Я попыталась собрать всю свою волю и ответить ему, как дверь распахнулась и появился тот, кого я точно не ожидала увидеть.
Алекс зашёл в гостиную, словно он здесь хозяин. Он осматривает окружение, а затем одаривает нас дьявольской ухмылкой, пока его взгляд не останавливается на мне.
– Не ждала?– произнёс он, и тишина наполнилась шокированными вздохами.
– Как ты пробрался в мой дом?! Убирайся, пока я не убил тебя, – прорычал отец, бросаясь к нему.
– Я не уйду отсюда, пока не поговорю с Ангелиной, – произнёс Алекс с беспечностью, которая острым ножом вонзается в мое сердце.
Мой отец бьёт кулаком его по лицу. Он отшатывается назад, кровь выступает на его губе. У меня сводит челюсти, и все мои внутренности побуждают меня убедиться, что с ним все в порядке. Броситься к нему. Но я не могу этого сделать.
Дядя хватает отца и оттаскивает от Алекса. Мама пытается успокоить всех, а Игорь замер с кольцом в руках. Начинается хаос, но мои глаза прикованы только к нему. Алекс поднял голову, и его взгляд встретился с моим. В ту секунду мир вокруг будто схлопнулся, остались лишь мы двое, словно все до этого момента было иллюзией.
– Тебе точно жить надоело, чувак, – хмыкнул муж моей тёти Андрей.
– Можете хоть избить до смерти, но я всё равно не уйду, пока не поговорю с ней, – он смотрит только на меня.
Почему он снова здесь?
– Я же тебе всё сказала. Что ты не понял?Ты не можешь просто прийти и разрушить всё, – произнесла я, стараясь сохранить контроль над собой, хотя сердце колотилось так, что, казалось, забыв о роли логики, оно стучало в унисон с чувствами. Невольно сделала шаг к нему.
– Не подходи к нему. Отойди, – рыкнул отец, которого всё ещё удерживал дядя.
– Отец, успокойся. Нужно узнать, что ему нужно, а морду ему набить всегда успеешь, — произнес Никита.
– Ты собралась выйти замуж за этого урода? – его вопрос прозвучал громом в тишине.
Я сжала кулаки.
– Не смей оскорблять моего жениха. Между нами ничего нет. Я тебе всё высказала, так что нам не о чем говорить. Почему ты не можешь оставить меня в покое?! – воскликнула я.
– Потому что я люблю тебя. Слышишь? Люблю!
Моё сердце рухнуло в пропасть от его признания, я молча смотрела на него. Но в этот момент снова раздался крик отца, его ярость обрушилась на Алекса вновь.
– Да что он несет?! Я его точно убью! – рявкнул отец, пытаясь вырваться.
– Сергей! – схватила его за руку мама.
– Ты можешь избить меня, если это поможет тебе успокоиться. Но это не изменит моих чувств к твоей дочери. Я люблю её, – произнес он серьёзным тоном, глядя на моего отца.
– Да ты...
– Любишь меня? – медленно спрашиваю я, мой мозг отказывается верить в услышанное.
– Люблю, – уверенно подтвердил он.
Слова. Только слова. Он умеет красиво говорить, но любить – точно нет.
– А я люблю другого, поэтому позволь мне быть счастливой. Ты достаточно разрушил мою жизнь, – придаю своему голосу уверенность.
– Принцесса, ты хорошо научилась врать, – его лицо остается непроницаемым, холодная усмешка на губах.
Это должно уже закончится. Я так больше уже не могу.
– Я не вру! Мне всё равно на тебя! Я люблю Игоря и мы с ним уже были вместе! Так что смирись с этим и уходи! – воскликнула я, заставив его отшатнуться.
Его черты становятся жесткими, как камень.
– Ты... с ним спала? – спросил он до ужаса ледяным тоном. Я вижу, как пульсирует вена на его шее.
У меня ничего не было с Игорем, но если скажу обратное, то Алекс оставит меня.
– Какого чёрта ты смеешь такое спрашивать у моей дочери! – разозлился отец, но Алекс даже внимание на него не обратил.
Он сосредоточился только на мне. В глазах его проскальзывает тень недоверия, и я чувствую, как в воздухе накапливается напряжение.
– Ты спала с ним? – спросил он снова.
Меня пробирает дрожь, а голова начинает кружиться.
– Да. Он мой будущий муж, – слова вылетают из моего рта, словно пули.
Я выхватываю кольцо и надеваю на палец.
– Вот! Я принадлежу ему, а не тебе! Прими это уже и хватит за мной таскаться. Мешать мне жить, как твоя мать мешала моему отцу любить другую! У вас это семейное – портить счастье других из-за своей больной одержимости?! — ядовито бросаю я, осознавая, что задеваю его самую чувствительную рану – мать.
Он смотрит на меня медленно, настороженно, удивлённо, словно впервые видит меня. В гостиной наступает гробовая тишина, а моё сердце рухнуло в пропасть. Каждое слово, обрушившееся на него, как град острых стрел, оставило шрамы, которые не заживут. Внутри меня разрастается волнение, и я понимаю, что перешла черту, за которой начинается настоящая боль.