Голова сумашедше кружилась. Во рту пересохло. Больше не существовало не единого звука. Нога, словно ватная, подвернулась. Теперь мое тело летело в буквальном смысле в бездну. Тело парализовало. Я падала, не ощущая ничего вокруг. Словно мир перевернулся с ног на голову. Последнее, что я видела, мчавшийся на скорости мотоцикл, который медленно тормозил у тротуара, недалеко от меня.
-Мамочка...
Темнота. Парень в шлеме. Он присел и…
Жизнь ушла из тела. Я погрузилась во тьму.
Глава 13. Случайности не случайны
Кайл
Фонари улиц проносились перед глазами, пока я мчался на всей скорости с последнего заезда. Обычно, после прогона на скорости все мысли улетучиваются, но сейчас, злость пробирается по всему телу. Ссоры с отцом всегда заставляют чувствовать себя некомфортно. Будь я пофигистом, каким кажусь со стороны, плевать бы я хотел на его слова и мнение.
В который раз за всех беспокоившийся Джордж Дэвис, прочитал нотацию по правилам жизненной безопасности. Теперь подобное, у него вошло в привычку – ежедневный ритуал посвящения в заботливые отцы. Бесит.
Думал, стоит сбагрить меня в Лондон, и дело с концом?
«Я сделал это не по собственному желанию, а ради твоей же безопасности! Те люди ошибок не прощают!» - звучали в голове слова отца.
Что же может быть проще, нежели отправить сына в другую страну, утверждая, что это ради его же благополучия. Шесть месяцев я провел в чужом месте, без семьи и друзей. И плевать он хотел, в чем нуждаюсь я. Только благодаря маме, я еще как-то держусь, чтобы не свалить из их дома. Впрочем, в такие дни, как сегодня, я живу отдельно. Раньше приезжал к Коннору, но не уверен, что хочу показаться сейчас при любимице отца. Не зная этой девчонки, он говорит о не так, словно родную дочь встретил.
«Подружись с девочкой» - говорил он мне.
Теперь из принципа, я не стану с ней налаживать контакт. Кто она мне такая, чтобы я нянчился с этой провинциалкой? После этих мыслей, в горле образовался неприятный ком. Я чувствовал, словно плюнул в душу Коннору и крестному. Этого, мне честно, не хотелось.
С губы все ещё капала кровь. Костяшки на пальцах были разбиты. Впервые за долгое время, я не справился с управлением. Хоть это не исключает факта, что как обычно, я пришел на финиш первым. Победа за мной.
Стерев тыльной стороной ладони кровь под шлемом, я разогнался еще быстрее, несясь по изогнутой дороги, ведущей вдоль набережной. Людей не было. Только фонари мигали, как в фильмах ужаса.
Мой взгляд задержался на девушке. Она медленно шла в ту сторону, с которой я ехал, еле переставляя ноги. Казалось, вот-вот одна из них подогнется, и незнакомка руххнет на землю. Она плачет? Девушка вытирала лицо тыльной стороной ладони, пока ее каштановые темные волосы спадали прядями на плечи. Белый кардиган развивался от ветра, а под ним было маленькое светлое платье. И как ей не холодно? На мгновенье остановившись, она оглянула назад, и… Пока её тело безжизненно опускалось на землю, я уже парковал мотоцикл у дороги. Не снимая до последнего шлема, я подходил к ней скорым шагом. Дышит?
Снял шлем, она лежала на боку, волосы спали на лицо. Красивые волосы.
Черт, о чем я думаю!
Присев на корточки, я стащил шлем и уложил его рядом. От чего-то, сердце тревожно билось за нее. И почему я не мог просто проехать мимо? Что за страсть помогать бедствующим?
Если бы это снимали в замедленной съемке, то получилось бы как в мыльных операх, потому что я уже несколько минут сидел над ней, боясь пошевелиться. Перед глазами пронесся тот день шесть месяцев назад…
Наконец, моя тупые тормоза отступили, и я протянул руку, чтобы убрать волосы с ее лица. Крови не было, значит пострадала не сильно. Её худенькая маленькая фигура лежала так безжизненно, что у меня почему-то возникло дикое желание, чтобы заграбастать в охапку и отнести куда-то в теплое место. В тот момент, когда моя рука потянулась к волосам, второй я аккуратно уложил ее голову себе на запястье, удерживая над землей. И только стоило освободить ее лицо, как….
-Черт! – возмутился, вглядываясь в ее лицо. Как меня вообще угораздило ехать по этой дороге?.
Я уже собирался встать и лишь вызвать скорую, не дождавшись ее, как что-то, заставило остановиться. Сейчас, колючка была такой слабой, что было бы низко с моей стороны бросить ее здесь лишь потому, что она уже которую неделю отравляет мне жизнь. Потянувшись к ее запястью проверить пульс, я заметил несколько свежих шрамов: две точки и длинная линия вдоль руки. Она резалась? Мне вспомнилась кровь на машине, и тошнота пробралась к горлу. Не может она быть настолько сумашедшей. Делать нечего, как бы она не раздражала, я не могу бросить здесь ее в таком состоянии.