Я внутренне возмутилась, готовясь отругать Ириску за подобный тон, как только останемся одни! Однако у Жени "сочувствие" Ларисы неожиданно вызвало улыбку - кривую ухмылку, если точнее. Но это была первая улыбка, появившаяся на его лице, и она ввергла меня в невероятную радость!
- Я и вам помог? - слабо спросил любимый - таким же точно тоном, каким она разговаривала с ним.
- Да, - легко отозвалась подруга, будто речь шла о сущей безделице, а не о спасении жизни. Её собственной, между прочим.
Пристально посмотрев на Женю, она добавила со значением:
- Вы так любили свою Желю, что не могли пережить её страданий, которые, конечно, последовали бы, умри я. Потому вы решили сыграть роль Супермена и вырвали меня из лап смерти.
Глаза мужа прищурились.
- Не знаете кто такой Супермен? - невинно заметила Лариса.
Из его глаз на неё дохнуло льдом, но Лариса только улыбнулась: льдом её было не испугать - это была её стихия!
- Я вас понимаю. Сама встала перед той же проблемой, когда вышла из комы - не конкретно с Суперменом, а в целом и общем, - она не переставала ехидно улыбаться.
Я в изумлении смотрела на неё: о чём она говорит?!
- Но перед вами гигантские ресурсы для восстановления всего позабытого в виде интернета, компьютера, аудио; личных помощников - в том, что касается бизнеса и Анжелы - в том, где начинается частная жизнь. Уверена, вы справитесь. Удачи.
Вместо спасибо ей достался знаменитый прищур Проскурина, выворачивающий наизнанку. Лариса наизнанку быть вывернутой не захотела и направилась к двери. На полпути обернулась и бросила:
- Буду рада вновь увидеть вас на свадьбе с Анжелой.
И вышла из палаты походкой королевы, провожаемая лазерами. За ней поспешно потянулись подруги. Я задержалась.
- Женя, прости, - начала было, - Лариса немного...
Лазеры посмотрели на меня. Фраза с извинениями захлебнулась; я невольно сглотнула.
- Женя, - пробормотала огорчённо.
Лариса его рассердила. Он побуровил меня взглядом.
- Прости, любимый...
Он перебил.
- У меня были личные помощники?
- Да - Анастасия, - немедленно ответила я. Может, были и другие, но знала я её одну.
- Я хочу её видеть, - последовало распоряжение.
- Конечно. Я позвоню ей, - с готовностью пообещала ему.
Женя утомлённо закрыл глаза. Пользуясь его слабостью, я тихонько поцеловала его в губы. Тёмные ресницы мгновенно распахнулись - на меня смотрела сталь.
- Не делай этого больше, - безапелляционно приказали мне.
У меня захолонуло сердце. Из глаз хлынули слёзы.
- Хорошо, - сдавленно пообещала я. - Прости.
Женя снова прикрыл глаза, а я смотрела на него и плакала. Пока он снова не глянул на меня – недовольно, тогда я вышла: Женя не желал, чтобы я плакала при нём. Его раздражали мои эмоции.
- Наберись терпения, Анжел, - посоветовала Лариса, пока Леся утешала меня, а Даша робко мялась рядом.
Её сомнения нашли себе выход в:
- Какие у него страшные глаза, Анжелка! Такие... пустые, - она содрогнулась.
- Не пустые! - зарыдала я. - Не пустые.
Они не были пустыми: глаза мужа отражали то, что он испытывал. И то, что он испытывал ко мне надрывало душу - потому что Женя не испытывал ничего, кроме раздражения.
- Наберись терпения, - повторила Лариса. - И постарайся сдерживать при нём свои чувства. Евгений не может на них сейчас ответить; они только раздражают его.
- Я вижу. Но почему? - взглянула я на подругу.
- Потому что он тебя не помнит, - вздохнула она. - Вообще. Нисколько. Смотри на это с его точки зрения. Ты как чужой человек. Если б к тебе бросался незнакомый мужчина с изъявлениями любви и заливался слезами в ответ на твою холодность, тебе было бы приятно с ним находиться?
У меня даже слёзы течь перестали - настолько неожидан был такой поворот.
- Не домогайся его любви, - посоветовала Лариса. - Старайся не слишком изливать на него свою. Иначе, подозреваю, Евгений не захочет тебя видеть.
От этой угрозы я остолбенела. Однако так и получилось: на следующий день Женя ввёл ограничения на количество, частоту и продолжительность посещений. И я попала под сокращения. Единственными людьми, избежавшими санкций, оказались Анастасия, Семён Жарковский - вице-президент, с которым до этого я не была знакома, ещё с пяток человек, в том числе Эрих, и Аркадий. Они проводили с Женей много времени - в ущерб всем остальным.
На мой вопрос что они делают Анастасия ответила, что она вводит начальника в курс дел в компании. То же сказал Эрих. Без сомнения, тем же занимался вице-президент. Когда я спросила Аркадия, он помолчал, отчуждённо глядя на меня, потом очень сдержанно, с видимой неохотой ответил: