Милберн покачал головой вернулся на корму и уселся там.
— Плевать, что не удалось потрахаться, — сказал Ирв, — зато мы хорошенько рассмотрели этот остров Отдохновения.
— И что?
— А то, что теперь нам кое-что известно. О той старухе, которую мы шлепнули. Она была не просто каким-то ничтожным рыболовным гидом. Я же говорил тебе, как полезно читать некрологи после выполнения заказа. Откуда еще можно узнать, кого ты отправил к праотцам, если не из газет? А как тебе это место, остров Отдохновения? Это ж золотая жила. Тебе хотелось бы, чтобы подобное местечко было твоим?
— Да брось ты свои шутки, приятель.
— Я серьезно. Все эти цыпочки бегали бы вокруг тебя. В ресторанах ты мог бы заказать любое блюдо, просто велел бы своему чертовому шеф-повару приготовить его. Дружище, это все равно что собственное маленькое государство, в котором ты правишь. Если тебе что-то не нравится, просто увольняешь людей и нанимаешь тех, кто будет лизать тебе задницу. Что-то в этом есть, Милберн. Не знаю почему, но мне это нравится. Место, которое я смогу назвать своим собственным.
— Но как же ты отнимешь его у этой Рики?
Милберн пытался казаться безразличным, но Ирв почувствовал: этот жирный боров понял, что и ему тут может что-то обломиться.
— Ну, не знаю. Думаю, нам нужно поехать на Ки-Уэст. Полюбезничать с ней. Использовать мое знаменитое обаяние на всю катушку.
Ирв запустил большие двигатели. Он направил свет прожектора на девушек. Они уже добрались до маяка. Он пустил яхту самым малым ходом, направляясь к ним. Рыжая ухватилась за обросшие ракушками стальные балки маяка, и, наверное, в кровь изрезалась об их острые края.
Он приблизился к ним на расстояние в три метра, а потом резко сбавил скорость, одновременно накренив яхту, так что они остались барахтаться в кильватерной волне.
— Я тебя спас, приятель, — закричал Ирв Милберну. — Эта сука собиралась пополнить тобой свою коллекцию кохонес.[28]
И они понеслись на север, вдоль линии рифов, назад в «Корал-Риф Клаб».
Глава четырнадцатая
Легкий ветерок лишь слегка шевелил верхушки деревьев, росших вокруг домика Торна, такой же знойный и бесполезный, как воздух на чердаке. Они с Шугарменом сидели на веранде. Сара была в доме, одевалась.
Похмелье Торна было в самом разгаре. На нем были рыбацкие очки с самыми темными стеклами, глаза нестерпимо болели, он старался моргать в том же ритме, что и пульс его сердца. Он был одет в укороченные голубые джинсы, желтовато-коричневые туфли и оранжевую футболку с надписью КИ-УЭСТ, ПОСЛЕДНЕЕ ПРИБЕЖИЩЕ.
Шугармен хранил молчание с того самого момента, когда открыл дверь и увидел Торна и Сару, разметавшихся на скомканных простынях в глубоком сне, хотя солнце уже давно встало.
— Ну, расскажи мне, — произнес Торн. — Он снова отхлебнул кока-колу из банки, пытаясь держать голову прямо. — Что у вас есть?
— Сначала ты расскажи мне, Торн.
— Что?
— Ты же не собираешься уподобиться тем, кто врывается в дома поздно ночью, никому не зачитывая их прав, действуя по законам волчьей стаи?
Торн поднял голову и посмотрел на него.
— Так вот как я выгляжу в твоих глазах?
— Да, именно так.
— Я пацифист, приятель, — сказал Торн.
— И уж, конечно, ты разбил костяшки пальцев во время мирной беседы? — откликнулся Шугармен.
Торн сказал:
— Да ладно тебе.
— Хорошо, вот как обстоят дела. Сейчас этим делом занимаются парни из Агентства по борьбе с наркотиками. Вчера они целый день обыскивали яхту, взяли пробы приманки для рыбы, чтобы определить ее происхождение с помощью компьютера. Прочесали всё мелким гребнем. Уже получили результаты от этих бездельников из лаборатории. Ввели информацию в центральную базу данных, и вот — бац — компьютер выдал результат: «Простите, ребята, можете начинать все заново. Это нам ничего не дает».
— И эта информация должна меня успокоить?
— Подожди минутку, — сказал Шугармен. — Мы знаем, что это были два парня. Они зафрахтовали ее яхту на ночь, вышли в море, к рифу, затем у них произошла стычка с Кейт, кто-то разлил приманку для рыбы, потом прогремели выстрелы, потом они разбросали повсюду марихуану. Это как археологические раскопки. Пласты. Вскрываешь пласт за пластом.
Нед Маклин ловил люцианов на Пиклз-Рифе около одиннадцати вечера в понедельник. Он слышал стрельбу, но не стал вмешиваться, так как подумал, что это очередная разборка наркоторговцев. Его радиоприемник был на последнем издыхании, поэтому он смог сообщить о том, что слышал, только вчера. Он провел там всю ночь, был так напуган, что боялся запускать мотор.