- Женя! - воскликнула с улыбкой, выходя к нему. - Что это было?!
- Тебе понравилось? - он тоже улыбался, но в глазах мелькнула тревога.
Я зарделась. Прошептала смущённо:
- Очень. Но я не могу так каждую ночь - у меня нет времени столько спать!
- Наоборот, моя радость, теперь я знаю чем тебя занять ночью, чтобы ты спала, как младенец - не сидела до утра и не вскакивала ни свет ни заря.
- Ну, Женя... - это совсем не входило в мои планы.
- Нет, Желя, - он был настроен серьёзно. - У тебя слишком большие синяки под глазами. Поэтому или ты сама выделяешь какие-то приемлемые часы для сна - или я найду способ тебя усыпить. И тогда ты будешь спать столько, сколько потребуется твоему организму.
- Женя!
- Я хочу, чтобы ты была здорова. Это мой абсолютный приоритет. Я и так слишком долго позволял тебе сидеть по ночам, - он скрестил руки на груди и широко расставил ноги, явно приготовившись к битве.
- Я буду спать, - уныло протянула я, - скажем, пять часов, идёт?
- Шесть, - потребовали безапелляционно.
Этот торгаш всё же выторговал из меня желаемое! Раздражённая, что столько времени отнимется от подготовки, я пообещала, что волк меня не увидит, пока не сдам последний экзамен!
- Как ты захочешь, - невозмутимо отозвался Женя. - Я подожду.
И хотя я понимала, что он действует в моих же интересах, что его слова и поведение вызваны заботой обо мне, завтракать я села обиженная, а потом ушла в комнату и там целый день просидела за учебниками, тетрадями и ноутбуком. Ровно в двенадцать ночи заявился мой контролёр. Встал на пороге, всем видом давая понять, что пришла пора отправляться в постель. Это и раздражало - потому что я была в процессе и выныривать из него нисколько не хотелось, и смешило - потому что Женя относился ко мне как к ребёнку. Пожалуй, раздражало всё-таки больше.
- Приходи через час, - буркнула ему.
Вместо того, чтобы уйти, он подошёл, вынул из моих рук ручку, поднял на руки и молча унёс в спальню. Протесты и жалобы ничего не дали.
- Спать, - придержал он меня, когда я собралась было сбежать.
Видя, что уговоры не работают и сна у меня ни в одном глазу, Женя прибёг к другому способу усыпления, и он оказался действенным.
- Спи, моя радость, - прошептал, нежно поглаживая, когда я сонно засопела, пригревшись у него под боком. - Спи.
И я уснула. Так и повелось. В двенадцать появлялся мой усыпитель и личный надсмотрщик, и вырывал меня из цитадели знаний. Моё возмущение его несговорчивостью длилось лишь до тех пор, пока меня не принимались целовать и любить - после этого оно сходило на нет, истаивая от жара мужа, как снег - от жара солнца.
Был ли то эффект от наладившегося режима или, поняв, что времени, которое я могу уделять учёбе, стало меньше, мозг начал запоминать эффективнее, но на результатах экзаменов своеволие и вмешательство Жени практически не сказались. В целом, сессию я сдала хорошо и была очень собой довольна - особенно учитывая пропуски осенью.
По случаю завершения экзаменов устроила праздник для волка: банкет в спальне со мной в соблазнительном белье в качестве закуски, главного блюда и десерта. Своё блюдо он пожирал полночи с прожорливостью, от которой я не находила слов - одни междометья. И всё равно остался слегка недоеден: я уже засыпала, а он всё покусывал моё ухо.
После сессии моя голова снова освободилась для других дел: теперь я могла подумать и о фонде. Каково же было моё удивление, когда узнала, что пока я жила от экзамена к экзамену его коснулись немалые перемены: в фонд пришли ещё деньги, и много! Люди, с которыми я познакомилась у Стаса и Анны и которые выражали желания сделать взнос в фонд Евгения Проскурина сдержали своё обещание. Видимо, они были богаты, раз могли позволить себе такие щедрые пожертвования!
- Это ты их об этом попросил? – спросила мужа, когда отошла от первого потрясения.
- Конечно, нет, - слегка нахмурившись, ответил Женя - довольно резко, надо сказать.
Я насупилась от его тона.
- Извини, - раскаявшимся голосом произнёс он, заглядывая мне в глаза.
Я подставила губы для поцелуя: искупление должно быть качественным! Он тщательно и с лихвой искупил свою резкость.
- Я не люблю просить об услугах, - пояснил муж. - Эти деньги дали тебе - ты им понравилась.
- Мне?! - потряслась я. - Нет, их дали тебе! Мне Витяшин сказал, что знает тебя - что тебя не проведёшь и не обманешь в отличие от меня.
Женя улыбнулся.