- У вас есть предположения, кто бы это мог быть?
- Могу только сказать, что скорее всего это был кто-то из ее школы, но если честно, я не знаю. Я видела его машину, он часто навещал ее. Он выглядел очень знакомым, но я никогда не могла точно определить, кто это.
- И вы хотели рассказать об этом как свидетель?
Эмили переминается с ноги на ногу и ставит свою чашку на стол.
- Нет. Кто знает, может и правильно, что меня не вызвали в качестве свидетеля. Это произошло поздно ночью, и я была уставшей, после детей и всего остального.
- А о чем вы хотели заявить?
- Мне кажется, я видела кое-кого, кто выходил той ночью из квартиры Бев, чуть позже полуночи.
- Кого?
- Мужчину.
- Джонстона?
Она качает головой.
- Нет, не его, это уж точно.
- Ты не против съездить в собачий питомник? – спрашиваю, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.
У Брайана нет возражений. Он кладет локти на стол и наклоняется ко мне.
- Кажется, Камали вам очень понравился, да?
Я краснею и киваю. В тот день, когда уехала Харпер, Брайан пригласил меня к своему другу в сельскую местность со тайным намерением развеять меня, но я и не возражала, особенно когда обнаружила вокруг себя кучу щенков, каждый из которых старался лизнуть меня, тем самым прогоняя любые волнения и беспокойства.
Прямо как Харпер.
Перестань, Келс. Ее нет рядом. Боже, такое впечатление, что уже целую вечность.
Друг Брайана, невероятно красивый парень и тоже гей, Дуг Оберсон, разводит собак в питомнике и работает там же в качестве тренера. Он воспитывает немецких овчарок для дома и охраны. Раньше я и подумать не могла, насколько хороши породистые собаки.
И через пару часов после нашего прибытия я просто влюбилась в самую красивую из всех собак – Камали, которому исполнилось восемнадцать месяцев и который является самым чудесным и милым четвероногим созданием в мире. И даже то, что Дуг тренировал его для охраны, ничуть не умалило его привлекательности для меня. Мы понравились друг другу с первого взгляда. Он даже бежал вдоль забора за нашим «рейндж ровером», когда мы уезжали, как будто хотел вернуть меня.
- Хотите забрать его?
- Думаю, да. Дуг сможет подержать его для меня, пока мы не закончим это дело в Огайо?
- Черт, Келси, да если хотите забрать его сегодня – вперед. Если вам придется уехать в Огайо, я побуду с ним.
- Ты не будешь против?
- Я помогал тренировать Камали. Мы отлично ладим друг с другом. Несмотря на то, что владелец Камали все еще не поддается моему шарму, - с сожалением произносит он.
- Я и не знала, что у тебя какие-то виды на Дуга.
Должна заметить, что там было бы из-за чего переживать – Дуг невероятно красив и чертовски обаятелен. Теперь понятно, почему Брайан сражен наповал.
- Я имел в виду вас, - говорит он с невозмутимым выражением лица и тут же разражается смехом. – Нет! Я шучу. Красавчик просто убьет меня, если я даже только подумаю об этом. На самом деле, я пытался намекнуть Дугу о своих чувствах.
- Думаю, он будет полным идиотом, если не ответит взаимностью, - уверяю Брайана, накрывая его руку своей. – И спасибо за твое предложение. Я бы действительно хотела забрать Камали. Мне с ним будет спокойнее в квартире, когда Харпер не в городе.
- А что скажет Красавчик, если обнаружит, что вы взяли собаку?
Я улыбаюсь краешком рта.
- Уверяю тебя, Камали будет наиболее желанным приобретением в нашем хозяйстве, - особенно после того, как я скажу ей, что купила собаку, чтобы она и наш ребенок росли вместе.
На пути к питомнику мы делаем остановку возле маленького домика в конце Главной улицы в Найеке. На почтовом ящике висит знак, указывающий на то, что хозяин дома владеет картами таро и ясновидением. Можно приходить без предварительной записи. Я смотрю на Брайана, который выглядит несколько смущенным.
- Я провожу исследования на тему альтернативных религий для своего репортажа, - многозначительно говорю ему, надеясь убедить в своей искренности.
- Ага, точно. Это можно назвать и так, а потом целый день считать рабочим. Надо бы и мне стать диктором. Вам же компенсируют затраты на все – одежду, химчистку, макияж, стрижку…
- Маленький завистник, - вынимаю ключ из замка зажигания. – Идем, повеселимся.
- Келси, - берется он за ручку двери. – Нам стоит серьезно пересмотреть то, что вы понимаете под «весельем».
Внутри домика развешаны различные символы и иконы, некоторые из них я узнаю благодаря ранее проведенным поискам. Стараюсь запомнить те, которые не видела раньше, чтобы потом поискать о них информацию. Каждая из них энергетически заряжена, и я прямо чувствую эту энергию. По правде, очень странное чувство.
Пожилая женщина улыбается мне, мягко взяв мою руку, и просто держит ее вместо того, чтобы пожать.
- Как вас зовут, милая?
- А разве вы не можете сказать это? – спрашивает Брайан из своего кресла напротив, где он листает журнал.
- Веди себя прилично, - упрекаю своего друга, а затем поворачиваюсь к женщине. – Келси.
- Пройдемте в мою комнату.
Я смотрю на Брайана, который по-прежнему рассматривает журнал и пожимает плечами.
- А я тихонечко посижу здесь и внимательно изучу «Еженедельник для ведьм» и «Журнал медиумов».
Качая головой, я иду за ней в соседнюю комнату. Она показывает мне на очень удобное кресло и садится напротив. Несколько мгновений пристально разглядывает меня.
- Обычно, - она перекрещивает ноги и разглаживает мантию на себе, - мне нужно только одно мгновение, чтобы узнать информацию о клиенте, но у вас столько всего. Вы не против, если я просто скажу вслух то, что я вижу, чувствую и слышу? Вокруг вас так много голосов. Все они хотят что-то сказать.
- Конечно, - даже тут все хотят наехать на меня, почему же в мире духов что-то должно быть иначе?
- Недавно вы пережили очень большую боль.
Звучит как утверждение, а не вопрос. Но это не впечатляет – она могла узнать меня. Любой, кто смотрел общенациональные новости в январе, знает меня в лицо. Я просто киваю.
- Также в вашей жизни произошли большие перемены. Очень большие перемены и очень быстро.
Расскажите мне лучше что-то другое, об этом знают все, кто видел репортаж о том, как я подписывала контракт с CBS. Поэтому я снова молча киваю.
- Тот, кто любит вас, далеко от вас.
Хм, это может быть удачной догадкой. Очень общее утверждение. Опять киваю.
- Келси, вы сердиты и очень расстроены.
Сидя здесь в джинсах, рубашке Харпер, широком пиджаке и кепке, я знаю, что выгляжу не очень. Кроме того, я еще и не выспалась. Возможно, она читает язык моего тела и делает логические заключения по моему внешнему виду. Я слегка подаюсь вперед и произношу одно-единственное слово:
- Да.
- У вас много тяжелых мыслей, Келси, и ваша потеря очень велика. Человек, который вас любит, - она делает паузу и как будто прислушивается к кому-то, - это женщина?
- Да, - последний комментарий вызывает у меня внутреннюю дрожь. Не думаю, что я выгляжу стереотипно. На самом деле, я точно знаю, что это не так. Иначе Ленгстон не преминул бы высказаться.
- А, да. Причем вы не ожидали, что влюбитесь в нее. Он предупреждал вас, говорил, чтобы вы были осторожной.
- Кто? – еле заставляю себя спросить. Я чувствую себя как в одном из эпизодов сериала «Секретные материалы».
- Тот, кто покинул вас. Тот, кто говорит с вами сейчас.
У меня что-то переворачивается в желудке. Она же не имеет в виду Эрика?
- Молодой человек, ваш друг, Келси, он все еще ваш друг и присматривает за вами. Он говорит, так же, как вы здесь присматривали за ним.
Срочно вызовите агентов Малдера и Скалли! Они просто обязаны явиться сюда.
- Продолжайте.
- Для того, чтобы привести в мир новую жизнь, которую вы носите в себе, вам надо излечить боль прошлого.