Вынужденные перемещения по дому в присутствии Снейпа-старшего младший по устоявшейся привычке сводил к минимуму, предпочитая не показываться из своей комнаты. Ради такого дела завтракал и обедал он в дешевых забегаловках на Косой аллее или попросту пренебрегал приемами пищи. Помогало и то, что рабочий день на фабрике начинался рано, а заканчивался поздно. Хотя, если Тобиасу приспичивало напиться, то рабочий график его не останавливал и тогда гроза могла нагрянуть в их жалкое жилище в любое время. Но вот бухим Северус родителя, как ни странно, не видел давно – со дня похорон мамы. И сейчас, в привычной растянутой майке и старых покрытых катышками трико, он выглядел помятым, но трезвым.
- Северус? Добрый день, - не проделав и половины пути, заговорил Тобиас, чем разрушил надежды сына на то, чтобы молча разминуться.
- Добрый день, - не спуская с него настороженного взгляда, буркнул Северус. Он не боялся отца-маггла, но ни стычек, ни общения с ним не искал. Поэтому неожиданное внимание ничего, кроме раздражения, не вызвало. И тем более не радовало, что Тобиас, преградив путь, явно намеревался продолжить беседу. Сжав в нетерпении губы, Северус ждал.
- Я… вот что хотел спросить, - папаша свел брови домиком, - ты каждый день куда-то уходишь…
- Я работаю, - Северус нетерпеливо переступил с ноги на ногу.
- Это хорошо. Хорошо, - Снейп-старший занес руку, будто хотел похлопать сына по плечу, но на полдороги сменил курс и потер свою шею. – А где?
- В аптеке, - сообщил сын и подался к лестнице.
- Хорошая работа. Должно быть. Не пыльная, - Тобиас хмурился, то и дело поглядывая себе под ноги, а главное - по-прежнему стоял на пути.
Северус изо всех сил сдерживал рвущуюся с языка грубость.
- Сегодня ты вернулся раньше?
- Да.
- Торопишься?
- Да, - сын шире раскрыл глаза и тряхнул мокрыми волосами. Ему надоело скрывать раздражение и вести этот бессмысленный разговор.
- А, ну ладно. Иди, - отступая в сторону, кивнул Тобиас.
Северус без промедления помчался наверх, на ходу подкатывая глаза и выдыхая. На досаду и, вроде как, огорчение, появившиеся в голосе Тобиаса ему было плевать. Отвязался – и хорошо. «Повезло. Вот бы удачи и на оставшийся вечер хватило … Жаль, не было возможности сварить Феликс Фелицис».
*
Удача показала свой тыл прямо на подступах к дому Эвансов – в плетеных креслах, выставленных на веранде вокруг стола, уже восседали Поттер и Блэк и, сверкая мерзко-слащавыми улыбочками, беседовали с родителями Лили. Северусу оставалось взывать к собственному разуму и выдержке, свежеприобретенной, как ему хотелось надеяться, благодаря упражнениям в окклюменции.
На душе стало легче, когда Лили поднялась со своего места и помахала рукой. Вот бы еще ее порыв не привлек внимание остальных присутствующих, которые просверлили нового гостя отнюдь не приветливыми взглядами. Оставшуюся часть аккуратной вымощенной белой галькой дорожки Северус преодолевал в борьбе с желанием сгорбиться и втянуть голову в плечи.
Три чуть поскрипывающие ступеньки, и теплая мягкая ладошка Лили ободряюще стиснула его запястье.
- Привет!
- Привет, - чуть слышно ответил он и повернулся к сидящим за столом. - Здравствуйте, миссис Эванс, - мама когда-то учила приветствовать особо важных персон легким поклоном. – Мистер Эванс, - отец Лили встал, и Северус с готовностью сделал шаг навстречу. Но тот, сжав губы, лишь едва заметно кивнул и, резко развернувшись, ушел в дом. Раскрытая ладонь повисла в воздухе. Не то чтобы Северус успел ее протянуть, но и незавершенный жест от внимания зрителей не укрылся. Он суетливо опустил руку и отер ее о штанину, как если бы чем-то испачкался.
Следом за мужем поднялась и миссис Эванс.
- Раз вы теперь все в сборе, не будем вам мешать, - холодно улыбнулась она.
Северус, часто моргая, посмотрел ей вслед.
- Пойдем, - с сожалением в голосе Лили тянула его за руку к столу.
- Иди же, Снейп! – с ухмылкой протянул Поттер. – Не видишь, как все здесь тебе рады?
Хихикнула Петунья, перешептываясь о чем-то с Блэком. Его она ненормальным уродом явно не считала. К черту их всех. Вымести из сознания эмоции. Закрыться… И можно совершенно невозмутимо встретить вызов ненавистного Поттера.
- Я вижу, что мне рада Лили. Этого мне вполне достаточно, - ответил Северус, присаживаясь на указанное подругой место.
- Ого, Эванс! – Блэк тем временем таращил глаза в притворном ужасе.
- Что? – с металлическими нотками в голосе отозвалась Лили, потянувшись к чайнику.
- Да ты Сохатого чуть не испепелила!
- Не говори глупости, Блэк! – Лили махнула рукой, словно отгоняла назойливую муху, и взяла чайник.
Северус внезапно поймал себя на том, что завороженно разглядывает линию ее тела, обрисовавшуюся под просвеченным вечерним солнцем платьем, и испытывает отнюдь не дружеские чувства. Он поспешно отвел взгляд, возвращая на место предательски расползающуюся окклюментную защиту.
- Правда, Бродяга, заткнись! - сожаление Поттер изображал правдоподобно.
Лили, насупившись, наливала чай Блэку. Она нервничала. А Пес продолжал паясничать:
- Заткнись, Бродяга. Никто не любит Бродягу. Одна надежда греет сердце Бродяги. Петуния! - густые, черные, аккуратные, как у девчонки, брови взметнулись вверх, - скажите, вам мое общество не противно?
- Конечно, нет, Сириус, - Петуния смущенно улыбнулась, заправила за ухо прядь бесцветных волос и вскинула на Лили радостно заблестевшие глазенки. – Мне не полную.
«Эта дура, не иначе как распустила слюни, воображая себя в свадебном платье с красавчиком-Сириусом. Как же! Нужна этому кобелю такая кобыла…»
Да пусть они идут Запретным лесом! Хоть правда женятся… Там же… Какое Северусу дело до Петунии и Блэка, когда Лили остановилась рядом с Поттером? Она наливала в чашку горячий дымящийся чай, а он, вскинув голову, восторженно пялился на нее через свои дурацкие «велосипеды». И ведь выглядел же нормальным гад, несмотря на характерно вздыбленный чуб, а не придурком, как чаще всего, бывало. А Лили… Лили ему улыбнулась.
Северус никак не мог позволить себе очередной дурацкий поступок. Конечно, оскорбления в адрес Лили больше никогда, ни при каких обстоятельствах не сорвутся с его губ - в этом он был уверен. Но что касается других глупостей – с него могло статься. Могло, но не должно было. И он ценой боли, медленно сдавливающей голову в горячих тисках, держал щиты и внешне выглядел спокойным.
- Сев, - она уже сидела рядом и внимательно смотрела в глаза. – С тобой все в порядке? – спросила полушепотом.
- Да. А что? – голос звучал бесстрастно. Пожалуй, даже слишком.
- Ты какой-то… как не здесь.
- Я просто задумался, - он двумя руками взял с блюдца чашку, чуть раздвинул ментальные блоки и постарался придать лицу непринужденный вид. Лили еще ненадолго задержала на нем неуверенный взгляд, а потом ее внимание привлекло происходящее по другую сторону стола. Там Поттер тискал черно-белую кошку.
- Венди, говоришь? – он весело исподлобья взглянул на Петунию и снова принялся наглаживать урчащее животное. – У наших соседей такая была. Джессикой звали. Снитч ловила… это мячик такой…
- Я знаю! – звонко отозвалась девица, еще недавно брезгливо воротившая нос от всего волшебного.
Лохматый Олень звездно блеснул зубами.
- Вот она его, как заправский ловец, ловила. Лучше меня - точно!
- А вы… ловец?
- Нет, я охотник.
«Такой милый мальчик, что вот-вот стошнит…»
Хотя тошнота, скорее, шла бонусом к головной боли, потому что против того, чтобы Поттер очаровывал старшую из сестер Эванс, Северус ничего не имел. Как раз наоборот: “Олень и Кобыла, чем не прекрасная пара?” Жаль, что только в фантазиях. Северус осторожно перевел дыхание. Ему бы не утешаться временным отступлением Поттера, а ловить момент и завести непринужденную беседу с Лили, которая позвякивала чайной ложкой о края чашки, размешивая сахар, и выглядела задумчивой и немного грустной. Золотой ореол, зажженный косыми лучами заходящего солнца вокруг чуть склоненной головы, делал образ любимой девушки еще более нежным, чистым, неземным.