– Ты смогла... Ты попала прямо в цель. Молодец. У тебя получилось, – его голос звучит как колыбельная смерти, полная мучительной трещины.
Я никогда не видела его столь разочарованным и потерянным, как сейчас. Казалось бы, я одержала победу, но внутри меня все переворачивается, как при сильном землетрясении.
– Я вызову охрану, – произносит отец с низким, угрюмым тоном.
– Не нужно. Я сам ухожу. Мне что-то стало слишком противно здесь находиться, – болезненная, кровавая ухмылка кривит его губы.
Каждый вдох отдает тяжестью, накрывая меня волной стыда и отчаяния. Пустота наполняется криком, который я не могу издать, и я чувствую, как слезы подступают к глазам.
Он бросает на меня взгляд, который говорит громче любых слов, и, подаваясь вперед, резко покидает гостиную. Я понимаю, что в этот раз он не вернется.
Весь мой гнев исчезает. Вместо него во мне вспыхивает отвратительное чувство. Я ненадолго закрываю глаза, но это не помогает разогнать боль, разливающуюся по телу. Словно запертой в клетке, я ощущаю, как стены комнаты сжимаются, отказываясь дать мне глоток свежего воздуха. Его слова вертятся в голове, как злая карусель, и я не могу избавиться от мысли, что именно я стала причиной этой пропасти.
Алекс
– Повтори! — произнес я, опустошая стакан.
Я снова вернулся в бар и несколько дней пью не просыхая. Только так я могу сдержать себя и не совершить непоправимую ошибку.
Она спала с этим ублюдком, после того как была со мной. Она заявила, что любит его, когда я перед всеми признался в своих чувствах.
У неё получилось разбить меня на миллион осколков, что в жизни не смогу заново собрать. Но хуже всего – она сравнила меня с моей матерью. Я не хочу поступать, как моя мать. Не хочу...
Мне пришлось развернуться и уйти. В тот же вечер я нашёл уродов, которых отправил Игорь и избил. Хотелось крови и насилия, как в старые добрые времена, но вовремя остановился.
Все эти дни я не живу, а существую, пытаясь утопить свое горе на дне бутылки.
Сегодня она выходит замуж.
Сегодня она станет чужой женой.
Мне хочется закричать и вырвать чёртово сердце из груди, чтобы эта невыносимая боль наконец утихла.
И вот я сижу в углу бара, снова погружаясь в ржавый запах разочарования и алкоголя. Мысли, как муравьи, ползут по моему сознанию, не давая покоя. Вокруг меня шум, песни и разговоры, но я не слышу ничего, кроме внутреннего голоса, который снова и снова шепчет её имя.
Бармен снова налил виски и я потянулся за стаканом, как чья-то сильная рука выхватила стакан.
– Хватит пить, – ледяным тоном сказал мужчина, который навис надо мной.
Подняв взгляд, я вижу Никиту. Старший сын и главный наследник империи Громовых. И мальчик, которого купила моя мать.
Его чёрные глаза с интересом изучают меня.
– Я только начал. Не мешай и отвали. Мне нужно напиться, – буркнул я, пытаясь забрать стакан, но он не позволил.
– Тебе лучше следить за языком, а то я не всегда добрый, – его голос спокойный, но чувствуется скрытая угроза.
Я лишь усмехнулся и схватил бутылку.
– Как ты меня нашёл? И что тебе надо? – спросил я, не скрывая своего раздражения. Его внимание давило, как слишком тяжёлое одеяло в жаркую ночь.
— Тебя не трудно найти. Достаточно знать адреса местных баров, – хмыкнул мужчина и сел рядом со мной.
Он на пару сантиметров выше меня и шире. Я всегда думал, что преподаватели – худые ботаники, но он ломает все стереотипы.
– Пришел драться или убить? – усмехнулся я, глядя на него.
– Руки чешутся так сделать за твою тупость, но я тут не для этого, – бросил он небрежным тоном.
Я не понимаю, что ему тогда надо? Сегодня свадьба его сестры, но он пришёл в бар за мной.
– Ты сейчас должен быть на свадьбе своей сестры и пить за её счастье с этим уродом, – горький смешок вырвался из горла.
Слова были горькими на вкус. Возможно, мне стоит сменить виски на что-то более сладкое.
– Ты просто так оставишь? – нахмурился мужчина.
Вопрос Никиты заставил меня задуматься, прежде чем я пожал плечами и поднес бутылку к губам.
– А я не могу ничего сделать, потому что она любит его... Считает меня копией матери..., – бросил я, ощущая жгучую боль внутри.
Никита закатил глаза и покачал головой.
– Ты не похож на свою мать. Я помню её, прекрасно помню. Она ни перед чем не останавливалась. В детстве я считал себя виноватым, когда она орала на меня, избивала и проявляла жестокость. Я видел, что она относилась плохо почти ко всем, тогда я понял, что дело только в ней. Ей было плевать на чувства остальных, имела значение только она сама. Она никого не любила, ни о ком не заботилась. А ты, в отличие от неё, готов отступить ради счастья Ангелины.