- Всё-таки это слишком часто, - пробормотала, - слишком много и дорого.
- Для тебя нет ничего слишком - ни часто, ни много, ни дорого, - ответил муж, подходя и начиная целовать мою шею.
Возражать стало неизмеримо труднее!
- Но Женя...
- Тебе не нравятся подарки? - это был нечестный ход - удар ниже пояса.
Засмеявшись, обняла его за шею.
- Как они могут не нравится?! У тебя чудесный вкус! А вещи - просто прелесть!
- Тогда я продолжаю? – Женя снова воспользовался нечестными трюками: спустился с поцелуями ниже.
- Да, - выдохнула, когда он остановился.
Поцелуи продолжились, а я рассмеялась, поняв, что меня поймали на слове.
- Манипулятор!
- Могу перестать, - в серых глазах заплясали лукавые смешинки.
- Продолжай, - притянула я его ближе, - но с подарками...
Женя продолжил и так успешно, что подарки отошли на второй план. Продолжил он и с подарками - как ни в чём не бывало. Я предприняла ещё одну попытку – безуспешную - приунять щедрый рог изобилия, но потом смирилась, сказав себе, что когда мы поженимся жизнь войдёт в обычное русло. Это просто такой период. И я радовалась каждому дню, каждому часу!
Когда до свадьбы оставалось две недели, мы с Женей отправились на торжественный вечер к одному из его друзей, у которого был юбилей. Среди приглашённых были и мои знакомые, с которыми я познакомилась у Ани и Стаса, хотя самих их там не оказалось. Следуя советам подруги, я держалась свободно и уверенно - ровно до той минуты, пока Женя вдруг не замер на месте. Я удивлённо глянула на него - он так резко остановился...
Лицо мужа сделалось будто высеченным из камня: холодное, бесстрастное и вместе с тем тяжёлое и суровое. Больше всего меня потрясли глаза - чистая сталь. Я перевела взгляд в ту сторону, ища предмет, человека или событие, к которому они были прикованы. Это была женщина. Красавица. Она медленно шла к нам, глядя прямо на Женю - исключительно на него. Я снова посмотрела на мужа. Он тоже смотрел только на неё, будто забыв обо всех остальных присутствующих. Забыв обо мне...
Во мне тонкой холодной змейкой заструился страх, проник в душу и укусил: от его яда родилась ревность и ужалила меня. Я снова повернула голову к незнакомке; она плыла к нам, как крейсер; перед ней все расступались, но не отходили, а поворачивались к нашему трио, будто собравшись наблюдать за представлением. Оглянулась: и сбоку, и сзади нас окружили в кольцо любопытные, притворявшиеся, что остановились рядом просто так... Я напряглась. Чего они ждут? Скандала? Провокации? Чего?!
- Женя, привет.
Голосок у красавицы оказался под стать внешности: ласкающим слух. Его хотелось слушать ещё и ещё, но я поджала губы, желая, чтобы она сорвала связки за то, как нежно и томно произнесла имя мужа. Моего мужа! Он не ответил, лишь прищурился, и она засмеялась - мелодично, будто колокольчики зазвенели. Я резко вдохнула и обнаружила, что задерживаю дыхание; постаралась овладеть своим лицом, на котором наверняка с лёгкостью читались все мои чувства!
- А это твоя... - взгляд голубых, как летнее небо, глаз смерил меня с головы до ног, потом скользнул на мои руки, - новая невеста?
Я вспыхнула - с таким пренебрежением и снисходительной жалостью это было произнесено. У Жени заиграли желваки; нижняя часть лица стала квадратной, а взгляд просто резал. Однако нахалка не испугалась, поразив меня своей смелостью – или, скорее, безрассудством! А, может, она вела себя так потому, что знала, что ей ничего не будет? Красотка смотрела на меня с лёгким презрением, словно считала, что большего - сильных эмоций - я недостойна; словно я была букашкой у неё под ногами.
- Теряешь класс, - вздохнула она, вновь обращаясь к Жене. - После меня польститься на... это? Одно только и есть у неё - молодость. И то, относительная.
Сзади нас раздались смешки; если бы я могла пылать сильнее, я бы пылала, но мои щёки уже горели огнём!
- Впрочем, учитывая твой возраст, тебе простительно снизить планку, - добавила мерзавка с высокомерной усмешкой.
Во мне фонтаном взметнулась злость. Я готова была вспылить, но мою руку сжали, останавливая. Бурно задышав, с трудом удержалась от того, чтобы не высказать этой проходимке всё, что я о ней думаю! Взглянула на Женю, изумляясь и сердясь, что он молчит - что позволяет своей бывшей невесте так с собой разговаривать - прилюдно унижать себя! Унижать меня... Но Женя не ответил на мой взгляд: он не отрывал его от неё – своей первой любви.