Несколько лет назад она была жадно увлечена всеми криминальными делами, но Доминик все больше и больше начал скрывать от нее любую информацию, и это злило. Убеждая ее, что делает это ради ее блага и безопасности, отец всегда говорил, что так будет лучше. И ей оставалось только смириться с этим.
Она знает, что женщину никогда не выберут в качестве главы Семьи, поэтому все, на что она могла надеяться — кресло в просторном офисе отца в качестве главы корпорации.
— Так хорошо?
Моргнув, Мейв возвращается в тоскливую действительность, забывая о своих размышлениях, и оглядывает себя в зеркале. Она выглядит действительно хорошо: элегантно и утончено, но при этом с королевским величием. Отец будет доволен.
— Да, отлично, — равнодушно отвечает Мейв и спускается с небольшого пьедестала, на котором кружилась перед зеркалом. — Проследи, чтобы платье доставили в Эшвуд завтра утром.
— Да, мисс Моранто.
Мейв покидает ателье в поникшем настроении, еще больше расстраиваясь, когда Ванесса выкладывает в своей профиль новые фотографии с отдыха. Сердце Мейв болит, будто его раздирают изнутри, и она совсем не хочет думать о том, что пока Несс нежится на солнце, наслаждаясь всеми прелестями Гавайев, она будет ходить в роскошном платье по огромному залу Эшвуда и изображать ту самую прелестную папину принцессу. Вернувшись в Эшвуд в сопровождении лысого хмурого и довольно неприятного парня, чье имя она даже не запомнила, Мейв раздраженно поворачивается, когда открываются двери.
— Слушай, мы уже дома, тебе больше не обязательно преследовать меня.
Она наклоняет голову, притворно улыбаясь, и фальшь дружелюбия сочится в каждом ее слове. Парень без имени на мгновение застывает, продолжая стоять там, словно изваяние из камня, и глупо моргать. Он был похож на огромный бездушный шкаф.
Раздраженно фыркнув, Мейв тихонько обзывает его «pezzo di merda» и, войдя в дом, спешит уйти от него. Поймав себя на мысли, что она скучает по дурацким ухмылкам Чарли, Мейвис как можно скорее выбрасывает их из головы.
Следующую половину дня она проводит за контролем подготовки к балу. Не отрицая того, что это сделало ее чуточку счастливей, Мейв с умным видом обходит дом вместе с организатором, которого ей тоже позволили выбрать самой. Она и статная женщина по имени Розалинд тщательно проверяют наличие декораций, музыкальные установки, готовность специально оборудованной сцены и расставленные столы. Розалинд педантично поправляет каждую скатерть, чтобы те лежали идеально ровно, проверяет каждую вазу с цветами, чтобы убедиться, что все цветы свежие. Остановившись у большого окна в главном зале, где состоится мероприятия, Мейв бросает взгляд на сад за стеклом: деревья уже украшены гирляндами из маленьких лампочек.
Она тихонько вздыхает и улыбается.
— Мы сделали все возможное, — Розалинд поворачивается к ней со сдержанной улыбкой, и Мейв чувствует легкую дрожь от предвкушения. — Этот бал станет особенным.
Уверенно кивнув, девушка тщательно сковывает закравшуюся в душе тревогу. Она не переживает из-за самого бала или из-за того, насколько роскошно будет выглядеть на нем сама. Единственное, что беспокоит Мейвис — услышат ли она слова благодарности и восхищения от своего отца, когда тот увидит, как она заставила Эшвуд блистать?
---------------------------------------------------------------
2 Гарвард Кримсон – баскетбольная команда, представляющая Гарвардский университет в первом баскетбольном мужском дивизионе NCAA.
Глава 7. Полумертвые бабочки
Вечер должен пройти безупречно. Мейв должна быть безупречной, и это не должно вызвать сложностей. Однако она все же нервничает и чертовски сильно.
— Андромеда, как обстановка внизу?
Поправляя кружевные перчатки на руках, Мейв меряет шагами свою комнату, ходя из одного конца в другой.
— Прости, Мейвис. Доступ для тебя все еще заблокирован.
Раздраженно закатив глаза, Мейв тихонько ругается. Остановившись у зеркала, она делает глубокий вдох и как можно медленнее выдыхает, успокаивая себя. Поправив сережку, она разглаживает платье и поворачивается боком, изучая свое отражение. Изящное черное вечернее платье из легкого сатина, с неглубоким вырезом на спине открывает тонкие линии позвоночника, в то время как элегантные швы аккуратно подчеркивают талию, создавая воздушный силуэт. Ее шею украшает ожерелье, обрамленное круглыми бесцветными бриллиантами в сто четыре карата, которое Доминик когда-то подарил матери Мейвис на одну из годовщин. Проведя кончиками пальцев по камням, девушка с легкой грустью в глазах улыбается своему отражению. Но уже в следующую секунду она горделиво поднимает голову выше и прочищает горло, поправляя прическу.