- Мы с мужем любим гостей; у нас и по пятьдесят человек легко собираются, так что нужен простор. Сегодня здесь только самые близкие люди, поэтому нас не так много, как обычно.
По первому впечатлению самых близких друзей набралось не меньше тридцати. Со всеми ними меня познакомили, представляя как жену Жени и объявляя, что свадьба в феврале. Во время всего действа любимый не снимал руки с моей спины, да и хозяйка почти не отходила от нас, подводя то к одному, то к другому гостю, умело направляя разговор, заполняя паузы, отвечая на обращённые ко мне шутки и вопросы, когда я затруднялась это сделать, что происходило куда как часто: многообразие лиц и имён, а больше всего - внимание повергли меня в растерянность и смятение.
Меня разглядывали с большим интересом. Я была новым человеком в тусовке, где все всех знали и, по всей видимости, уже давно. Мало того, я была явно не их круга – моя неловкость и скованность говорили сами за себя. И неважно, что на мне было дорогое платье; что мои уши и пальцы - в золоте и драгоценных камнях; что лицо - в профессиональном макияже, а волосы красиво уложены: я не стала полагаться на свои скромные умения визажиста и парикмахера, заранее вызвав на дом специалиста. Ничто из этого не имело значения, потому что я ощущала себя чужой - не на месте, и они это прекрасно видели.
Вместе с тем никто ни словом, ни жестом не выказал мне пренебрежения; никто не удивился - во всяком случае явно - что я делаю среди них? Без сомнения, это была дань уважения хозяйке дома - по тому особому обращению, которым она удостаивала мою скромную персону, она давала понять другим гостям, что взяла меня под своё крылышко. Это на случай если бы явных сигналов от Жени оказалось недостаточно, а они были недвусмысленны.
Муж возвышался рядом со мной, как башня, в которой засели стрелки, готовые обстрелять любого, кто осмелится меня задеть. Женя приобнимал меня; смотрел, не скрывая любви, лишь слегка притушив её огонь в глазах; улыбался мне; пару раз парировал вопросы своих друзей, казавшиеся ему бестактными. Вместе с Анной он брал на себя поддержание беседы - между ними двумя я была как слонёнок между родителями-слонами, огромными и готовыми в любой момент защитить своего малыша. Мне оставалось только мило улыбаться, пожимать протянутые руки и... стараться овладеть собой.
Это получалось плохо. От прилипшей к губам улыбки уже болели щёки; Женя всё чаще поглядывал на меня с беспокойством. Ради него я удваивала усилия и, должно быть, выглядела ещё более неестественно, потому что вид у него сделался весьма хмурый. Его рука, скользнув мне со спины на талию, привлекла ближе к себе.
- Женя, Анжелика ещё не видела мою оранжерею, - внезапно сказала Анна, затем обратилась ко мне: - Не хотите взглянуть?
Женя вопросительно посмотрел на меня. Молча кивнула: я готова была смотреть что угодно, лишь бы там не было людей! Хоть ненадолго укрыться от них, отдохнуть от взглядов, перестать улыбаться!..
- А ты пока поболтай с Аркадием - у него был к тебе какой-то вопрос, - посоветовала Анна Жене.
Муж не сдвинулся ни на шаг; не убирая руки с моей талии, снова взглянул на меня, без слов спрашивая хочу ли я, чтобы он пошёл со мной?
- Анна мне всё покажет, - ещё шире улыбнулась я, мечтая поскорей оказаться среди растений и вернуть губам их естественное положение.
Я отказалась, потому что в его присутствии пришлось бы держать маску, продолжать улыбаться: я не могла задеть Женю, показав, что мне тяжело находиться среди его друзей. Он нахмурился.
- Я скоро приду, - тихо пробормотала, опуская глаза.
- Не торопись, - после паузы негромко произнёс любимый. - Там действительно хорошо: очень спокойно и приятно.
Я подняла глаза; Женя смотрел заботливо и с лёгкой тревогой. Он понимал что я чувствую и переживал за меня. Я выдохнула: я не хотела, чтобы он переживал! Но и справиться с собой не получалось: мне нужна была передышка, хотя бы короткая.
- Иди, моя радость, - сказал он, убирая руку, и я словно лишилась защитного кокона: его поле окутывало теплом и безопасностью.
Анна взяла меня под руку и повела в свой маленький садик. Её энергетика тоже была сильной и одновременно ненавязчивой: она создавала уют. Хозяйка не замолкала ни на минуту, рассказывая о своих растениях; избавляя от необходимости отвечать, она позволяла мне расслабиться. И я действительно ощутила как с меня снимается большое давление.
В оранжерее на самом деле оказалось очень приятно! И весьма просторно. Я выдохнула, отпуская будто въевшуюся в щёки улыбку, расслабляя напряжённые мышцы лица. Здесь, среди зелёных листьев пальм, гибискуса, симпатичного мандарина с лимоном, диффенбахий и разнообразных ярких цветов дышалось легче. Большинство растений я никогда не видела и понятия не имела как они называются.