В те секунды мне было плевать, в кого я превратился и откуда во мне взялись подобные чувства. Рядом с Джесс я готов был быть кем угодно. Только рядом с ней.
С другими, я так и оставался безжалостным самодовольным ублюдком, с влиятельным отцом и властью. Я мог драться, избивать противника до потери сознания, выплескивать весь негатив на подпольных ночных гонках и творить много всего, что свойственно таким, как я. Но я никогда не буду этим человеком для Джессики. Голубоглазка единственная, кто могла, может и будет видеть меня тем, кем захочет. Она единственна, кто, черт возьми, может оказывать на меня влияние.
Отпустив мою руку, Джесс вдруг повернулась в ночной морской глади, на которой отражалось мерцающее звёздами небо, и вскинув голову к небу, тихо прошептала:
-На этом месте всё началось.
В тот момент грудь пронзил страх, что когда-то она скажет «здесь всё и закончится». Не успел я сжать кулаки, как она развернулась и, подлетев ко мне, уложила круглый букет с цветами на камень, а сама закинула обе руки мне на шею, прижавшись щекой к груди. Я чувствовал её биение сердца и крепко обнимал за талию.
-Как ты успел? – прищурилась она.
-Стать романтиком? – фыркнул я, а она рассмеялась.
-И это тоже. Когда ты успел всё это придумать?
Мне вспомнился мой бешенный порыв нежности и желание сделать сюрприз голубоглазки, и я глухо рассмеялся, глядя за спину Джесс. За пару часов я пошёл на крайние методы, спросив лучшую организовывающую «романтические сопли» компанию у мамы, которая не просто прибывала в шоке от вопросов сына, но и решила разузнать подробности. Пришлось насочинять, что Эрик запал на очередную школьницу и хочет сделать ей сюрприз. Надо же, кажется, мама поверила практически сразу, тепло рассмеявшись в трубку.
Через пару часов перед тем, как я приехал на мотоцикле за Джесс, перед этим заехав в магазин за специальным шлемом, на берегу, где мы впервые провели вместе вечер без ненависти и попытках убить друг друга, работала целая команда профессионалов. Правда, с цветами пришлось заморочиться. По наставлениям Мелиссы и собственной наблюдательности, я категорически отказался от белых или алых роз в букетах, обернутых дешевой бумагой. Она необыкновенная. Особенная и исключительная. Я бы предпочел пионы, но того количества, которое я собирался подарить своей девушке, не было ни в одном лучшем цветочном салоне Бэйксвела. Проведя не менее часа в белом помещении с тысячами цветочных клумб и отвратительно приторным запахом растений, я обратил внимание на маленькие розочки нежно-розового цвета, который несимметрично располагались на хрупких веточках. Забрав их все, я попросил ничем не обворачивать, а лишь выбрал белую полупрозрачную ленту, которая нежно ниспадала с букета. Кажется, выбор голубоглазке пришелся по душе.
-Пока ты думала обо мне! – самодовольно заявил я с ухмылкой, не посвящая Джесс во все подробности.
Она хитро улыбнулась, закатив глаза, и в следующий момент мимолетно коснулась моих губ, а затем села на землю, поджав под себя ноги. Я последовал её примеру.
-Ты обещал искупаться в этом чертовом море, если я соглашусь быть твоей девушкой! – напомнила мне Джесс, процитировав мои слова.
Я видел, что она шутит по её смеющимся глазам, но почему собственно, не рискнуть. Если такая девушка теперь со мной, казалось, всё остальное пустяк, который не стоит никаких усилий. Заговорчески улыбнувшись, я поднялся на ноги, спешно стягивая кожаную куртку, которая тот час же оказалась на плечах Джесс. Её глаза округлились:
-Эй, я же пошутила! – быстро протараторила она, подскакивая на ноги. – Ты в своём уме, Дэвис?!
-Я перестал быть в своём уме, когда ты впервые чуть не отравила меня кофе с горчицей!
-Последствия очевидны! – крикнула она, грозно посмотрев на меня снизу вверх, когда я уже снял худи, оставшись в одних брюках. – Немедленно одевайся!
-Зачем? – прищурился я. – Согласись, без одежды я нравлюсь тебе куда больше…
-Идиот! Там же вода ледяная!
-Я закаленный.
-Ты безмозглый! – прошипела, как змея, голубоглазка, и я ещё больше вошёл в азарт.
Не слушая её, я продолжал скидывать с себя одежду, боковым зрением наблюдая, как милая Джесс, которая смущается, как ребенок, постепенно выходила из себя. В итоге, она переиграла нас обоих.
-Окей. – просто заявила она, и через секунду на земле валялись наши куртки и её кроссовки.
Она потянула за края своей длинной толстовки, стащив её через голову и оставшись в одном лифчике, ничуть не смущаясь. Конечно, я видел её в купальнике, да ещё в каком…