-Знаю, Коннор... - теперь голос отца звучал так, словно он вот-вот заплачет. Конечно же, никто не дождется этого от всемогущего Джорджа Дэвиса. – Я тоже не переживу, если и с ней что-то стучится. Мы слишком долго ждали, чтобы потерять нашу девочку. Если на кону будет "Avenir", нам придется пожертвовать всем ради её жизни.
Отец готов променять свой бизнес на какую-то девчонку? Удивление в моих глазах прочитал бы и дурак. Я уставился на затылок папы и уже казалось не понимал здравого смысла. После того, как этот ублюдок Льюис увёл Джессику из Розган-Града, парни ничего о ней не сообщали. Мысль, что она пропала из-за сегодняшнего, заставила в груди до боли сжаться. В какую яму она могла залезть и что вычудить, у меня в голове не укладывалось.
-Когда я разговаривал с Мелиссой, они с девочками искали её. Безуспешно. – он остановился и выпил стакан воды залпом. – Боюсь, Коннор, это дело рук...
Как раз в тот момент, когда он должен был раскрыть все карты, чертова бутылка в моих руках ударилась о косяк стены. Отец резко обернулся и встревоженно выдохнул. Отец махнул рукой и еле натянул улыбку, которая была настолько фальшивой, что я оставил пиво и поднялся к себе. Что-то в их поведении с Коннором было изначально подозрительным. Просьба присматривать за девчонкой, уговоры отца с ней подружиться и быть рядом – понятны. После того, что случилось с её родителями, которым подстроили аварию, и то что случилось на её пятилетие объясняет их беспокойство. Но одно мне было непонятно: известны им эти люди. Судя по разговору отца, он знает уродов, которые отняли жизнь у крёстного и пытаются разделаться с ни в чем невинной девушкой.
Сегодняшний вечер в комнате должен был расслабить меня, но то, что мысли ни на секунду не покинула Джессика, выводили из себя. Во мне бушевала злость и ненависть к Софи за её поступок, но было что-то такое, от чего мне было интересно знать, где сейчас колючка. Пока именно эта мысль была со мной на протяжении часа, я неподвижно лупился в потолок, бездумно теребя шнурки толстовки. Мне вспоминались её голубые заплаканные глаза, хрупкие вздрагивающие плечи, и всё, что сделала Софи с ней сегодня. Так просто с рук ей это не сойдёт. Я уничтожу Софи не только за то, что пошла против моих слов, но и за то, что сделала с колючкой. Она ответит за её слезы и состояние, в котором находилась Джессика. Как и её братец, если вздумает обидеть ту, которая не давала мне покоя.
Чем бы не пытался я занять себя, всё безуспешно. Даже Эванс, который собрал парней у себя, не уговорил меня к ним присоединиться. Пока стрелки часов медленно поворачивались, я бездумно глядел в стену, облокотившись на изголовье кровати. И чем я думал, когда ни с того, ни с сего подскочил и спустившись вниз, вызвал такси к дому Коннора, понятия не имею. Отец в тот момент говорил по телефону, и к моему удивлению и облегчению одновременно, произнёс слова, которые в глубине души я надеялся услышать:
-С ней всё хорошо? Пускай отдыхает.
Дослушать разговор не удалось, я уже садился в иномарку, называя нужный адрес.
Не успел автомобиль заехать во двор, как оставив приличные чаевые водителю, я выбежал, через минуту оказавшись рядом с домой. Свет горел разве что не во всех окнах. Площадку освещали сотни фонарей. Как всегда, у Коннора всё безупречно. Отдышавшись, я быстрым шагом пересёк коридор и оказался в гостиной, где взгляд бабушки Джессики и Коннора упал на меня. И если бы раньше я переживал о том, что Коннор разочаруется во мне после сегодняшнего поступка с его внучкой, сейчас я думал только о том, как бы увидеть эту колючку.
Не заставив стоять в пороге, мужчина тут же поднялся и как внука, обнял, похлопав по спине. Аннет Олсон тоже оказалась добродушной, открытой женщиной, которая тут же предложила чай и свежеиспеченный яблочный пирог.
-Спасибо, как-нибудь в следующий раз. – попытался натянуть я правдоподобную улыбку. – Джессика у себя? Могу я с ней поговорить?
Оба странно переглянулись, с беспокойством обернувшись ко мне.
-Конечно. – печально улыбнулся Коннор. – Кайл, что произошло сегодня в университете? Почему она в таком состоянии?
-Никогда раньше она не молчала. Чтобы не случилось, Джесс всем делилась со мной, а тут… Она в таком угнетающем состоянии, что мы не можем вытащить её целый вечер из комнаты, с того момента, как ушли девочки.
Чувство виновности сдавило грудь. Я обещал присматривать за ней. Обещал стать её тенью и беречь от неприятностей. А сегодня даже не смог вступиться за Джессику, собственноручно толкнув с обрыва.