- Так почему же моя маленькая девочка не хочет со мной венчаться?
- Не не хочет, а не может! - поправила. - Это большая разница!
- На самом деле, она хочет, - лукаво протянул муж: его мышцы, такие напряжённые несколько минут назад, снова расслабились.
- Конечно, хочет! - подтвердила горячо. - Даже не сомневайся!
Женя, наконец, улыбнулся.
- Не пугай меня так больше, - сказал с улыбкой.
- Не буду, - пообещала с широкой улыбкой, скрепив обещание сладким поцелуем.
- Так что же нам мешает? - спросил Женя, посерьёзнев.
Я опустила глаза, понурившись. Затеребила край кофты, чувствуя подступившие слёзы. Он вздохнул.
- Понимаю, - сказал и надолго замолчал.
Я тоже молчала: как признаться в том, что я до ужаса боюсь рассказывать о нас с Женей родным и подругам? Как донести до мужа, что они все, поголовно, против того, чтобы я жила с ним?! Что они его терпеть не могут и до сих пор не простили за то, что он меня бросил! Что Максима они считают гораздо лучшим человеком и уверены, что он стал бы несравненно лучшим мужем для меня...
- Ты собираешься рассказывать о нас? - прервал Женя мои грустные раздумья.
- Не... Не знаю, - замялась, краснея.
Думать об этом было мучительно. Я предвидела реакцию своих любимых - они будут решительно против и сожительства с Женей, и свадьбы, и венчания... И дружбы, и простого общения - любых контактов с ним! Незачем даже обманывать себя. Отёрла скатившуюся по щеке слезинку. Ещё одну... Следующую поймал Женя - губами.
- Прости меня, - выдавил хрипло. - Прости, любовь моя. Прости, что тебе... приходится выбирать. Прости за эту тяжесть.
Всхлипнув, вытерла ладонями ненужную влагу и, глотая слёзы, сказала:
- Я не откажусь от тебя - что бы они ни говорили. Я буду с тобой.
В серых глаза напротив отражалось счастье от моих слов и горечь от сознания, что он - причина моих слёз.
- Любимый, - с невыразимой нежностью проговорила я. – Мой любимый.
И счастье в глазах Жени заслоснило всё, а в чистом, по-осеннему сером небе его глаз поднялось солнце, осветив своим светом моё сердце.
- Спасибо, - прошептал он, - любовь моя. Спасибо.
Мои слёзы высохли сами собой. Наши губы соединились - и стало неважно что готовит нам будущее; даже неважно как больно будет родным узнать о том, что я ушла от Максима, чтобы вернуться к Жене. Потому что здесь и сейчас было только здесь и сейчас: захлёстывающая любовь к этому мужчине - и сознание, что я любима им! Наша любовь вознеслась над всем.
- Я пойду с тобой, Женя! - воскликнула горячо, когда мы оба набрались достаточно любви, чтобы продолжить этот сложный разговор. - Пойду за тобой, куда бы ты ни повёл! Я твоя. Но... - у меня вырвался тяжёлый вздох. - Боюсь, мама не примет... - голос прервался. В глазах снова скопились слёзы. - Она будет возражать, - призналась обречённо, чувствуя как опустились плечи. – Она не захочет... Я уверена, что она не захочет, чтобы я с тобой венчалась, а без её благословения... Не хочу.
Разволновавшись, закусила губу; Женя смотрел сочувственно.
- Прости, - снова повторил с раскаянием.
- Нет, - усилием взяла себя в руки. - Нет, не извиняйся. Так получилось - такая у нас жизнь. Но я не могу... не хочу венчаться без маминого благословения. Понимаешь? Дело не в тебе.
- Понимаю, - повторил любимый. Помолчал и спросил: - А расписываться ты тоже не хочешь?
Я улыбнулась.
- Расписываться я хочу. Поставить подписи на бумаге - это не то же, что клясться перед Богом. И если ты захочешь расписаться... – я кинула на него игривый взгляд из-под ресниц.
Женя улыбнулся в ответ - с облегчением.
- Захочу, - заверил решительно.
Мы посидели обнявшись – голова к голове.
- Не знаю говорить ли о нас или нет? - со вздохом нарушила молчание.
Меня одолевали сомнения. Как лучше поступить?
- А ты хочешь сказать? - спросил Женя.
- И да, и нет.
Я встала с его колен - тема была слишком болезненная, и я не могла увидеть на месте. Заходила по комнате.
- С одной стороны я привыкла рассказывать им о себе - может, не сразу, но мои близкие всегда узнавали о важных событиях, которые у меня происиходили. Да и неважных тоже, - заметила, снова вздыхая.
Замерев у окна, я усиленно раздумывала что же делать?! Женя подошёл, обнял меня сзади, и мне сразу стало спокойней.
- С другой стороны, я опасаюсь как они воспримут это известие.
Мои волосы поцеловали.
- Точнее, я знаю как, - констатировала обречённо. - Они дружно начнут меня отговаривать, переубеждать, спорить! Я поссорюсь с ними.
Я всхлипнула, и руки мужа, обнимавшие мою талию, сжались крепче.
- Не говори им, если не хочешь, - предложил он.
- Но жить в вечной тайне - как ты себе это представляешь?! - возбуждение поднялось во мне жгучей, едкой лавой; вывернувшись из тёплых, успокаивающих объятий, снова забегала по комнате. - Всю жизнь прятаться? Скрываться? Бояться как бы ни попасться на глаза знакомым: Диме или Даше? Ты этого хочешь?! - от нервности и огорчения я набросилась на Женю.