Он аккуратно коснулся своими губами ее щеки, задержался буквально на секунду и медленно отстранился, с улыбкой глядя на подругу. Через мгновение Цуюри тоже посмотрела на него и тоже тепло улыбнулась.
— Канао, я-
Но девушка не дала договорить ему, прислонив пальчик к его губам. Она слегка прищурилась, хитро глядя на друга. Затем поднялась на носочки и чмокнула его в щеку. Танджиро отметил, как вкусно она пахла клубникой со сливками (должно быть, из-за торта). А еще она пахла радостью и, кажется, удовольствием.
Камадо удивлённо посмотрел на Истребительницу, коснувшись ладонью поцелованной щеки. Почему она сделала это?
— Спасибо, Танджиро, — тихо произнесла она, оправив складочки на юбке. — Теперь мне не придется стоять под омелой. Может, съедим еще по кусочку тортика?
— К-конечно! — парень кивнул несколько раз и протянул ей руку, за которую Канао его тут же взяла.
И они вдвоем двинулись в сторону стола, который ломился от десятка праздничных блюд, не обращая внимания на улюлюкивания и умиляющиеся взгляды окружающих. Наблюдая за парочкой мечников, Иноске, жующий темпуру прямо из общего блюда, пробурчал себе под нос, фыркнув:
— Пф, тоже мне, поцелуй, — а после этого он услышал громкое «ой» и повернулся в сторону звука.
На этот раз заложницей омелы стала Аой.
Комментарий к Первая омела (Камадо Танджиро/Цуюри Канао)
Как и было сказано в шапке, я полный профан во всем, что касается флаффа и поцелуев. Но скилл нужно нарабатывать :)
Надеюсь, вам понравится. Буду благодарна за отзывы и ПБ. Спасибо за прочтение!
========== Вторая омела (Хашибира Иноске/Канзаки Аой) ==========
Аой не любила праздники… Хотя нет, не так. Аой не видела смысла в праздниках.
Для нее любой «красный день календаря» ни чем не отличался от всех остальных дней. Она бы и сегодня осталась в поместье Бабочки, ведь у нее было так много дел, но Шинобу-сама и Канао-сама буквально силком притащили ее в поместье Убуяшики, чтобы она вместе со всеми своими друзьями отпраздновала Рождество. Ведь Рождество — это волшебный праздник. По крайней мере, так иногда говорила Кочо, цитируя свою старшую сестру. Канзаки не спорила с этим, но и не соглашалась. Да и вообще ей было все равно. А в штаб она пошла лишь за тем, чтобы помочь с приготовлениями к торжеству, только и всего.
Аой планировала лечь сегодня пораньше, но, видимо не судьба, ведь просто так с праздника ее никто не отпустит. Что ж, раз уж она здесь, почему бы не скушать кусочек клубничного торта со сливками? В конце концов, Мицури-сама готовила восхитительные десерты (кто бы мог подумать, что в этом ей помогал угрюмый Столп Ветра). И, конечно же, девушка слышала о задумке Столпа Любви, связанной с веточками омелы.
«Ребячество» — вот что подумала Канзаки, сидя в стороне ото всех и молча лакомясь угощением. Увидев, что Канао первой попалась в ловушку, она задумалась, как ей поступить. С одной стороны, она должна помогать цугуко Кочо, если той нужна помощь. С другой, это ведь… экстраординарный случай. И, что делать в таких ситуациях, Аой не знала. Но, когда к застрявшей девушке подошел Танджиро и помог ей решить эту маленькую проблемку, она успокоилась и вздохнула с облегчением. Танджиро хороший, добрый и сильный. Ему не страшно доверить преемницу Шинобу-сама.
Стоило Аой встать с насиженного места и пройти к одному из столов, чтобы убрать грязную тарелку (по-хорошему, грязную посуду следовало бы сразу помыть, чтобы она не копилась), как она, уже направляясь обратно… тут же оказалась под омелой! И ведь надо же было застрять прямо возле стола с закусками, где в этот момент орудовал Иноске. Тот с наслаждением, увлеченно поглощал темпуру прямо из общего блюда, не особо заботясь о том, что происходит вокруг.
— Ой, — брюнетка испуганно подняла свои ярко-синие глаза наверх и увидела нависшую над ней веточку омелы. Зеленая, с маленькими красными ягодками, в данный момент она казалась ей чем-то невообразимо ужасным.
Ну вот, попалась. И уйти-то ведь не может, потому что Мицури-сама может обидеться. Ну и что ей прикажете делать? Неужто неловко топтаться на одном месте, пока праздник не закончится?
— Че, Монзаки, застряла? — грубо поинтересовался Хашибира, встав рядом с ней. Это просто удивительно, что он пришел на праздник без своей кабаньей маски. Должно быть, оставил где-то на веранде.
— Я Канзаки, дурак, — буркнула Аой, нахмурившись, и сложила руки на груди. — И вообще, какая тебе разница?
— Да никакой! — ответил он в своей привычной манере и вернулся обратно к столу.
Аой прикрыла глаза и громко выдохнула, сжимая и разжимая кулаки. Чувствовала ведь, что не нужно ей идти в поместье Убуяшики, так нет, все равно поддалась на провокации! А теперь вот стой тут без дела на глазах у всех и позорься. Еще и этот кабан продолжает зыркать на нее, словно на экспонат в музее. Ну и дела…
Аой только делала вид, что вся из себя такая холодная, жесткая и неумолимая. На самом деле она много чего боялась и была трусливой. Она не была бесполезным человеком, вовсе нет, а вот бесполезным Истребителем — да. Для чего только вообще обучилась Дыханию и прошла финальный отбор? Непонятно. За все потраченное на эти занятия время она могла бы принести больше пользы, как обычная медсестра в поместье Бабочки. Сейчас на Аой фактически держался весь дом Кочо: стирка, готовка, уход за пациентами — все на Канзаки. Но девушка не жаловалась, вовсе нет. Наоборот, она была безумно благодарна Шинобу-сама за то, что та разрешила ей остаться в поместье в качестве помощницы, а не в качестве мечницы. Она даже боялась представить, что было бы, если бы ей пришлось ходить на миссии. Возможно, ее убили бы на первом же задании.
Можно сказать, что Аой в некоторой степени завидовала Танджиро, его друзьям и вообще всем Истребителям. Они не боялись жертвовать собой ради жизней других. Они уверенно держали свои катаны в руках и использовали с трудом выученные Дыхания, чтобы победить противников в лице демонов. Все вокруг были такими смелыми. Все, кроме Канзаки, которая только и годилась на то, чтобы работать служанкой.
Черт возьми, почему именно сейчас она задумалась об этом? Того и гляди, плакать начнет от обиды и горечи.
— Эй, Кинзаки! — вдруг вырвал ее из мыслей чересчур громкий голос Иноске, раздавшийся прямо над ухом, и девушке пришлось открыть глаза и посмотреть на нарушителя спокойствия.
Абстрагировавшись от происходящего вокруг, она перестала обращать внимание на шум и даже не заметила, что демоническая сестра Танджиро, Незуко, стала такой же жертвой омелы, как и Канао с Аой. Да только вокруг младшей Камадо уже крутился Агацума… Ой, нет, все совсем наоборот. Это Зеницу стоял под омелой, а Незуко имела неосторожность подойти к нему! Парочка стояла на уличной веранде, но хорошо просматривалась через оставленные кем-то открытыми сёдзи. Аой было хотела крикнуть ей, чтобы она не приближалась так близко к любвеобильному блондину, но решила, что лучше ей не лезть в чужие отношения. В конце концов, девочка-демон сможет за себя постоять, если ей что-то не понравится, и Зеницу это прекрасно понимает.
— Кинзаки, ты слушаешь или нет?! — возмутился Иноске, и девушка поняла, что снова задумалась, глядя на друзей.