- Мне очень нужно. Я не буду оставаться на другие пары, но на эту мне надо попасть.
Его глаза изучали мои, холодные, как серые агаты; муж не склонен был соглашаться.
- Женя, - попросила снова.
Он выдохнул; ноздри расширились, руки сдавили меня крепче, но любимый сказал:
- Собирайся. Я отвезу и заберу тебя. После этого расскажешь мне всё, о чём ты думаешь.
Я отвела взгляд. Мой подбородок приподняли.
- Всё, - упало требовательно.
Его глаза требовали ответа.
- Хорошо, - вздохнула я, подчиняясь.
И я рассказала, когда Женя забрал меня с занятий. Мы ехали в машине на дачу - он не повёз нас домой, - и я говорила, возмущалась, плакала. Выплёскивала эмоции, швырялась страхами, плевалась ревностью. А Женя молчал, сжав губы и стиснув руль. В какой-то момент он вдруг нажал на газ, и машина понеслась, разогнавшись за несколько секунд до огромной скорости...
Я испуганно пискнула, и муж мгновенно взял себя в руки; притормозил, заставляя нашего железного скакуна вернуться к разрешённой скорости, и больше не терял самоконтроля. Может потому, что я прикусила язык и отложила оставшиеся откровения до дома. Да и не было больше откровений: я уже выразила всё, что ощущала: и страх, и недоверие, и оскорблённое самолюбие, и подавленность. До дома мы не произнесли ни слова. Но в гостиной Женя заговорил:
- Я понимаю твои чувства, - сказал он. И замолчал.
- И это всё?! - возмущённо вскричала я. - А как насчёт того, чтобы?..
Он смотрел на меня задумчиво и устало. Я осеклась.
- Насчёт того, чтобы разуверить тебя? – продолжил за меня, угадав что я имела в виду. - Доказывать, что это неправда - всё, что ты себе напридумывала? Что я люблю тебя одну, а эта... - его губы скривились, - для меня ничего не значит и не стоит твоего мизинца? А смысл?
Любимый подошёл и присел передо мной на корточки, сцепив руки в замок. Я смотрела на него, ощущая себя испуганно и тревожно - странное настроение Жени передалось мне и насторожило.
- Какой смысл всё это доказывать, Желя? - он смотрел на меня снизу вверх.
Я молчала.
- В следующий раз ты увидишь Настю - или какую-нибудь другую женщину, которая начнёт делать мне намёки, кокетничать и вешаться на шею – и уверишься, что я влюбился в эту красотку. Или что скоро влюблюсь. Должен влюбиться, потому что она красотка. И это покажется тебе достаточным основанием, чтобы разрушить моё счастье.
Я вскинула голову, внутренне возмущённая тем, как он всё выворачивает! Но совесть настаивала, что доля правды в его доводах есть.
- Мы с тобой вместе уже восемь месяцев, - продолжил Женя тихо. - Пусть часть из них мы провели по отдельности, но я не переставал принадлежать тебе, а ты мне. И этого времени тебе не хватило, чтобы убедиться в моей любви.
Он взял мои руки в свои, посмотрел на них, провёл пальцем по обручальному кольцу. И снова поднял голову.
- Я не знаю как тебя убедить. Не знаю как доказать свою любовь, свою верность. Просто не знаю, Желя.
Любимый пристально и пасмурно смотрел мне в глаза, и я покраснела: от его слов меня захлестнуло чувством вины. На глазах выступили слёзы.
- Я люблю тебя, - произнёс муж. - Для меня не существует никого, кроме тебя - и не будет существовать. Я не полюблю никого другого. Я принадлежу тебе весь, без остатка. Но для тебя это просто красивые слова. Комплименты. Моя минутная прихоть. Стоит появиться рядом кому-то, кого ты считаешь для меня соблазном, как всё, что я тебе говорил, улетучивается из твоей головы.
Он выпустил мои руки, поднялся и отошёл к окну, повернувшись ко мне спиной.
- Знаешь, почему так происходит?
Я сглотнула, раздавленная сожалениями и виной, и разрываемая желанием её загладить. Встав, направилась к Жене, готовая умолять его простить меня...
- Потому что ты не понимаешь как сильно я тебя люблю. А знаешь, почему ты не понимаешь? – он повернулся ко мне.
Я была в нескольких шагах от него.
- Потому что сама ты не испытываешь этих чувств.
Меня будто молнией поразило! Я замерла, не в силах сдвинуться с места. Женя смотрел на меня - грустно и сожалеюще.
- Если бы у тебя было с чем сравнивать, ты провела бы аналогию. Поставила бы себя на моё место и спросила себя поступила бы ты так сама, как приписываешь желание поступить мне? Сказала бы себе: "Никогда!" И успокоилась бы на этом.
- Женя! - вскричала я, отмерев.