебя сильнее, Желя, - выдохнул любимый мне в губы. - Где бы ты ни захотела подтвердить наш союз: ни ЗАГС, ни церковь не прибавят к моей любви ни на полволоса. Бог свидетель, если он где-то есть и сейчас на нас смотрит - я уже схожу с ума от любви к тебе. Я не выдержу больше ни капли сверху.
Я слушала, глядя в свою вновь обретённую Вселенную, в которой потрясающе ярко сверкали мои любимые звёзды! Глаза Жени находились всего в нескольких сантиметрах от моих - я погружалась в них, ощущая себя неимоверной богачкой! Отсветы лунного серебра и сияние алмазов; и чёрный, пульсирующий космос его зрачков... Женя любил меня. Глядя в эти глаза, исчезали любые сомнения.
- Я живу тобой, - прерывисто сказал он, прижимаясь лбом к моему лбу. - Дышу. Мыслю тобой. Я не знаю как любить тебя больше. Я просто не могу: я уже весь - твой, без остатка.
Эти слова сделали меня безмерно счастливой!
- Счастье моё! - со слезами на глазах и улыбкой на губах прошептала я. - Ты - моё счастье!
- А ты - моё всё, - прошептал он, снова приникая к моим губам.
Глава 62
Дорогие читатели! Подумала, нам с вами, да и Жене с Желей надо немного расслабиться. Тем более, у них на носу праздники. Так что глава вышла игривая. :)
Для тех, кто опасается, что автор заведёт героев в дебри и они оттуда не выберутся, так и не выйдя на прямую дорогу крепкого и верного счастья друг с другом, вот древняя китайская пословица: "Невидимой красной нитью соединены те, кому суждено встретиться, несмотря на Время, Место и Обстоятельства. Нить может растянуться или спутаться, но никогда не порвётся." Мне кажется, звучит обнадёживающе!
Спасибо большое за лайки! Я очень радуюсь, когда вижу, что книга кому-то понравилась, и благодарна всем, кто их ставит.
Женя уехал на работу, а я собралась и поехала в фонд. Следовало встретиться с Настей, которая по моей горячей просьбе ещё осенью перешла работать к нам на постоянной основе. Фактически все благотворительные проекты вели она и Екатерина Максимовна Гольц: пристрастившись к наркотикам, я позорно забросила все дела, бросив фонд на их попечение. Да и потом на него не оставалось ни времени, ни сил – их отнимала борьба с наркозависимостью и реабилитацией; попытки наладить отношения с Женей и отчаянная потребность в его обществе, а после усердная учёба в судорожных попытках успеть сдать все курсовые, зачёты и прочее, чтобы быть допущенной к экзаменам!
Счастье, что помощница Жени нашла для фонда такую замечательную руководительницу - и что Настя согласилась стать её правой рукой! С ними мне не о чем было волноваться: с организационным талантом, здравомыслием и практичностью Екатерины, и сострадательным сердцем, деятельностью и опытом волонтёрства Насти, я была абсолютно спокойна за то, что деньги тратятся со смыслом и несомненной пользой! Без сомнения, с куда большим смыслом и пользой, чем распорядилась бы ими я сама.
Я знала, что они уже определили план действий на Новый год - мне не надо было ничего срочно придумывать: они прекрасно справлялись и без меня, - я просто хотела выразить поддержку и поучаствовать в их проекте. Меня встретили: Настя - с радостью, Екатерина – доброжелательно, и посвятили в детали предстоящей работы. Её было много, и я устыдилась, что уже которую неделю отстраняюсь от участия в благотворительности, но они нисколько меня не винили и, похоже, даже не особо рассчитывали.