Я не могла.
Страх сковывал меня, не позволяя даже пошевелиться.
Я как марионетка в его руках...
Полотенце, обмотанное вокруг его бедер, сползло. Блять.
Я почувствовала, как он наклонился ближе, его дыхание коснулось моей шеи.
— Возьми, — прошептал он грубо и не оставив мне гребаного выбора.
Я замерла.
Сердце замерло вместе со мной.
Моя голова закружилась, будто воздух внезапно покинул комнату.
Я не могла поверить в то, что он только что сказал.
Но его взгляд...
Там было только ожидание.
Мои руки дрожали.
Я знала, что он не примет отказ.
Не здесь, не сейчас.
Я подняла руку, чувствуя, как она тяжелеет, будто из свинца.
Мои пальцы коснулись его каменного члена.
Это было странно. Неловко.
Я не знала, что делать, как двигаться.
Его кожа была горячей, а я ощущала себя ледяной.
Я избегала смотреть на него, но чувствовала его взгляд.
Он смотрел на меня, изучая каждую эмоцию, пробегающую по моему лицу.
Не сказал ни слова, но я видела в его глазах, что он знает.
Знает о моем страхе, о моём замешательстве. Знает, что я ненавижу себя за эту покорность, за то, что делаю это.
Ничего не говорил, только слегка кивнул, заставляя меня продолжать.
Я старалась не думать, просто следовать его указаниям, его движениям. Водила рукой вверх и вниз, сжимая пальцами его член сильнее.
Мамочки... Я никогда не прикасалась у мужчине. К голому.
Но моё тело меня предавало. Я чувствовала, как внутри всё горит, хотя это было отвратительно. Нельзя, Алина, нельзя. Только не такому подонку.
Владимир мягко убрал мою руку, и я едва заметно вздохнула.
Я не могла понять, что чувствую: облегчение или что-то ещё.
Он наклонился ко мне ближе, его губы коснулись моего плеча, а затем шеи.
Его губы спустились ниже, к моей ключице. Он оставлял на моей коже горячие следы, которые жгли, как раскаленный утюг, которым нечаянно палец прижала.
Моя кожа поддавалась ему, но разум всё ещё боролся.
Я ненавидела его за то, что он заставляет меня чувствовать. Ненавидела за то, что я не могу ничего сделать.
Я была его игрушкой, его добычей. Но где-то в глубине души было ещё что-то.
Что-то, от чего я хотела закрыться, спрятаться.
От своей неопытности...
Когда его губы достигли моей груди, я почувствовала, как дыхание перехватило.
Я не могла больше игнорировать то, что творилось внутри меня. Это было слишком.
Слишком много, слишком громко.
Моё тело отзывалось на каждое его движение, несмотря на то, что я пыталась сопротивляться.
Но тут он остановился, поднял головой, видимо заметив, что я перестала трогать его каменную кувалду.
— Ты что как будто члена не видела,— он приподнял бровь,— активнее.
А я от неожиданности как выпалила ему не подумав:
— Не видела.
И тут ухмылка расплылась по лицу.
Он приподнялся, осмотрел мое полуголое тело. Прикусил губу.
— А вот это интересно. Очень интересно, номер два.
Глава 14
Алина
Владимир ухмылялся, его взгляд прожигал меня насквозь.
Каждое движение, каждый жест был настолько четким и резким, что я вздрагивала только от одного замаха ладони.
Я лежала неподвижно, после этого признания, чувствуя, как мои руки, сложенные вдоль тела, начинают неметь.
Казалось, любое сопротивление было бесполезным. Или не казалось, я не хочу Машкину судьбу повторить.
А этот бугай темноволосый тянул время, наслаждаясь тем, что я в его руках.
Его пальцы медленно скользнули к лямке моего лифчика.
Он потянул её вниз, оголяя мою грудь.
Я задержала дыхание.
Его глаза жадно рассматривали меня, словно я была вещью, принадлежащей ему по праву. Но я не вещь... Не вещь же.
Я почувствовала, как кровь приливает к лицу.
Страх, стыд и что-то ещё — неясное, непонятное....
Он наклонился ближе, его губы коснулись моей груди, оставляя за собой горячий след. Боже...
Я не успела ничего понять, как он резко прикусил сосок, а затем облизнул его.
Я выгнулась, не сдержав реакции, но сразу же заставила себя вернуться в прежнее положение.
Он почувствовал это и усмехнулся. Громко и как-то по животному дико.
Его руки уверенно скользнули по моему телу, будто он хотел показать, что оно принадлежит ему.
— Лежи спокойно, — бросил он, почти шепотом.
Но его тон был не просьбой, он был приказом.
Таким, который нужно выполнить, хочешь ты или нет.
А я не хочу.
Но делаю.
Жизнь важнее.
Я закрыла глаза, чувствуя, как его язык обвивает мой сосок, а зубы осторожно прикусывают его.