Женя рассмеялся.
- Нет, я не придумал. Ты красавица, и это видно не мне одному.
Я пожала плечами.
- Я не красавица, но какая бы ни была, я твоя.
- Моя. Любимая.
Любимый поцеловал меня, повторил, что я его красавица и пригласил за стол. Он ухаживал за мной, как галантный кавалер: отодвинул стул, придвинул.
- Ты хочешь вина или шампанского?
- Шампанского.
Он разлил его по фужерам. Вышел и вернулся с букетом роз.
- Какая красота! - воскликнула я польщённо и восторженно, вскакивая. - Где ты их взял?!
Приняла подарок, наклонилась к головкам - розы пахли! Обычно-то они не пахнут, когда покупаешь в цветочном магазине.
- Понюхай как они чудесно пахнут! - приблизила я цветы к носу мужа.
Он понюхал и улыбнулся:
- Как я люблю твои милые реакции! Такие непосредственные, искренние.
- А я люблю тебя!
Поставив цветы в вазу, взялась было раскладывать блюда по тарелкам, но Женя взял меня за руку, подвёл к стулу и снова усадил.
- Я хочу за тобой поухаживать.
И я приняла его заботу - с благодарностью и гордостью за своего мужчину, который и знаменитому шеф-повару не уступит!
- Сказать по правде, мне твои блюда нравятся больше тех, что я пробовала вчера.
Он засмеялся.
- Ты мне льстишь.
- А вот и нет! Ты правда вкусней готовишь. Душевнее. Я не говорю, что у него не вкусно, - пояснила я, - очень вкусно. Но у тебя вкуснее!
- Спасибо, моя радость, - Женя взял мою руку и поцеловал. - Я рад, что угодил тебе.
Я с огромным удовольствием поглощала его блюда. Всё-таки здорово, когда кто-то в семье умеет вкусно готовить!
- Приятно, что у тебя такой хороший аппетит.
- Каким ему быть, если мы только и делаем, что... - я покраснела.
Он улыбнулся.
- Любим друг друга, - закончил вместо меня. - Для меня это счастье - любить тебя. Но если ты устала, всегда можешь объявить забастовку.
- Никаких забастовок до тех пор, пока не пройдёт саммит с дедом Морозом! У нас намечены важные слушания и совещания.
- Нужно многое обсудить, - поддержал Женя деловым тоном, одновременно лаская мою ладонь.
Закусила губу: не знаю, применял ли он какие-то приёмчики, но мне стало жарко.
- Когда он уже появится? Я жду его, как не ждала ребёнком!
- Ты не ждала деда Мороза? - удивился он.
- Ждала, конечно, но чтобы с таким пылом - не припомню.
Муж засмеялся, поднёс мою руку к своим губам и принялся покрывать томительными поцелуями.
- Женя, такими темпами мы скоро перейдём опять в спальню! – укорила его.
Он выпустил мою руку.
- Лучшее место в доме, - заметил лукаво.
- Не спорю, - я тоже заулыбалась. - Но мне хочется воздать дань твоим трудам и нашему ужину. Мы ещё даже тост не сказали!
- Не будем торопиться, - согласился он. - Дед Мороз придёт, когда ты его позовёшь и вручит тебе подарки.
Любимый поднял фужер; я тоже, мы чокнулись.
- За нас, - просто сказал Женя, и я повторила:
- За нас.
Мы пили шампанское, глядя друг другу в глаза, и от ласкового взгляда серых глаз напротив по моему телу вместе с пузырьками шампанского расплывалось чистое счастье. Драгоценное. Бесценное. Мы смеялись и говорили, ели и пили, танцевали и целовались. Мы были счастливы, и это был лучший Новый год, который у меня был.
Где-то между поцелуями Женя попросил подождать его минутку, сказав, что отлучится ненадолго. Я кивнула, и он быстро вышел. Вышел Женя, а вернулся дед Мороз! Едва увидев его - в красном халате, с роскошной накладной бородой и мешком за спиной, я расхохоталась - до того комично он выглядел! Захлопав в ладоши, подскочила к дедушке. У него были сверкающие серые глаза, такие красивые, что я загляделась! Потянулась с поцелуем к губам, обрамлённым бородой - дед Мороз вдруг отступил; отошёл на несколько шагов.
- Кто-то обещал за мной бегать.
Я похлопала глазами - и бросилась вдогонку! Он - от меня!
- Дед Мороз! Ты подарки мне принёс?! - вопила, хохоча.
Один раз почти удалось ухватить мешок, но Дед Мороз оказался не по годам ловким и шустрым - увернулся от загребущих ручонок и спас мешок. А потом и вовсе провёл обманный манёвр - резко развернулся и поймал меня в медвежьи объятия! Я от смеха чуть не рыдала! Это было весело! В моём детстве таких дедов Морозов точно не было!
- Желя была хорошей девочкой? - с хрипотцой спросили меня на ухо.
Взвизгнув, со смехом возмутилась:
- Деду Морозу не положено иметь такой сексуальный голос!
- А я особенный! - ещё более притягательно объяснил дедушка. - Так как?
- Я была... плохой девочкой! - показала ему язык.