Я в волнении смотрела на любимого.
- И какое значение имеет готовишь ли ты, стираешь, убираешь? – продолжил он с грустной усмешкой. - Для меня – никакого. Хочешь – готовь, не хочешь – я найму повара или буду готовить сам. У тебя нет долга стоять у плиты или любого другого обязательства - делай то, что сама хочешь. Лишь бы тебе было хорошо, лишь бы у тебя было всё для счастья, чтобы ты не… - он резко замолчал, втянув воздух затрепетавшими ноздрями.
Я ждала продолжения – его не было; Женя смотрел на меня, крепко обнимая, - смотрел напряжённо, тёмным нечитаемым взглядом. Я озадаченно заморгала, и он будто опомнился: лицо изменилось, словно на него накинули дымку. Будто прячась, Женя прикрыл глаза длинными чёрными ресницами – предметом моего восхищения, тайным фетишом, а когда снова поднял их, всё тёмное и непонятное ушло из его глаз. Взгляд опять стал ласковым.
- Что ты хотел сказать? – мне не терпелось услышать конец фразы.
- Неважно, - уклонился он от ответа.
А когда я попыталась настаивать, легонько поцеловал и заметил, что суп остывает.
- Вкусно, - похвалил, попробовав первую ложку.
- Мне бабушка рассказала как варить, - объяснила я свой успех. – Она на тебя не надышится.
Улыбнувшись, Женя попросил передать ей привет.
- Послезавтра сам передашь, когда будем поздравлять с Новым годом. Ты ведь не откажешься сказать пару слов?
Женя заверил, что поздравит лично мою семью, а если я захочу и подруг – с большим удовольствием. И заговорил о том, как прошли корпоративы. Я слушала, а про себя гадала что Женя не договорил. Всё же не удержалась – спросила, когда он закончил есть и поднялся из-за стола.
- Желя, - он взял моё лицо в обе руки. – Я просто хочу, чтобы ты была счастлива. И всё.
Я не стала больше настаивать.
- Я счастлива с тобой, - прошептала, обнимая его.
Этой ночью Женя был особенно пылок, вновь и вновь вознося меня под небеса. Однако эта пылкость питалась из источника, чьё имя было беспокойство. И это меня встревожило – утром, потому что ночью я была неспособна соображать и анализировать. За завтраком я незаметно наблюдала за мужем. Он выглядел как обычно – и отметил то, что мне самой казалось незаметной слежкой. Вопросительно изогнул бровь, и я засмеялась, поняв, что спалилась.
- В кустах засел охотник и выслеживает добычу, - прокомментировал Женя мою неудачную разведоперацию.
Подошёл, присел передо мной, положил мне руки на колени - и сразу стало понятно, кто тут хищник, а кто добыча!
- О чём думает моя радость?
- О своей радости, - я поймала дерзкие пальцы, пресекая лазутческие поползновения.
На губах любимого появилась улыбка.
- И что она о ней думает?
- Что я не хочу, чтобы моя радость беспокоилась и тревожилась.
Я не стала скрывать своих мыслей. О чём бы Женя не беспокоился – всё пустое. Я счастлива с ним, а он…
- Ты же счастлив со мной?
Его взгляд снова стал нечитаемым. Теперь уже я напряглась.
- Женя!
- Конечно, - предельно серьёзно ответил любимый. – Счастлив как никогда не был в своей жизни.
Я расслабилась; выдохнула – долго и с чувством.
- Так же и я, - заверила его. - Ну, тогда хорошо. Не о чем беспокоиться.
Наклонилась к мужу, заглянула в серые глаза.
- Правда?
Он кивнул.
- Нет, скажи словами! – шутливо потребовала я.
- Не о чем беспокоиться, - улыбнулся он, и я поверила, потому что в его глазах снова запрыгали солнечные зайчики.
После этого случая муж не давал мне поводов тревожиться о его душевном равновесии, вернувшись к спокойному, приподнятому расположению духа. Если какое-то беспокойство и продолжало в нём жить, он мастерски его скрыл: больше оно не показывалось. Женя пошёл со мной на новогодний праздник, устроенный для всех, кто работал в и с нашим фондом - нашим, потому что я, хоть и не говорила этого, но продолжала считать его Жениным даже больше, чем своим, ведь именно благодаря его деньгам он существовал.
Поначалу при виде моего мужа коллектив, подобравшийся почему-то исключительно женским, оробел, но Женя в считанные минуты развеял напряжение. Я увидела бывшего начальника, когда он становился душой компании. Вот и сейчас, непринуждённостью обращения и обаянием любимый всех очаровал. Глядя как он улыбается, слушая его располагающий тон, смеясь над шутками, я завидовала сама себе.
- Какой у тебя муж! - прошептала мне на ухо Настя, отразив в своей короткой похвале и восхищение им, и зависть, и сожаление, что у неё такого нет.
Подруга глянула на меня и вздохнула, подперев рукой щёку – мы сидели за столом.
- Не отчаивайся! - прошептала в ответ. - Встретишь и ты своего мужчину.