Женя замолчал; потом снова вздохнул и заговорил приглушённо:
- После этого я решил не торопиться - не спешить с тобой расставаться. Дать нам время. Вдруг вернулись бы воспоминания или я почувствовал бы, что люблю тебя? Я ведь не знал на самом деле люблю ли я тебя - не знал как должно ощущаться внутри. Понятия не имел ни про каких бабочек, ни про что. Только чувствовал какую-то слабость к тебе. И потакал - позволял больше, чем другим.
Женя взволнованно смотрел на меня.
- Помнишь я взял тебя за руку? Это было осознанным решением. Я пришёл к выводу, что ты мне нравишься - несмотря на твои слёзы и слабости. Мне нравилось как ты касалась меня - с таким преклонением, безмерной нежностью и при этом страстью. Я подумал, что в постели, наверное, удовольствие тебя любить.
- Это Юра тебя настроил против меня, да?
Женя отвернулся. Коротко бросил:
- Да. И Кеша.
- А Стас?
- Ограничивался му-му – Анино влияние, без сомнения. Мне это сразу стало ясно. Стас честно сказал, что вообще не понимает что я в тебе находил и как я мог в тебя влюбиться; что ты кажешься ему глупой и слабой, и рядом с тобой я тоже становлюсь глупым и слабым. Но потом так же прямо добавил, что за все годы, что меня знает - а знает с детства - он никогда не видел меня счастливее, чем когда я пришёл со своей пигалицей к ним на Новый год. И смотрел я на неё так, будто она - птица счастья, аж завидно становилось. Его слова. И что не будь у него Ани он бы мне позавидовал. А так, просто вдохновился нашим с тобой примером и устроил ей романтику.
- Почему же ты послушал их? – мой голос подкосился.
- Потому что Юра с Кешей рассказали мне насколько я был от тебя зависим. Глядя на тебя – на то, как твоё счастье или несчастье и даже сама жизнь зависит от меня: от моей доброй или злой воли, я задумался нужна ли мне такая сильная, страстная любовь? И пришёл к выводу, что не нужна.
- Поэтому не позволил поехать с тобой в "Три сестры"?
- Да.
- И, вернувшись домой, держал меня на расстоянии?
- Да.
- А почему?.. - дыхание сбилось. - Почему уступил, когда я... попросила о любви?
- Мне захотелось узнать тебя с этой стороны. И мне хотелось секса, - улыбнулся Женя, проводя кончиками пальцев по моей шее.
- У тебя его не было? - задохнулась я.
Снова улыбнувшись, Женя покачал головой.
- Я сказал себе, что до тех пор, пока с тобой не расстался ты мне как жена. Я считал это справедливым – как-никак мы собирались пожениться, свадьбу готовили; прежде чем что-либо менять я должен был сначала определиться в своём отношении к тебе. Однако никак не мог сформировать его чётко - потому всё так долго тянулось. Порой я был уверен, что нам лучше расстаться, порой сомневался; вспоминал как смотрел на тебя на Новый год - пытался ощутить в себе подобные эмоции, не ощущал и злился.
- Почему?
- Потому что неприятно сознавать, что у тебя было счастье - и ты его лишился. А у нас с тобой было счастье - я видел это по фотографиям. И по твоим глазам; по твоей радости, стоило мне сказать тебе что-нибудь чуть помягче; по твоему бурному горю, когда меня привезли искалеченного. Счастье было... Но мне казалось, будто оно ушло - безвозвратно.
- Тебе хотелось его вернуть? – спросила робко.
- В глубине души – да, - признался Женя, и я расцвела улыбкой - которую он тут же заморозил, сказав: - И нет.
- Нет? – прошептала разочарованно, закусив губу.
- Нет, - негромко и твёрдо отозвался любимый. – Я не хотел того сумасшествия, которое у нас было; не хотел, чтобы ты была всем для меня, - он помолчал. - Принимать твою любовь, не чувствуя себя в состоянии на неё ответить – и не желая отвечать, становилось предательством. А жить связанным обязательствами и не способным достичь тех ощущений, что испытывал прежде я считал глупостью. Хранить верность - тоже. Вот почему расстался с тобой. Не хотел ограничивать себя в сексуальных контактах и не хотел чувствовать себя виноватым перед тобой. И видеть твоих слез, когда ты бы об этом узнала.
- Они всё-таки влияли на тебя – мои слёзы? Моя боль?
- Да. Они меня злили.
Я опустила голову, борясь с ноющим чувством в сердце.
- Желя, - тихо проговорил любимый, – я потому и понял, насколько ты на меня влияешь – ведь меня практически никто не мог разозлить: мне на всех было плевать. Но смотреть как ты плачешь… выводило из себя. Я потому поддался, когда ты попросила позволить тебе любить меня - потому, что не мог видеть тебя в таком отчаянии, раздираемой такими чувствами. Сначала не собирался – намеревался держать дистанцию. Но ты... так меня хотела, Желя, что я сказал себе: "Почему нет? Я сделаю эту женщину счастливой. Пусть ненадолго".