-Любимый, я же просила ждать меня в машине! – я видела, как заходили его жевалки на скулах, потому что и моя душа горела. – Чего ждёшь? – обратилась ко мне Софи, вскинув светлые накрашенные брови вверх. – Вперед, я не собираюсь торчать здесь полдня. У нас ещё свои дела, да, малыш? – обратилась девушка к Кайлу, отправляя меня в раздевалку. Он грубо убрал ее руки со своего плеча, и неуверенно сделав шаг навстречу, сунул руку в карман, не отрывая от меня взгляда.
Когда он наконец разжал ладонь, рассматривая её содержимое, казалось, ему было чрезвычайно сложно расстаться с тем, что он только что изъял из кармана. При виде белого камня в виде сердца в его ладони, я уже с нарастающими слезами, быстро подняла на него взгляд. Кайл так и не убрал глаз от меня. Перед глазами пронесся вечер, когда странная женщина, поджидающая нас у машины, вручила два одинакового сувенира, сообщив о том, что когда осознание придёт к нам, мы обязательно выбросим сердца в воду, держась за руки. Тогда, мы лишь посмеялись, критически взглянув друг на друга, но…он сохранил их.
На ладони лежало лишь одно. Словно прочитав мои мысли, он еле заметно кивнул и, улыбнувшись через боль, разжал мою руку и вложил сердце. Теплое касание его ладони пронзило меня насквозь, и я безотрывно ещё раз взглянула на него перед тем, как исчезнуть за шторой раздевалки.
-Никого не слушай, - не отпуская моей руки, натянуто улыбнулся он. – Платье, словно на тебя сшитое. Очень красивая…
Последняя клетка моего терпения тут же лопнула, и я, отняв руку, забежала в раздевалку, приникая к стене. Слезы градом залили моё лицо, а в душе стало болезненно щемить. Я чувствовала, как через время его шаги отдалялись и ничего не могла сделать. Я не могла позволить себе показать слезы. Он не должен был увидеть меня такой. Я сделала свой выбор и не могла помешать сделать ему свой.
Глава 1. Ещё не наступило завтра
Дорога домой в три часа ночи с другого конца города казалась бесконечной. Я по лучше натянула капюшон серой толстовки и затянула завязки. Один кроссовок был полностью наполнен водой, а другой красовался кусками грязи. Подтянув рюкзак на плече к себе плотнее, я ускорила шаг, срезая по узенькой тропинке, заросшей травой. Кое-где виднелись просветления, а впереди солнце давало первые признаки о себе. Кто-то решит, что встречать рассвет на свежем воздухе прекрасно, а я скажу, что вдоволь насладилась ночными прогулками.
Мои волосы, собранные в небрежный пучок, позволили некоторым прядям спадать мне на лицо. Дорога не близкая, а значит, всегда есть лишнее время задуматься о какой-то проходящей несерьёзной теме. По какой-то причине, в этот раз я задумалась о родителях. Спешно перебирая ногами, я представляла, чтобы было, если бы они были рядом. Как бы мы жили? Какой дом они бы предпочли? Чем бы мы семьёй занимались по вечерам, и как совместно завтракали… Я вспоминала мамины небесно-голубые глаза, что унаследовала сама, и тепло улыбалась. В подсознании гуляли мысли, словно даже сейчас, они, будучи ангелами, идут прямо за мной. Сколько помнила себя, ни проронила практически не слезинки за восемнадцать лет. Сейчас же, глаза оставались на мокром месте. Образ родителей, с кем мне было отведено так мало времени, всегда вызывал трепетные и горькие эмоции. Я обхватила себя руками, и улыбнулась вспомнив, как называла при всех бабушку своей мамой, рассказывая как папа, улетел на другую планету строить огромный офис, в который когда-нибудь заберет и меня.
Подходя к забору дома, я осторожно огляделась, пытаясь не нарваться на неприятности. Каменный величественный забор перегораживал фасад дома. С улицы мне виднелся лишь второй этаж и крыша из черепицы. Я бесшумно пробралась на боковую сторону, куда не дотягивает сигнализация, и ракурс камер не ловит тот промежуток и, скинув с плеча рюкзак, перебросила во двор. Следующими в ход пошли кроссовки: я стянула грязную обувь, и она последовала за рюкзаком. Подкатив рукав толстовки, я набрала сообщение на часах:
Дело сделано, я дома.
В следующий момент, я уже поднималась вверх, переставляя ноги на выпирающие кирпичи. Забравшись наверх, я в который раз огляделась, чтобы не было свидетелей и, спрыгнув на ноги, подхватила вещи и направилась к дому. Дверь подвала я заранее оставила открытой, поэтому тихо спустившись вниз, я прошла через дверь, что вела в гараж. Оказавшись внутри, свет был погашен. Подсветив часами, я поставила на пол рюкзак и, достав из него ручной ножик и карту фотоаппарата, застегнув обратно. В углу, где бабушка размещала коробки с ненужными бумагами, виднелась выпуклость на стене. Я потянула за кирпич, и в следующий момент, просунув руку в пустоту в стене, сунула туда черный тканевый рюкзак. Полдела сделано; оставалось незаметно, как обычно, пробраться в комнату и не проснуться на утро с синяками под глазами. Скинув с себя капюшон, я стянула через руки худи, и осталась в коротком спортивном топе и лосинах. Аккуратно сложив, я разместила вещь на полке гаража с остальными походными, и прошла через задний выход, что вёл в дом.