— Как все прошло?
— Твой американский мальчик использовал свое самое сильное оружие, — вместо Чарли отвечает Мартина, и, взглянув на нее, Мейв вопросительно выгибает бровь. — Свой язык.
— Вот как? — повернувшись к Чарли, Мейвис прикусывает губу, и мужчина, не сдерживая улыбку, закатывает глаза.
Отпустив руку Мейв, он лениво стягивает с себя пиджак и усаживается за стол. Следуя за ним, девушка садится напротив, по правую руку от Мартины.
— Для американца он говорит так слаженно, что даже мне захотелось выслушать все, что он скажет, — женщина делает еще глоток, а затем, сморщившись от вида лазаньи, подозрительно тыкает ее вилкой. — Так что язык у него, что надо.
— Я обязательно проверю это, — не скрывая веселого нахальства тихонько отвечает Мейв, глядя Чарли прямо в глаза.
Усевшийся рядом с ним Бенджи давится своим кофе от услышанного. Закашлявшись, он заставляет всех собравшихся оглянуться на него.
— Извините, — тихо бормочет Бенджамин и делает еще глоток, стуча себя по груди.
— Хорошо, но если серьезно, — Мейв вздыхает и снова смотрит то на тетю, то на Чарльза.
— Как все прошло?
В кухне воцаряется молчание. Сердце Мейвис шумно стучит в висках, пока она наблюдает за тем, как Мартина и Чарли переглядываются. В конце концов женщина вздыхает и, опустив вилку, поворачивается к Мейвис.
— Франческо примет перемирие, — наконец отвечает Мартина, и Мейв чувствует облегчение, но лишь на секунду.
Она понимает, что это не все. Бросив тревожный взгляд на молчаливого Чарльза, девушка снова изучает лицо тети. После продолжительной паузы, Мартина протяжно вздыхает.
— Так как приемника Доминик не выбрал, а его заместитель и консильери мертвы, Семья на грани распада.
— Чарли все еще его капореджиме, — перебивает ее Мейв, желая возмутиться, но Мартина вскидывая руку, веля замолчать.
— Они не готовы принять американца как босса итальянской Семьи, ты ведь понимаешь? — с тяжелым вздохом говорит женщина, и Мейв даже слышит искренне сожаление в ее голосе. — Франческо созовет Совет, на котором решится судьба Семьи.
Откинувшись на стуле, Мейв опускает взгляд вниз и ничего не говорит. Дыхание сбивается, и она часто дышит, не зная, что и сказать. Так ничего и не ответив, девушка молча встает из-за стола и покидает кухню. Быстро прошмыгнув через гостиную, Мейв выскальзывает на балкон и закрывает за собой двери. Оперевшись на ограждение, она часто дышит, глядя вниз на ночной город.
Их враги были уничтожены, либо приняли перемирие, но империя ее отца лежала в руинах. Все будущее сгорело в том проклятом пожаре, и, чувствуя вкус пепла на языке, Мейв зажмуривает глаза и опускает взгляд, до боли в пальцах впиваясь в перила.
— Мейви?
Знакомый голос звучит мягко и с осторожностью. Девушка открывает глаза, но не поворачивается. Она чувствует, как рука Чарли ложится на ее талию, и мужчина нежно касается губами ее виска, оставляя мягкий поцелуй. Наклонившись, Мейв прижимается к нему спиной, но совсем не знает, что сказать. Эти глупые порядки были ей ненавистны, но изменить их было ей не по силам. Повернувшись, она обнимает мужчину и кладет голову ему на грудь. Чарли молчит довольно долго, прежде чем его голос нарушает молчание.
— Вступая в Семью каждый из нас делает выбор. И затем этот выбор встает на нашем пути почти каждый день. Иногда выбор бывает сложным, иногда невыносимым, — отстранившись, Чарли кладет ладонь на раненую щеку Мейв и переводит взгляд на ее глаза. — Я обещал, что не успокоюсь, пока не буду уверен, что призраки прошлого не будут преследовать тебя.
Глядя ему прямо в глаза, Мейв не моргает. Она чувствует, что почти не дышит, впитывая в себя каждое его слово.
— Теперь с ними покончено, — Чарли делает глубокий вдох и придает голосу уверенности. — Ты можешь пойти туда и заявить свои права на эту Семью, потому что ты дочь своего отца. В твоих жилах всегда будет течь кровь Моранто, и никто и ничто не сможет этого изменить.
Когда она смотрит на него, крепче сжимая ткань его рубашки, ее тело будто откликается на его слова. Кровь закипает внутри, бурлит все сильнее, напоминая ей о том, кто она.
— Но ты не обязана этого делать, — вдруг добавляет Чарли, заставляя девушку нахмуриться. — Ты можешь оставить эту жизнь и похоронить прошлое на этих кровавых улицах. Выбрать ту чудесную жизнь, о которой говорила и быть счастливой, не переживая ни о чем.
Она чувствует, как страх перед выбором окутывает сердце липкой паутиной, но, когда она с тревогой вновь заглядывает в глаза Чарли, тот нежно улыбается, убирая прядь ее волос за ухо.