- Ты так холоден к моим родным, Женя.
Он посмотрел на меня взглядом, котором гордилась бы и наша Снежная Королёва - ледяным и неприступным, и закрыл глаза, показывая, что хочет остаться один. Я тихо вышла.
- Евгений очень изменился, - озабоченно сказал мне Гена.
- Ужасно! - расстроенно добавила бабушка.
Я не знала, что она имеет в виду: что Женя ужасно изменился или ситуацию в целом, но была с ней согласна - и в том, и в другом. А мама промолчала с суровым видом: приём, оказанный будущим зятем ей совершенно не понравился.
- Он скоро всё вспомнит и станет как раньше, - заверила я родных, надеясь смягчить предубеждение, вызванное к себе любимым.
Бабушка горько вздохнула и горячо пожалела моего бедняжку-мужа. Гена покачал головой и пробормотал:
- Надеюсь, надеюсь.
А мама в тот же вечер сказала мне:
- Может быть, лучше с ним расстаться, Анжеличка? Не зря ваша свадьба не состоялась - это знак.
Я стиснула зубы, удерживая рвущиеся наружу гневные слова; сжала кулаки так, что ногти вонзились в ладони! Пришлось выждать несколько минут, прежде чем смогла ответить достаточно спокойно:
- Никакой это не знак. Я выйду замуж за Женю, как только он поправится.
- Ты уверена, что он... - мама на секунду замялась. - Что он оправится от травмы головы?
- Уверена! - воскликнула с абсолютной убеждённостью.
- Он очень изменился, разве нет? - настаивала она. – Я, конечно, видела его только по скайпу, но взгляд, отношение к тебе…
Я не могла отрицать. Но и сдаваться не собиралась.
- Женя станет самим собой, когда к нему вернётся память.
- Вернётся ли? - пробормотала мама.
Я посмотрела на неё в удивлении.
- К Ларисе же вернулась!
- Не ко всем возвращается, - вздохнула мама. - Я разговаривала с доктором...
- К Жене - вернётся! - перебила я резко. - А если не вернётся, я ему всё расскажу, и он...
- Он держится так, будто не любит тебя, - тоже перебила меня мама.
Меня будто ударили под дых.
- Он просто не помнит меня... - прошептала со слезами.
- Что, если и не вспомнит? - пугала она меня.
- И что ты предлагаешь?! - вскричала, в волнении забегав по комнате. - Уйти в тот момент, когда мой долг - быть с ним?!
- Я не заметила, чтобы Евгений сильно нуждался в твоём присутствии, - отозвалась мама с горечью.
Я открыла было рот - и захлопнула его. Вместо этого повернулась и выбежала из комнаты. Оделась, схватила сумку и поехала в больницу. Мне нужно было увидеть Женю; взглянуть в его глаза - и стереть мамины слова, сверлившие мозг визгливой дрелью. Я посмотрела в них - серые и безразличные. Женя не был рад моему вторжению - я ощущала, что мой приход он воспринимает именно как вторжение в его личное пространство.
- Я не надолго, - моляще попросила его. - Всего на несколько минут. Пожалуйста.
Женя ничего не ответил, но мне показалось, что на несколько минут он смирился с моим присутствием. Я подошла и взяла его за руку, покрыла её поцелуями, оросила слезами. Я знала, что не должна; знала, что он этого не хочет, но не смогла удержаться.
- Я люблю тебя, - подняла я голову.
На меня смотрели раздосадованно.
- Прости.
Я снова украдкой быстро поцеловала его руку.
- Я тебя люблю, - повторила.
И оставила его одного. Визит подруг прошёл несколько лучше, чем родных, несмотря на то, что Женя держался с ними также, как и с моими родственниками - и также, как со своими друзьями. Дашу его пристальный и холодный взгляд испугал и сразу выбил из равновесия: промямлив несколько фраз, она скрылась за спинами Леси и Ларисы. Даже добрая Леся растерялась, тем не менее искренне пожелав поправляться поскорей.
Лариса подошла к Жене последней; посмотрела на него с таким же видом, с каким он смотрел на неё. Я поджала губы, опасаясь, что она начнёт демонстрировать мужу своё мнение о его ревности! Ничего подобного, как выяснилось, в её планах не было: Лариса с ехидцей произнесла:
- Противное состояние, правда? Когда все достают, всем что-то от вас надо, а вам не нужен никто. Я вас понимаю, Евгений, - сама испытала то же. Вашими заботами не спустилась в могилу - и могу теперь вам посочувствовать, - сочувствия в её голосе не было ни на грош - один сарказм.