-Ты знаешь их? – понятия не имея, какая связь могла бы быть между Фицджеральдами и этим парнишкой из Гарденора, усомнился я.
-Догадываясь, чем я занимаюсь, ты реально думал, что я не знаю о криминальных главарях Бэйксвела? Они сотрут в порошок любого, кто перейдет им дорогу или отступит назад. И если Джессика почувствует хоть малейшее сомнение и решится уйти, её не отставят в живых.
-Фицджеральды уважают Джесс! – уверенно, как никогда, не позволил усомниться в своих словах я. Этих парней я знал слишком хорошо. И видел их отношение к голубоглазке. Ни одна девушка, с которой они имели какую-либо связь, не была так близко допущена к этим братья. Полагаю, если Джессика была вхожа в их дом, парни доверяли ей куда больше, чем я думал. Они не просто приняли её к себе на работу, они приняли её в свой круг. И это, черт возьми, было ещё хуже. Опаснее для нее.
Ромеро разошёлся в нервном, громком смехе.
-Они лично тебе об этом сказали?
О своих связях с Фицджеральдами я на время умолчал. Если бы я сказал ещё слово, уже бы не стал сдерживаться. Мне необходимо было выбить всю дурь из кого-то, кто попадёт мне под горячую руку. Мои нервы, как и я сам были на пределе.
-Это не твой мир, Дэвис. – не дождавшись моего ответа, сделал вывод Ромеро. – Здесь всё намного хуже, опаснее и серьёзнее, чем ты видел. И сейчас, пока мы стоим здесь, Джесс может быть где угодно, кем угодно и страдать как угодно! – не выдержал он, и я ответил на его просьбу.
Занёс кулак над его лицом и ударил как раз в тот момент, когда где-то сзади послышался выстрел. А за ним женский крик. Слишком близко. Ближе, чем прежде.
С разбитой губой, Ромеро поймал мой взгляд и, в один миг мы достали оружие.
-Ты готов рисковать ценой своей жизни? – прямо спросил он. – Потому что если нет, уходи сейчас. Шансы, что мы выйдем отсюда живыми, равны нулю. И у меня в приоритете спасти её жизнь. Ты…
-Мы все выйдем живыми из этого чертового дома! – твердо выплюнул я.
Ромеро согласно кивнул как раз в тот момент, когда в паре миллиметрах от моего плеча пронеслась пуля, пробившая насквозь стену позади нас.
-Разнесём их? – ухмыльнулся парень с азартом в глазах. – Мальчики, что вы, ей богу, как в тире мишку выигрываете? Будьте мужиками, покажите, на что способны!
-Не сомневайся, сопляк. – хрипло произнёс шкаф, потянувшись к кобуре, прицепленной на груди. – Покажем.
Продолжая разогревать публику перед концертом, Ромеро довольно зевнул, показывая своё безразличие и скрестил руки на груди:
-Смотрите, не расшибитесь на луже собственно крови… - уже другим тоном, словно отсчитывая секунды до взрыва, прорычал он.
-Заканчивай трепаться. – кинул я ему раздраженно. – Оттягивать неизбежное бессмысленно. Они уже давно смирились со своей судьбой. Вам повезло, что я в хорошем расположении духа. Больно не будет, всего лишь покалечим…обещаю! – и довольно ухмыльнувшись, мы сделали шаг, от которого зависели не наши жизни. Жизнь голубоглазки.
Глава 57. Достаточно лишь быть рядом
Джессика
Это было какое-то наваждение. Или дежавю. Потому что в который раз Кир так поступает со мной, пряча где-то в укромном месте.
Перестрелки продолжались. Я слышала крики, стоны раненных и звуки, которые нормальный человек предпочел бы никогда не слышать. Железная дверь с сотней мелких проводочков на сигнализации и под прочной защитой, была безнадежна. Как бы я не била по стенам, по двери, никто меня не слышал.
Обессиленно поднявшись с пола, я стала ощупывать комнату без единого окна и черного входа. Даже вентиляции в чертовом бункере не было!
Ползая на коленях, я тщательно проверяла пол, била по плитке, но все тщетно. Тоже самое проделывала со стенами. Один раз. Дважды. Трижды. Пока не свалилась с ног, понимая проигрыш.
В голове не укладывались мысли: что с Фицджеральдами и выберусь ли я когда-нибудь из этого места. Мне было плевать на опасность, хоть она и была велика.
Кто-то, скажет, что я ввязываюсь в то, что мне непосильно. Быть может, я не понимаю всей серьезности этих дел, этого мира. Но я живу этим адреналином с малых лет. Секции борьбы, втайне от бабушки. Стрельба в полях, на заброшенных территориях. Потом, семья Ромеро. Я втянулась в их мир, подсела, как на наркотик. И во всей рутине, что происходила со мной с детства, это был единственный смысл. Единственное, что заставляло двигаться дальше. Это было то, что заставляло стоять на ногах и бороться за себя в этом мире.