— Что думаешь, Итачи?
— А?
Итачи вынырнул из мыслей, будучи позванным своим другом.
— Прости, Шисуи. Я задумался.
— О, ну вечно ты в своих думах обитаешь. Сделай хоть исключение, поговори со мной. Значит, слушай. Амайя такая говорит: ты не способный даже в АНБУ поступить, что говорить про титул Хокаге. А я ей: если ты этого желаешь, я готов пойти на крайние меры… угадай, чем всё закончилось?
Итачи улыбнулся, в силу своих возможностей. Они сидели в кафе и кушали данго. И если по большей части болтал Шисуи, активно жестикулируя, то Итачи только кивал.
— А если серьёзно, — сказал Шисуи, успокоившись. — Это всё из-за клана?
— Это не то, о чём я хотел бы говорить.
— Итачи, мне ты можешь довериться. Мы же договаривались, что решаем эту проблему вместе.
— Ну да, только теперь об этом в курсе ещё Третий-сама. — фыркнул Итачи, жуя наконец свою сладость. — То, что я узнавал из клана потрясает моё воображение. Они хотят устроить резню. Шисуи, что мне делать?
— Ты же уже принял сторону, так чего беспокоишься? — беспечно, но без улыбки ответил друг, заставляя глаза Итачи расшириться. — Ой, ну вот только не надо делать такое лицо. Я всё понимаю. Меня, кстати говоря, тоже прижимают. Я думаю, что смогу решить проблему, когда покажу старейшинам свой мангекё.
— Шисуи, это может быть опасно. Раскрывать клановые секреты…
— Не попробуем, не узнаем, — старший Учиха пожал плечами. — Идём домой, холодно уже.
…
Следующим днём Итачи всё также безучастно прогуливался по Конохе, но появившийся рядом АНБУ сказал, что старейшины ожидают его у себя.
— Несмотря на то, что говорят Третий и Четвёртый, они начнут действовать, только когда Конохе будет угрожать опасность. Даже в таком случае Минато будет вынужден пойти на крайние меры. Несмотря на последующий результат, как клан, устраивающий переворот, Учиха подлежит немедленному уничтожению, включая твоего младшего брата и сестру. Однако есть способ спасти их от неминуемой смерти. Если переворот произойдёт, то они обязательно узнают всю правду. И когда они увидят, как шиноби Конохи убивают их клан, они непременно в будущем захотят отомстить им. В таком случае, они тоже должны будут умереть.
— Вы мне угрожаете?
— Я лишь хочу, чтобы ты сделал свой выбор. Ты можешь поддержать сторону клана, участвовать в перевороте и умереть вместе с остальными. Или же остаться на стороне Конохи, спасти младшего брата и сестру, подавив мятеж, и устранить весь клан Учиха. Несмотря ни на что, мы должны устранить мятеж до того, как начнётся паника. И кандидатом на роль палача являешься ты. Двойной агент клана Учиха и Конохи. Никого другого нет. Это будет твоё самое тяжёлое задание. Но с другой стороны, это сохранит жизнь твоему младшему брату и сестре. Я знаю, ты любишь деревню так же, как я. Ты возьмёшься за задание.
Не говоря ни слова, Итачи пошёл прочь от Данзо.
…
— Он так и сказал?! — ужаснулся Шисуи. — Слушай, хорошо, что я не пошёл к ним сегодня. Мы должны что-то сделать, ведь ситуация выходит из-под контроля. Давай, я придержусь своего плана сделать гендзютсу на Фугаку-сана, чтобы изменить его приоритеты?
— Шисуи, он сам мне говорил, что крови не хочет. Его целый клан подбивает на переворот. — Итачи устало сполз по стволу дерева вниз и прикрыл глаза.
Шисуи хлопнул себя ладонью по лицу. Вот, что за жизнь такая? Кругом войны, битвы между собой, политические интриги. И это вокруг одного клана, которому не сидится на месте. Ну конечно, человеку необходима власть. А чтобы её получить, порой надо идти по головам. Фугаку не хочет становиться Хокаге, но его вынуждает клан. Будь так, то население бы трепетало в ужасе, представляя, на что способны «красноглазые ублюдки»
— Мы должны что-то сделать, как-то предотвратить всю мясорубку. У меня идея. А давай всё же поговорим с кланом?
— Бесполезно.
— Тогда поговорим с Четвёртым. Пусть он устроит дипломатический приём.
— Нет смысла.
— Заключат помолвку между Кимико и Наруто.?
— Шисуи, это бред. Всё, что ты предлагаешь, это лепет какого-то мальчика, не знающего войны. Ты старше меня…
— Вот именно. Я старше и я опытнее, и я ответственно заявляю, что не хочу видеть кровь на своих руках. Спать и видеть, как клан истребляют. — нахмурил брови шатен, выпрямляясь, и Итачи выдохнул, поднимаясь с холодной земли. Они встретились на привычном месте, на утёсе под густыми ветками дуба, рядом с водопадом.
— Мне кажется, у меня просто нет выбора.
— У меня есть идея… (шепчет на ухо)
— Шисуи.! Ты спятил? Это же…
— Это единственный способ. Итачи, верь мне. Прошу, хоть в этот раз.
***
Минато чувствовал приближение угрозы и никак не мог успокоиться, ходя по кабинету в резиденции. На лавочке рядом сидел Хирузен и курил трубку, оказывая моральную поддержку. Внезапно через окно появился ссутулившийся, облепленный кровью и убитый горем Итачи. Увидя его, Хокаге пришли в ужас.
— Я истребил клан, как и было оговорено. Взамен надеюсь, что мои брат и сестра будут жить в безопасности.
— Да, но… — запнулся Минато, неверяще глядя на подростка. — То есть да, они будут в порядке и ничего не узнают. Да…
— Надеюсь на вас.
— Итачи, постой, — окликнул его Минато, когда тот собрался исчезать. — Куда ты направишься?
Парень мешкался, сказать или не сказать. В итоге:
— Есть одна организация под названием Акацуки, к которой я примкну.
— Хорошо, иди.
Спустя несколько минут давящего напряжения, резиденцию пронзил громкий и скрипучий голос Хирузена. — Данзо!
…
— Ну что, закончил?
— Да, — Итачи облокотился на ствол дерева и отдышался, затем вытер рукавом выступившие слёзы. Шисуи приобнял его за плечи, сам едва сдерживаясь от эмоций. — Да, и Хокаге отчитался.
— Хорошо, тогда пошли. — поправили походные рюкзаки.
И они скрылись в ночи. Но не успели они преодолеть километра, как внезапно оказались окружены Корнем. Шисуи выступил вперёд, доставая катану.
— Итачи, иди вперёд. Я их задержу.
— Но…
— Твоя жизнь ценнее, чем моя… иди же!
Наконец кивнув, Итачи скрылся в кустах. Послышался лязг стали, предсмертные вскрики и удары. Через какое-то время округ пронзил до боли знакомый голос и Итачи яростно помчался назад. И оцепенел.
Двое корневиков держали Шисуи за руки, который сидел на коленях, а Данзо заносил меч над шатеном. Раздался чавкающий звук. А ещё… глухие удары бездыханных тел, попавших в мир Тсукиёми.
Итачи в какой-то абстракции мазнул взглядом по месту пробуждения своего Мангекё. Тело всё ещё испытывало эмоциональный шок, и парень не мог связно думать. Единственная мысль, которая его стала подпинывать: пора отсюда уходить. И Итачи скрылся, внутренне содрогаясь и не замечая, как на ветке в кроне деревьев за ним следил один человек. Он не спешил обнаруживать себя и просто наблюдал за исходом. Он прищурил алый глаз с тремя томоэ, мысленно поражаясь своей везучести. Будь он полчаса назад в своём квартале, то оказался бы однозначно мёртв. Неопределённо хмыкнув, молодой человек направился в сторону деревни.
***
Спустя восемь лет.
Прошло уже много лет. Чтобы красочно его описать уйдёт достаточно времени. Но это и манило к истории. Особенно её — ту, которая обожает копаться в свитках. Будь то история различных государств, или политические интриги. Иногда даже попадались книги с романами и драмами, которые оказались изучены в максимально длительное удовольствие. Наверное, эта страсть к поглощению информации перешла к ней от Орочимару, ведь тот вечно запирался в своей лаборатории, изучал техники и практиковался. И выходил он лишь тогда, когда составит нужный график тренировок.
Собственно, скоро она должна начаться. Девушка лежала на земле, читая очередную книгу и закидывая виноградинки в рот, пока мимо неё не прошёл силуэт, отбрасывая широкую тень. Она, девушка, чуть не подавилась ягодой и приняла сидячее положение.