Задумавшись об этом на мгновение, я продолжил ее укутывать.
— Я все равно хочу, чтобы тебе было тепло, просто потому, что.
Схватив мою руку, когда мы поднимались по лестнице к люку, она прошептала.
— Что мне с тобой делать?
Еще одна прекрасная ночь, звезды снова демонстрируют мне свое великолепное сияние. Я вспомнил кое-что об этом из своей книги, что-то романтическое, что мужчина говорит женщине, однако я не мог вспомнить всю фразу полностью и не хотел ее испортить, поэтому держал ее при себе. Береженого Бог бережет.
— Ты отлично выглядишь, — сказала она.
Я взглянул на одежду, которую она мне принесла, все еще настолько новую, что на ней еще не скопились разноцветные пятна, как на всем остальном в подвале. Вообще-то я тоже чувствовал себя довольно красивым. Я все еще не хотел, чтобы кто-то, кроме нее, смотрел на меня, но мне казалось, что они не испугались бы, если бы это сделали.
Это заставило меня вспомнить бегунью с той ночи. Я начал осторожно осматривать тени на предмет опасных совершенств.
— Что там? — спросила Вайолет.
Я взял ее за руку.
— Не знаю, почему ты хочешь увидеть мир. Он слишком большой... и кажется страшным и злым местом. С другой стороны, возможно, я ошибаюсь в этом по той же причине, по которой ошибался в других вещах, потому что я еще не видел достаточно.
Она вздыхает.
— Нет, на этот раз ты не ошибаешься.
Казалось, это испортило ее настроение, чего я совершенно не собирался делать. Затем вдалеке загудела сирена. Похоже на то, что я слышал из больничных машин, но не совсем то же самое. Опять копы?
Вайолет вздрогнула.
— Может быть, сегодня не лучшая ночь для свидания. Разве ты не предпочел бы остаться дома? Мы могли бы еще поиграть в игры или почитать книги.
Не хочу даже слышать об этом.
— Это не будет свиданием, если мы останемся дома, а ты сказала, что это настоящее свидание, помнишь? Поэтому я назову это так.
Она улыбнулась и заверила меня, что помнила, но продолжала заметно нервничать, пока сирена не стихла. Я не осознавал, что она вела меня в какое-то конкретное место, пока мы не вышли на густо заросшую тропу.
Для меня было слишком темно, и я больше не видел, куда она нас вела. Тем не менее, казалось, что она видит прекрасно. Заметив впереди покачивающийся фонарик, Вайолет протянула руку вперед, чтобы остановить меня. Я собрался с силами, приготовившись к очередному болезненному спрею в глаза.
Вскоре выяснилось, что это был мужчина, выгуливающий двух собак. Я видел из окна много собак, но ни одна из них не была такой большой. Они были как лошади с большими висящими ушами.
— Прекрасная ночь, не правда ли? — крикнула Вайолет. — Держу пари, вашим собакам нравится этот парк.
Мужчина усмехнулся.
— Вы должны увидеть истерику, которую они устраивают, когда я попытаюсь заставить их уйти.
Обе собаки обнюхали Вайолет, затем одна спряталась за человека, а другая заскулила.
— О, как странно, — заметил мужчина. — Обычно они дружелюбны с большинством людей. Может быть, они стесняются, потому что темно.
Я просто стоял, зажмурившись, чтобы спрей не попал в глаза. Вайолет толкнула меня.
— Он ушел. Что на тебя нашло? Они не все бегуны, знаешь ли.
Сказал ей, что не знал этого и не вижу причин рисковать.
— Даже если есть несколько хороших, — настаивал я, — я не знаю, как с ними разговаривать. Они бы просто посмеялись надо мной.
Она отругала меня.
— Ты такой упрямый и беспокойный. На самом деле ты не знаешь, что подумают о тебе другие люди, ты просто предполагаешь худшее. Разговор с ними не должен быть каким-то страшным испытанием. Фактически, большинство людей, которых ты когда-либо встретишь, постоянно посылают тонкие приглашения войти в их маленький мир.
Я спросил, имеет ли она в виду подвал.
— Вроде того, только в их головах и сердцах. Они просто осторожны, потому что напуганы так же, как и ты. Если ты хочешь установить контакт с ними, просто прояви инициативу. Покажи им немного дружелюбия, покажи им свой интерес, чтобы они знали, что взаимодействовать — это нормально.
Потер подбородок.
— Как ты поступила со мной?.. Хотел бы я иметь для тебя мир получше.
Она начала что-то говорить, но сдалась и просто вернулась к моей руке. Когда я заметил, что к нам подпрыгивает еще один фонарик, Вайолет посоветовала мне попробовать.
— Я не стану тебе помогать, но буду рядом, если что-то пойдет не так.
Глава 6
Я вновь напрягся, но, по крайней мере, смог держать глаза открытыми. О нет, еще одна бегунья! Я вздрогнул, но она нам улыбнулась.
— Это твой старший брат?
Вайолет кивнула и улыбнулась в ответ, хотя, насколько мне известно, мы не были в родстве между собой. Женщина спортивного вида продолжила.
— Мой брат тоже живет со мной. Хотела бы я заставить его встать с дивана, чтобы он пошел со мной на пробежку. Он так устает после работы. Эй, а где твой фонарик?
Она указала на маленький источник света на своей головной повязке.
— Понятия не имею, как можно увидеть что-нибудь без света на этой тропе, в это время года темнеет так рано. Кроме того, разве ты не боишься того, что может скрываться в тени?
Она сделала что-то вроде «бу-у-у», только руками.
— На самом деле нет, — ответил я, обнимая Вайолет. — Она и вправду довольно милая нормальная леди, если познакомиться с ней поближе.
Бегунья выглядела сбитой с толку, а затем убежала в ночь.
Вайолет посмеялась над этим, но опять же, она не сказала мне, что в этом было смешного. Наконец, мы вышли из леса на поляну, на которой в лунном свете я увидел странную бетонную конструкцию, выступающую над землей и, судя по всему, частично в нее врытую.
— Раньше я все время здесь спала, — объяснила Вайолет. — Думаю, что в какой-то момент это использовалось как предприятие коммунального хозяйства. Внутри есть дыры, откуда раньше выходили трубы большого диаметра. Я могла бы вместить туда три или четыре... обеда... одновременно.
Не было ясно, с какой частью из этого я должен был быть знаком, но я кивнул, слушая.
— Я знаю, это кажется странным, но чувствовала себя здесь в полной безопасности. И все еще чувствую. Для меня это редкость.
Я спросил, чувствует ли она себя в безопасности со мной. Она посмотрела на меня своими сияющими глазами и кивнула. Я сказал ей, что хотел бы стать для нее убежищем, и с этого момента буду защищать ее, если она пообещает не уходить.
К моему удивлению, она усмехнулась.
— Ты забыла, как я спас тебя от плохих людей в ту ночь, когда мы встретились?
Это только позабавило ее еще больше.
— Я уже говорила тебе, чувак, что мне никогда не угрожала опасность. Я специально притворялась, чтобы покормиться.
О. Конечно же, она притворялась.
Я стал тихим и мрачным. Конечно, ей никогда не нужна была моя помощь. В действительности, я никого не могу защитить, не так ли? Я даже не смог защитить себя от бегуньи.
— Я понимаю. У меня нет такого красивого бетонного дома, как этот, я живу в подвале с земляным полом, и у меня даже нет настоящей работы.
Возможно, пытаясь загладить свои собственные слова, она взяла меня за руки.
— Ты защищаешь мое сердце и следишь за тем, чтобы мне было тепло.
Мне каким-то образом тоже стало тепло, хотя я дрожал.