— Добрый вечер, Лизавета, — он снял шляпу, и свет лампы упал на знакомые черты: острые скулы, шрам над бровью, глаза цвета грозового неба.
Незнакомец положил на стол кошелек, где золотые монеты смешались с бумажными ассигнациями. Его пальцы медленно расстегнули перчатки.
— Вы... — я отступила к стене, цепляясь за складки платья.
— Алексей Волынский, — он поклонился, как на балу. — Кажется, я недооценил вашу способность попадать в неприятности.
В его голосе звучала усмешка, но глаза оставались серьезными.
Внезапно он шагнул вперед, доставая из кармана предмет, от которого у меня перехватило дыхание — мой телефон.
Глава 5. Тени доверия
Глава 5. Тени доверия
Телефон лежал на столе, его экран светился холодным синим светом, словно осколок далекой звезды, затерявшийся во тьме XIX века. Я не сводила с него глаз, словно боялась, что он исчезнет, как мираж. Алексей Волынский стоял у окна, затянутого плотной тканью, поправляя манжеты рубашки. Его пальцы, обычно уверенные, слегка дрожали — первый признак слабости, который я уловила за все время нашего странного знакомства.
— Зачем вы здесь? — мой голос прозвучал резче, чем я планировала. — Чтобы убедиться, что я окончательно сломалась? Или насладиться зрелищем падения?
Он повернулся, и свет масляной лампы скользнул по его лицу, высветив шрам над левой бровью — тонкий, как лезвие бритвы.
— Дела, — ответил он коротко, доставая из внутреннего кармана серебряный портсигар с гравировкой в виде ворона. — У меня есть интересы в этом квартале. Дома, магазины... заведения.
— Интересы? — я засмеялась, и смех мой прозвучал горько, как полынь. — Вы — дворянин. Вам ли пачкать руки грязными деньгами борделя?
Он чиркнул спичкой, поднеся огонь к папиросе. Дым заклубился, смешиваясь с запахом ладана, который служанки жгли, чтобы заглушить вонь греха.
— Вы забываете, Лизавета, — он произнес мое имя нарочито медленно, растягивая слоги, будто пробуя на вкус, — я мужчина. А здесь... удовлетворяют потребности.
Слова повисли в воздухе, тяжелые и острые. Я подошла ближе, чувствуя, как корсет впивается в ребра, перекрывая дыхание. Шелковое платье шелестело, словно змеиная кожа.
— Врете. — Я уперлась ладонями в стол, наклоняясь к нему. — Вы пришли из-за меня.