- Посмотри на меня, - попросила тихо.
Минуты шли; его грудь вздымалась. Наконец, любимый медленно повернулся. Я увидела его лицо: он не мог справиться с волнением, не мог закрыться, спрятаться под маской. Глаза блестели лихорадочно и яростно – в них сверкали молнии и плясали тени.
- Я тебя люблю, - прошептала ему.
Он расцепил мои руки и резко отвернулся. Плечи напряглись горой мышц, вздыбились, как иголки дикобраза.
- Люблю.
Муж шагнул в сторону, попытался обойти стол с другой стороны, наверняка, чтобы уйти - я бросилась ему наперерез, прыгнула на шею.
- Люблю!
Он сжал меня чуть не до боли, оторвал от пола и уткнулся в плечо, скрывая выражение лица. Я чувствовала как бьётся сердце в его груди.
- Люблю тебя, люблю, - зашептала, суматошно гладя его затылок, плечи, спину. - Люблю!
Его сердцебиение передавалось и мне.
- Прости меня, - хрипло и сдавленно пробормотал он, - за то, что я такой.
- Я тебя люблю, - я прижалась виском к его голове.
Он опустился со мной в кресло.
- Ненавижу себя, когда ты смотришь на меня так, - прошептал с горечью.
- Как?
Он сглотнул.
- С болью. Разочарованием. Опустошением. Неверием - будто думаешь: "Это не мой Женя. Мой Женя не мог так поступить!"
У меня стало тяжело на душе. Да, именно эти чувства я испытывала, глядя на него! И то, что я их испытывала заставляло моего любимого ненавидеть себя.
- Прости меня, - страдальчески попросил он, – любовь моя.
У меня не было другого средства искупления своей вины, кроме как приложить к ране, которую я нанесла, свою любовь. И я повторяла снова и снова, что люблю, пока не почувствовала, что он верит: его сердце верило и успокаивалось.
- Мне всё равно, чем бы ты ни занимался в прошлом, но прошу тебя... - мой голос подкосился.
- Никогда! - отстранившись, Женя взял моё лицо в ладони и твёрдо пообещал: - Больше никогда – ни с кем, кроме тебя!
Мы смотрели друг на друга - с болезненным напряжением.
- Клянусь.
Я прерывисто вздохнула.
- Я не делал этого ни с кем с тех пор, как тебя увидел, - прошептал он. Должно быть, моё лицо исказилось, потому что он снова попросил: - Прости меня.
Я тоже обняла его лицо ладонями.
- Мне не за что тебя прощать. Ты мой - такой, как есть, и я тебя люблю.
Он дёрнулся ко мне и замер, не решаясь поцеловать. Я удивлённо смотрела ему в глаза - он мне.
- Ты что, боишься, что ты мне... - прошептала, не в состоянии поверить в свою догадку, - противен?
Женя моргнул, сжал губы в узкую линию, вновь опустил глаза на мои губы - и отстранился, отворачиваясь. Я вспыхнула:
- Как ты смеешь так думать?! - вскричала.
Он повернулся ко мне мрачный и нахмуренный; взглянул исподлобья.
- Целуй меня немедленно! - потребовала сердито.
Женя медлил.
- Ну! – прошипела, подставляя губы.
Он выдохнул сквозь стиснутые зубы, приблизился снова - и замер. Мои глаза наполнились слезами.
- Женя, как ты мог такое подумать? - убито прошептала я: больно было смотреть в эти несчастные глаза. - Я ведь тебя так люблю!
Я сама поцеловала его - легко и коротко, задержавшись лишь на миг. Отстранилась, взглянула в глаза. "Ещё, - просили они, как пустыня дождя, - ещё!" И я давала - ещё и ещё, пока мою спину не начали привычно гладить, а его губы не раскрылись моим навстречу. Я не стала принимать приглашение углубиться.
- Теперь ты, - велела, пытаясь успокоить дыхание.
И любимый поцеловал меня - осторожно, невинно, словно боялся оскорбить более напористым и нескромным поцелуем.
- Смелее, - не сдержала я улыбки. - Мы с тобой уже не дети.
По его губам тоже скользнула улыбка; однако почти сразу муж прикусил нижнюю губу и нахмурился, словно внезапно пожалел, что не так же невинен, как дитя.
- У каждого возраста своё очарование, - простодушно заметила я.
Моя шутка высвободила прикушенную нижнюю губу из плена - вместе с верхней она снова раздвинулась в улыбке. Я ожидала испытать на себе прелести зрелого возраста - и в частности опыта, но вместо этого Женя прижал меня к себе - бурно, пылко. Прижался щекой к моим волосам - и замер. Я вздохнула и тоже замерла, потому что это было то, в чём он сейчас нуждался.
- Я люблю тебя, - через время прошептал любимый.
- А я - тебя, - прошептала в ответ.
- Если хочешь, я больше никогда не буду... - он сбился, - любить тебя так, как сегодня.
- Нет уж! - возмутилась я, отстраняясь и заглядывая ему в лицо. - Зря я что ли, выстрадала этот разговор? Теперь мне положена компенсация. За моральный... - подумав, прибавила: - И физический ущерб!
- И физический? - брови Жени поползли вверх, как и уголки губ. - Можно узнать в чём состоит физический ущерб?