В доме у Эрика, как обычно в будние вечера никого не было. Родители Эвансов работали допоздна, а иногда позволяли себе отужинать наедине, вспомнив молодость. Кажется, Кэтлин и Эрику совершенно не было до этого дела. Им хватало и того, что родители берут для них выходные по пятницам и воскресеньям.
-Пацаны, есть предложение! – подвинувшись на край дивана, поднял руки вверх Эванс, играя бровями. – Предки на следующей неделе валят за границу в запланированную командировку. – последнее словосочетание Эрик ехидно выплюнул, изобразив тонкий противный голос.
-Когда ты начинаешь подобные разговоры, ничем хорошим это не заканчивается. Напомнить, что было в тот раз? – ухмыльнулся Дастин, приподняв левую бровь.
-А чё было-то? Нормально ж отдохнули… - пожал плечами друг, пока Тим изливался смехом на всю комнату. Дастин сдержанно улыбался.
-Тебе взбрело в башку, что было бы неплохо прокатиться на фермерском тракторе, и ты снёс нафиг наш коттедж, идиот! – сквозь смех, заорал Батлер, пихая друга в бок.
-Напомнить, какую финансовую компенсацию твоим предкам пришлось выплачивать?
-Напомнить, как вы втроём вместо того, чтобы помогать, валялись в истерическом смехе, прям на земле?
-Реванш! – резко остановил смех Тим, поднимая руки вверх. – У меня до сих пор стоит перед носом запах сырой земли, достаточно воспоминаний…
-Да ладно тебе, а как же купание в луже? – подмигнул ему Эрик.
-О-о-о, тогда Тим посчитал её за водоём, а дорогу за пляж! – прыснул со смеху Дастин.
-Да идите вы…
О чём говорили парни дальше, я уже не слышал. И не слушал.
Мне вспомнились те недельные каникулы, когда мы вчетвером арендовали коттедж загородом и без устали тусовались, пока не перешли черту. Тогда алкоголь казался нам через чур свободным, поэтому к концу вечера Эрик потянул нас на улицу, рассказав о своём влечении к фермерскому трактору, стоящему неподалёку. Видимо, в нетрезвом состоянии, мои кибернетические знания прогрессируют, потому что в ход пошла и физика. Без ключей я завёл ему ту машину и дальше наблюдал картину, как с довольным воплем, Эванс въезжал в дорогой коттедж из сруба, а мы сходили с ума. Если бы ещё на этом наши приключения закончились… Выпрыгнув из не пострадавшего трактора, Эрик не в себе, истерически исходя смехом, потянул нас подальше. По дороге Тиму представился водоём на месте луже, где было бы неплохо искупаться, а Дастин решил отдохнуть в виноградных плантациях. Чем был занять я? Ловил пробегавшую мимо птицу, представив её домашним котом… Возможно, в тот вечер в алкоголь было подмешано что-то веселящее, но нам это совершенно не волновало.
Уйдя в свои мысли, я не заметил, как парни уже несколько минут обращаются ко мне, вспоминая о моих приключениях. За всё время, я был единственным, кто не проронил ни слова.
Мои мысли занимала Джессика, её голубые глаза, в которых я, несмотря на темноту, увидел поблёскивающие слёзы и вопросы, на которые я не мог дать ответы. Мне хотелось обвинить её во всём произошедшем, сказать, как она меня раздражает, и что я всё ещё её ненавижу, но вместо этого всё во мне противилось сказать другое. То, что я никогда не произнесу вслух. То, что я никогда не сделаю в жизни.
«Почему ты так ко мне относишься?»
«Насколько глубоко ты пропитан ненавистью ко мне, что спокойно наблюдал за происходящим?»
Я снова стоял, как вкопанный, не сказав ей ни слова. Ни заявив, что готов был убить Софи за то, что она сделала с ней. Заорать, что она не права. И сказать, как я хотел увезти её оттуда.
Вместо этого, я во второй раз молча наблюдал за происходящем.
«Я ошиблась однажды. Когда поверила, что ты не такой, каким кажешься. Ты оказался ещё хуже.»
Слова, как нож, вонзились в кожу и я, опустошив стакан до дна, потянулся за стоящей на столе бутылкой. Чтобы не происходило этим вечером у меня в голове, любыми способами я намеревался заглушить любые воспоминания и чувства. Если они у меня ещё остались.
В то время, как я более не менее включился в разговор с парнями, добравшись до новой бутылки с виски, резкая нужда ударила в голову.
-Сейчас вернусь. – объявил я, проходя по коридору в санузел.
Голова кружилась, бутылка всё время выскальзывала из ладони, а в мыслях спутался голос Джессики. Начиная от первой встречи, заканчивая последней. Мне хотелось заглушить любые эмоции алкоголем, вернувшись к былым чувствам колючки – к ненависти.
«Молодой человек, могу чем-то помочь?»
«Надеюсь, этот кофе ты запомнишь надолго!»
«Если кто и будет кому подчиняться, так это уж точно не я, таким, как ты, придурок!»