Когда волна накрыла, он застонал моё имя, а я впилась зубами в его плечо, чтобы не выкрикнуть его. Мы застыли, сплетенные в последнем объятии, пока эхо наслаждения не растворилось в тишине.
Он рухнул на меня, дыхание горячее, чем пламя в камине. Его губы шептали что-то в мои волосы — может, клятвы, может, проклятья.
— Останься, — голос его был разбитым, как старое зеркало. — Хоть на эту ночь.
Я провела пальцем по его спине, чувствуя, как под кожей дрожат мышцы.
— Ты женишься завтра. А я… — я села, поправляя юбку, будто доспехи, — останусь тенью в твоём будущем.
Он одевался молча. Каждое движение — прощание: пряжка ремня звякнула, как кандалы, сапоги глухо стукнули по полу.
— Приходи, когда захочешь, — сказала я, закуривая. Дым заклубился между нами, как занавес. — Двери «Времён» открыты. Для тебя.
Он обернулся, лицо исказила гримаса, в которой смешались боль и презрение.
— Ты предлагаешь стать моей шлюхой? — слова резали, как битое стекло.
— Нет. — Я выпустила дым колечком, наблюдая, как оно растворяется в воздухе. — Любовницей. Разница в цене и… — я провела пальцем по горлышку бокала, — в честности.
Он схватил подсвечник, швырнул в стену. Хрусталь разбился с мелодичным звоном, воск брызнул кровавыми каплями по гобелену с охотами.
— Я ненавижу тебя!
— Нет, — я улыбнулась, прикуривая новую сигарету от свечи. — Ты ненавидишь себя за то, что не можешь перестать любить.
Он ушёл, хлопнув дверью так, что задрожали книги на полках. Гравюра с Венерой упала, разбив стекло.
Ночью я разбирала письма. Среди них — приглашение на свадьбу Дмитрия и княжны Оболенской. Бумага пахла фиалками — её любимый аромат. На обороте детской рукой выведено:
«С надеждой на ваше благословение».
Я бросила конверт в камин, наблюдая, как пламя лижет позолоту герба. Любовь — как эти чернила: яркая, ядовитая, временная.
Внизу заиграла новая мелодия. Я спустилась в зал, где Дуня танцевала с пожилым генералом. Её смех звенел фальшиво, как треснувший колокольчик.
— Мадам, — она поклонилась, ловя мой взгляд. — Всё в порядке?
— Всё прекрасно, — ответила я, принимая бокал шампанского из рук Степана.
Ложь стала моей второй кожей. И, возможно, единственной правдой.
______________
Дорогие читатели, прошу прощения за свою пропажу, но история продолжается и уже подходит к своему концу, по крайней мере эта ее часть. Буду рада получачить от вас обратную связь, хотели ли бы вы видеть ее продолжение во вторром томе?)
Автор приостановил выкладку новых эпизодов