Запоздало поблагодарила за помощь – благодаря Стасу я осталась цела и невредима. Глянула на него и, перехватив взгляд мужа, улыбнулась ему, чтобы не беспокоился за меня.
Мы продолжили общаться с Анной; она оказалась увлекательной собеседницей и по-моему хорошим человеком. Под корочкой внешней сдержанности и отстранённости обнаружилась чуткая и добрая душа. Ко всему прочему, она была умной, интересной, образованной, опытной и с характером - на всё имела собственное мнение. Поначалу я чувствовала себя скованно: я, в отличие от неё, ни особой образованностью, ни интеллектуальностью похвастать не могла, чего стыдилась. Тем не менее, общие темы нашлись, да так воспламенили меня, что я с головой погрузилась в их обсуждение.
Изредка поглядывала на Женю; он чувствовал мой взгляд и отвечал улыбкой. Они со Стасом тоже не скучали, общаясь в расслабленной и дружеской манере. Мне стало ясно почему Женя ходил на Новый год именно к ним - за теплом, которого ему так не хватало, домашним теплом; чтобы погреться в лучах их семейного счастья. Похоже, его купали в нём, не скупясь: видно было, что они оба - и муж, и жена - очень привязаны к Жене. И я снова, в который раз, порадовалась, что в его жизни были такие чудесные друзья!
Была ещё одна причина почему Новый год любимый проводил у них: Женю и Стаса связывало общее прошлое. Женя рассказал об этом по дороге в ресторан. Стас приходился внуком человеку, который служил вместе с дедушкой Жени; их крепкая дружба сохранилась до смерти Антона Кольцова. Его сын - отец Стаса, работавший начальником отделения милиции - был близко знаком с семьёй Жени; именно он защитил мальчика, у которого отняли всю семью. Об этом Женя обмолвился очень коротко. Я не посмела расспрашивать: говорить об этом было совершенно не ко времени. Стас пошёл по стопам отца, дослужившись до полковника.
- Вы давно знакомы с Женей? – спросила Анну.
- Лично я - одиннадцать лет, а Стас - с детства. Они занимались дзюдо в одном кружке.
- Я и не знала, что Женя занимался дзюдо! - воскликнула наивно.
Глянула на него - муж усмехнулся, обронив:
- Не только им.
- Ты не рассказывал об этом своей жене?! - возмутился Стас, с удивлением глядя на нас с Женей.
Любимый пожал плечами, легкомысленно бросив:
- Времени не было.
Стас с женой засмеялись; я - нет. Мне пришло на ум, что своего мужа я по прежнему не знаю. И даже не особо пытаюсь узнать... Женя не позволил удариться в упадническое настроение – сжал мою руку, словно обещая, что расскажет. Хоть и с трудом, всё же заставила себя улыбнуться; пошутила, чтобы переключиться:
- Не удивляйся, если Лариса предложит тебе спарринг. Это моя подруга, - пояснила Стасу и Анне.
Стас снисходительно бросил:
- Ну, если она не боится себе шишек насадить... Хотя Женя, конечно, откажется. Он с женщинами не борется.
Во мне взыграла обида и гордость за подругу.
- Я бы не была так уверена, что она шишек не наставит! Лариса получила третий дан по карате. А ещё прошла курсы самообороны и...
Стас засмеялся, будто слушал похвальбу ребёнка.
- Против Жени ей не выстоять. Разве что он будет поддаваться.
Я поджала губы. Глянула на мужа: его глаза улыбались мне, но не насмешливо, а ласково – без чувства превосходства. Мои губы сами собой сложились в ответную улыбку. Я сказала:
- Лариса любит устраивать спарринги с мужчинами - и нередко побеждает. Берёт неожиданностью и коварными приёмами.
- Я действительно не спаррингуюсь и не сражаюсь с женщинами. Но если твоей подруге захочется, для неё готов сделать исключение, - ответил Женя.
Я была уверена, что ей захочется, только она не станет такое предлагать во избежание ущемить его мужское самолюбие и испортить отношения. Когда я поделилась своими соображениями, Стас засмеялся.
- Нет, Женя умеет проигрывать. И отыгрываться. Так что даже если ей каким-то чудом удастся его победить, первый раз станет последним. Но зла Женя не будет таить. Наоборот, мы её знаешь как уважать начнём – такую боевую девицу! Я сам его одолеть не могу.
- Потому что забросил тренировки, - спокойно отозвался Женя.
- Меня Аня не пускает, - наклонившись ко мне, театральным шёпотом пожаловался Стас.
Аня, конечно, услышала и между супругами разразилась шуточная перепалка. Мы с Женей в ней не участвовали. Я смотрела на своего мужа и думала, что на самом деле я его знаю. Очень хорошо знаю - моё сердце знает его сердце так, будто они половинки одного целого. И неважно, что мне известны ещё не все подробности его прошлого, когда моя вторая половинка жила без меня. Не знаю о чём думал Женя, но он тоже смотрел на меня, не отрываясь.