- Это, - Сириус задохнулся. – Это подло! – он стремительно двинулся на отца и остановился, только дойдя до края разделявшего их стола. – Значит, станешь топить меня? Вот такого, признаюсь, я не ожидал! И даже на фамильную честь плевать! Браво, мистер Блэк! Мои аплодисменты!
- Думай, что хочешь, - устало парировал Орион, глядя на паясничающего и скалящегося в злой ухмылке отпрыска, - но я тебя не топлю, а спасаю, пока еще не поздно.
- Что?! – фальцетом выкрикнул Сириус и согнулся пополам от смеха. Орион ему истерить не мешал. – Потрясающая логика! – воскликнул младший Блэк, распрямившись. – И как ты себе это представляешь, интересно знать.
- Так, - старший обратился дымом, очертаниями напоминающим хищную птицу, а через мгновение уже стоял рядом с сыном и говорил тихо ему в лицо. – Я избавляю тебя от опасной иллюзии вседозволенности и безнаказанности. Мое влияние велико, но не безгранично. Лучше ты сейчас понесешь наказание за мелкий проступок, чем в будущем вляпаешься во что-нибудь такое, из чего ни я, ни, тем более, мистер Поттер тебя вытащить не сможем.
*
- Се-ев! – звенящий голос пробился в ватную набивку сна, и дремотное сознание различило суховатый стук чего-то мелкого об оконную раму. С резким дребезжанием что-то прокатилось по жестяному откосу. И снова – нетерпеливое и нервное: - Сев!
«Лили?!»
Северус ошалело разлепил глаза и тут же снова их крепко зажмурил. Щель между линялыми шторками сияла ярким солнечным светом.
То, что нога попала в дыру на покрывале, Северус заметил поздно, а осознал, только вставая с пола и потирая ушибленное колено. Чертыхаясь сквозь стиснутые зубы и распрямляясь в хромоногом броске, он все же достиг окна и выглянул наружу:
- Лили! – сердце пропустило удар. На улице, задрав огненно-рыжую под ярким солнцем голову в самом деле стояла она. Но мимолетная радость угасла, не успев толком вспыхнуть. Плотно сжатые губы и сведенные брови подруги не сулили ничего приятного: – Я сейчас, – смутно отметив, что без палочки давно заклинившее окно не открыть, обреченно крикнул Северус через стекло и махнул рукой. Движение вышло невнятным и беззащитным. Он нахмурился и, сунув руки в карманы, пошел к двери.
«Пришла высказать за вчерашнее? Чтоб больше близко не подходил?.. И гребаный маггл сейчас наверняка придолбается… Или не приперся еще? И какого драккла… - рваные мысли, сбивая друг друга, промелькнули под шлепанье босых ступней по лестнице, а под скрип половиц в гостиной вытолкнули угрюмое: - ну, что ж…»
Он что, отказывается от борьбы за дружбу Лили? Блеклое, как принты на линялых футболках из секондхэндов, чувство не тянуло толком ни на удивление, ни на решимость. И тоскливая, ноющая боль никуда не делась, только будто бы, прижав уши, отползла в угол:
«Просто, если уже ничего не исправить… Да и нужен ей такой нищеброд и уголовник».
Пройдя сквозь полумрак прихожей, рассеченный полными пыли лучами света, Северус надавил на прохладную металлическую ручку и вдохнул неожиданно свежего воздуха с улицы. Наверное, от избытка кислорода в глазах слегка потемнело, и силуэт подруги на пару мгновений расплылся яркими пятнами. Потому он не успел разглядеть ее перемещение, только, почти сбитый с ног, спиной ощутил вздувшуюся пузырями поверхность дверной фанеры.
- Сев! – Лили обвила руками его шею и даже на один охренительно прекрасный миг прильнула всем телом, окатив волной пахнущих лесом волос. – Слава богу, ты дома!
Она отстранилась, и часть радужных пузырьков, наполнивших грудь и мысли Северуса, лопнули, прыснув смутным разочарованием. Непроизвольно он попытался удержать подругу рукой, непонятно как оказавшейся на ее потрясающе тонкой и гибкой талии. Но вовремя спохватился, убрал своевольную конечность в карман и постарался въехать в то, о чем Лили его только, что спросила. Вроде бы это было:
- Значит, тебя отпустили?
- Ну… типа… да. Почти. Наверное, - выдал Северус и офигел от собственного красноречия. А еще на нем мятая, пропахшая вчерашним потом рубашка. И голова немыта. И лицо… Черт!
- Что значит, почти наверное? – Лили посмотрела с неподдельной тревогой и заботой.
Губы Северуса тронула невольная улыбка, которой никак нельзя было позволить стать широкой и выставляющей напоказ неровные зубы. Это он понял еще года три назад, когда по совету, вычитанному на каникулах в каком-то маггловском журнале, попытался поупражняться в эффектной мимике перед зеркалом. Эффект его лыба, конечно, производила, но при Лили лучше не надо.
- Ну, это в двух словах не расскажешь, - ему удалось собрать физиономию в кучу и сохранить серьезность, - давай я сейчас по-быстрому переоденусь и мы пойдем… погуляем… - он рассеянно сунул пятерню в свои волосы. Жуткий ужас. Может быть, Лили согласится подождать, пока он и голову вымоет?.. – Зайдешь?
Папаша мог явиться в любой момент, но не заставлять же ее стоять под дверью.
- Нет, Сев, я не могу гулять, - досадливо сморщилась она, тем не менее проходя в дом. – У меня мало времени. Расскажи, чем все закончилось, и я пойду.
- Ну… ладно, - ругая себя за бесконечные «ну», он прошел за гостьей в гостиную и жестом пригласил на кухню, неловко пододвинул ей табурет. – Чаю попьем?
- Не надо чая, Сев. Рассказывай уже.
- Что рассказывать? – заняв табурет с другого конца стола, он поковырял ногтем вывернутый край прорези на старой клеенке. – Загребли нас всех в Аврорат за нарушение Ста… Постой, а ты, получается, про это знаешь? Откуда? – Догадка насчет Поттера саданула под дых.
Лили нахмурилась:
- Да, мама Поттера со мной связывалась по камину прямо посреди ночи…
- И чего она хотела? – криво усмехнулся Северус, настороженно следя за кусающей губы подругой. Казалось, что та решает, как лучше ответить.
- Что хотела? – Лили тряхнула густыми волосами. – Чтобы я поддержала ее сына в суде, дала показания, что он ни в чем не виноват и ты первый начал… Но ты же понимаешь, что я этого не сделаю? Во-первых, я не видела драку и с чего она началась, поэтому не могу на этот счет давать никаких показаний – так я ей и ответила. А во-вторых, ты ушел раньше и не мог знать, когда и как будут уходить они, чтобы подкараулить, значит… Короче, это не доказательство, но я уверена, что это они на тебя напали, а не наоборот.
Любуясь распахнутыми ярко-зелеными глазами, Северус благодарно кивнул.
- Я так и думала! Но так что было в Аврорате?
- Да ничего! – вырвалось с горьким сарказмом. – Следак попался сволочь, сказал, что это я напал на хороших мальчиков с тремя палочками и за это меня нужно исключить из Хогвартса, отнять палочку и запретить колдовать. Но… - осекся он, заметив выражение неподдельного ужаса на лице подруги, - но мне предоставили адвоката. И, знаешь, как это ни удивительно, он вроде бы действительно собирается меня защищать. Поэтому…
- Хоть бы так и было! – ее брови сочувственно изогнулись. – Сев, я так за тебя волнуюсь…
- Правда? Вчера, когда ты на меня разозлилась и выгнала, мне так не показалось… - наверное, какой-то драккл дернул его за язык.
Лили чуть-чуть помолчала, вздохнула и одарила неопределенным взглядом:
- Балбес ты, Сев. Конечно, я на тебя разозлилась. Знаешь, за что? За то, что повелся на их дурацкую провокацию. А я знаю Туни. Она сделала все, чтобы родители увидели ее в слезах. Я знала, что раз она ушла, значит, через несколько минут к нам выйдет папа, а он… Прости, но он и так тебя не любит. Я еле уговорила, чтобы мне разрешили тебя пригласить, но после жалоб Туни… В общем, ничего хорошего он бы тебе не сказал. Поэтому лучше всего было, чтобы ты побыстрее ушел. Ну и… Ты обиделся?
- Я не могу на тебя обижаться, Лили, - честно ответил он. – Не получается.
Она сверкнула смущенной улыбкой.
- Это хорошо, что не обижаешься. Я ведь… Ты мне… В общем, я, правда, за тебя переживаю. И если я смогу тебе чем-то помочь, ты только скажи. И знаешь что? Мне, конечно, запретили с тобой общаться, но я не собираюсь их слушаться. Сейчас мне нужно уже бежать, потому что мой поход в магазин и так уже слишком затянулся, - Лили хихикнула. – Но давай встретимся с тобой после ланча? Я придумаю какой-нибудь предлог. Только нужно выбрать место, где Туни нас не выследит.