Девятнадцатого августа, с утра, когда на очередном галсе мы приближаемся к берегу, перед нами возникает стена тумана. Входим в нее, и сразу все делается серым и блеклым. Чуть просвечивает сверху солнце, тревожно и тоскливо делается на душе. Минут через пятнадцать туман редеет, и мы снова выходим на освещенную солнцем воду. Впереди, милях в пяти, видна следующая полоса тумана. Не доходя до нее, начинаем поворот на другой галс, так как идти в тумане к берегу опасно. Только что заканчиваем поворот, как где-то раздается рокот авиационного мотора. Внимательно смотрим во все стороны и, наконец, видим, как из-под солнца к нам быстро идет самолет. Когда он приближается и, снизившись до бреющего полета, начинает делать над нами широкие круги, мы опознаем в нем разведчика военно-морского флота США. Что делает он здесь, в мексиканских водах, у берегов суверенного государства?
Самолет кружит над нами минут двадцать, производя фотографирование, и только когда мы вновь входим в полосу тумана, он оставляет нас в покое.
Остаток дня 19 августа и весь день 20-го продолжаем лавировать против ветра, беспрестанно пересекая густые полосы тумана. К исходу дня ветер начинает слабеть и после заката прекращается совершенно. Убираем паруса и вступаем под мотор. Сейчас мы на параллели, по которой проходит граница между Мексикой и штатом Калифорния Соединенных Штатов Америки и на подходах к заливу Санта-Каталина, в котором лежит порт Лос-Анджелес.
Незадолго до рассвета показывается обширное зарево огней над городом и портом Сан-Диего, являющимся военно-морской базой и находящимся уже на территории штата Калифорния.
Медленно светает. Слева сквозь легкий утренний туман проступают обрывистые скалы гористого острова Сан-Клементе. Еще дальше впереди и слева чуть виднеется темное пятно острова Санта-Каталина. По мере того как мы приближаемся к нему, в море появляются многочисленные рыбачьи суда самой различной конструкции и величины. Это — ловцы тунца. Некоторые из них проходят от нас очень близко, и мы можем наблюдать способ лова. С каждой стороны судна, идущего под мотором, торчит по длинной гибкой удочке, которые за леску буксируют вращающуюся от хода судна блесну. На эту блесну и ловят тунца. На поверхности штилевого моря видны десятки таких судов, в различных направлениях бороздящих залив.
Наконец равняемся с островом Санта-Каталина и по широкому проливу Сан-Педро между островом и берегом материка поворачиваем в сторону гавани. Справа на холмах возникает целый лес нефтяных вышек — там находятся нефтяные промыслы.
Над берегом, прямо по носу, висит громадное расплывчатое облако пыли и дыма; по сравнению с белесой синевой неба оно имеет серо-фиолетовый оттенок. Такие облака, хорошо видимые в ясный солнечный день, всегда висят над большими городами. Люди, находящиеся в городе, не замечают этого отравленного облака, но стоит отъехать пять — десять километров от города, и его очертания уже делаются ясно различимыми.
По мере нашего приближения из тусклой мглы начинают возникать огромные строения. Это небоскребы Лонг-Бича. Немного погодя проступает линия волноломов. За волноломами возвышаются огромный белый маяк и холмы, покрытые белыми невысокими строениями. Это и есть цель нашего перехода — порт и город Сан-Педро.
Идем под острым углом к волнолому, держа курс на маяк. Около маяка открывается проход в гавань, и мы медленно входим внутрь аванпорта, оставляя маяк слева. Обширное пространство гавани Сан-Педро пустынно, правее входа высокий мол отделяет ее от следующей гавани, в которой виднеются мачты и силуэты крупных военных кораблей. Недалеко от ворот в гавань на якорях стоят три наших китобойца. Подворачиваем вправо и, немного не доходя до них, даем ход назад. С плеском падает в воду якорь. Переход закончен. За кормой осталась 1391 миля, пройденная от порта Салина-Крус за одиннадцать суток при непрекращающемся встречном ветре и противном течении.
Переход был очень утомителен, и мы с нетерпением ждем посещения портовых властей, чтобы затем как следует и спокойно отдохнуть. Минут через двадцать после отдачи якоря из левого угла гавани показывается катер. Он быстро бежит к нам, двумя белыми гребнями разбрасывая воду. Вот он уже швартуется к нашему борту, и два полицейских офицера в сопровождении врача поднимаются на палубу. Повторяется надоевшая и бессмысленная процедура проверки списка команды с многочисленными нелепыми графами. Проверка продолжается около двух часов, и когда она наконец кончается, я чувствую себя совершенно разбитым. Так же чувствует себя и команда. Все очень устали, и всем хочется отдохнуть, а вместо этого приходится терпеливо ждать, когда представители порта удовлетворят свое любопытство. Но вот наконец катер фыркает, делает плавный поворот и удаляется в том же направлении, откуда он прибыл.