- Анна и Стас Кольцовы, - представил Женя своих друзей.
- Здравствуйте, - поздоровалась я с ухоженной женщиной лет тридцати семи и сурового вида мужчиной лет на десять старше.
- Анжелика Проскурина, моя жена, - произнёс любимый, кладя руку мне на талию.
- Жена? – удивился Стас. – Когда ты успел? А нас почему на свадьбу не позвал?!
Анна мне улыбнулась. Я ответила на улыбку, чувствуя себя весьма неловко от их пристального внимания.
- Свадьба в феврале, - ответил Женя.
- Мы приглашены? – шутливо уточнила женщина.
- Конечно! – радушно сказал муж, и я постаралась вложить в свою улыбку больше теплоты: Женя явно относился к этой паре очень сердечно.
- Приятно познакомиться, - сказала я им.
Тёплая рука мужа на моей спине, которую он так и не убрал, добавляла смелости. Анна поцеловала меня в обе щеки, Стас тоже подошёл, но под взглядом Жени ограничился рукопожатием.
- Смотришь, как волчара! – усмехнулся он. - Не украду я твою красавицу! У меня своя есть, - и он с улыбкой взглянул на жену.
Она насмешливо приподняла бровь в ответ, однако взгляд, которым они обменялись, мгновенно убедил меня в том, что между ними царит любовь и согласие. Перед нами была счастливая семейная пара. Этим они сразу расположили меня к себе: те, кто не понаслышке знает что такое счастье смогут понять и нас с Женей. За стол я села в более приподнятом настроении. Ещё больше ободрил меня взгляд Жени – взгляд, обещавший поддержку и защиту при любых обстоятельствах. "Всё будет хорошо" – заверял он.
Я могла расслабиться: Женя хотел, чтобы я расслабилась, потому что он не позволит меня обижать – вот о чём говорили его глаза. Выдохнув, расправила плечи, отпуская внутренние зажимы, освобождая голову от страхов! Женя со мной, что бы ни было; как бы ко мне не отнеслись – на его любовь ничьё мнение не повлияет. Так стоит ли тревожиться? "Нет" – сказала сама себе и улыбнулась друзьям любимого. Я надеялась, что они станут и моими друзьями тоже.
Наш взгляд, похоже, не ускользнул от внимания Стаса и Анны так же, как их – от нашего, потому что обращение со мной изменилось. Едва незаметно, однако это чувствовалось: проскальзывало во взглядах, слышалось в интонациях, когда они обращались ко мне. Появилось то, чего не было: уважение. Поначалу на меня смотрели со скрытым недоумением, словно удивляясь что Женя во мне нашёл - будто считали, что не особо-то я ему и подхожу.
Любовь между нами, которую они, конечно же, заметили - сами любя и будучи любимыми - заставила их изменить отношение. Друзья Жени приняли его выбор – приняли меня. И теперь в свою очередь захотели познакомиться со мной ближе – познакомиться и стать друзьями. От этого обоюдного стремления беседа за столом потекла легко и свободно, потеряв скованность первых минут, и моя неловкость быстро исчезла. Анна и Стас держались благожелательно, Анна – больше, чем благожелательно. Я ей понравилась, и она открыто давала мне это понять: улыбками, словами, взглядами.
- Вот в честь кого ты назвал ресторан! – воскликнул Стас Жене. – Думаю, твоя жена оценила.
Я покраснела: вообще-то я узнала об этом только вчера, но… Да, оценила. В который раз оценила любовь мужа ко мне, которую он вкладывал даже в такие поступки, как название ресторана.
- Уверен, это ваш любимый ресторан, - не отставал Стас.
- Я здесь впервые, - смущённо ответила я. – Но мне всё очень нравится.
- Впервые? – с недоумением переспросил он.
- Если помнишь, я и сам хорошо готовлю, - насмешливо отозвался Женя.
- Другими словами, ты запер Анжелику в квартире и никуда из неё не выпускал? – рассмеялся Стас.
А вот мне смешно не было: вспомнилось как я, отчаявшаяся, дни напролёт проводила в квартире на Смоленской, смертельно тоскуя без Жени. Анна чутко уловив смену моего настроения, послала мужу предупреждающий взгляд и перехватила нить беседы.
- Вы же придёте к нам на Новый год? – спросила, обращаясь ко мне.
Я замялась. Посмотрела на мужа – он смотрел на меня: серьёзно, без улыбки. Почувствовала, что он заметил как на мне отозвалась шутка его друга и догадался о причине. Стас сделал мне больно – и тем самым я сделала больно Жене.
- Мы придём? – спросила его, потому что он так и не ответил: сидел, задумчиво сжимая в пальцах ножку бокала с вином.
- Как ты захочешь, - отозвался любимый, не сводя с меня глаз.
Я смутилась, растерялась, испугалась – от того, как явно и очевидно Женя выразил перед посторонними, что сделает так, как захочу я! От того, что взгляды Анны и Стаса стали изучающими, словно они почувствовали произошедший между нами осенью разлад; почувствовали и теперь пытались прощупать не показалась ли им наша любовь – и есть ли она с моей стороны? Или только Женя любит, а я принимаю - его любовь и материальные блага, которые она даёт? Друг мужа в особенности смотрел пронзительно, словно пытался прочитать мои тайные побуждения.