Поймав себя на том, что рассматриваю ее слишком долго, я скинул с себя одежду и поднялся в комнату на второй этаж пентхауса. Быстро уснуть не получилось. Мне снилась ее упертая мордашка, выкрутасы в колледже и пухлые губы… ну вот, опять.
Ближе к утру, я так и не уснув, вышел на крышу. Воздух накрыл прохладным ветерком, а подо мной, целый город.
Джессика
Тело так сильно ломило, что едва смогла открыть глаза. Белый свет сразу ударил в глаза, и я сощурилась прежде, чем успела понять, что нахожусь в незнакомом месте. На мне был накинут теплый серый плед, от которым веяло приятным мужским парфюмом. Я лежала на диване. Большое светлое помещение напоминало просторную квартиру, но казалось, в ней ни души. Я приняла попытку подняться, но тут же в голове что-то выстрелило, и я жалобно прищурилась. Перед глазами немного плыло, а тело все еще оставалось безжизненным. Что вчера произошло?
Последнее, что я помню – прощание с Эдгаром, звонок от Мэйсона и…о нет! Я вспомнила боль, которая пробирала до костей от услышанного. Маму с папой убили. Вообще-то, проснувшись, у меня не было намерений плакать, но слезы сами по себе уже стекали по лицу. Все таки попытавшись сесть, я собрав все силы, оперлась о спинку дивана и зажмурившись, вытерпела всю боль в костях. Сердце бешено стучало, мне было больно. И то, что я чувствовала, не сравниться ни с одним огнестрельным ранением.
Собрав силу в кулак, я еще раз огляделась, но никого не увидела. Слезы не кончались, а ноги не позволяли на них опереться.
-Давай же! – прошипела я, с силой становясь. Пошатнулась. Снова. Но удержалась.
Голова закружилась и перед глазами вновь поплыла картина. Сил стоять не было, и я потеряла равновесие, отойдя от дивана, где не было ничего, чтобы удержаться. И все же, чьи-то крепкие руки меня удержали. Я подняла затуманенный взгляд и…он.
-Что ты…? – еле слышно проговорила я, не в силах сказать до конца. И опять пустота.
Холодок пробирался на лоб. Я слегка приоткрыла глаза, снова лежа. Теперь он сидел передо мной, укладывая мне на голову какой-то компресс, который ужасно вонял. Я повела носиком, хмыкнув, и мне показалось, он усмехнулся. Надо же, он Дурандас умеет смеяться. Что вообще я здесь делаю и почему он еще не прибил меня за свою машину?
-Очнулась… -фыркнул он себе под нос и вновь вернул то каменное выражение лица, как и всегда. Забрав все лекарства со столика, встал и направился к кухне. – Пей! – приказным тоном заявил он, протягивая мне стакан с водой. Приподняв голову, я больше не смогла ее удерживать, завалившись обратно на подушку. Он закатил глаза, но все равно подойдя, помог подняться.
Я сделала пару глотков и почувствовала, как хочу есть. Жалобно простонав от головной боли, завалилась обратно, но к счастью, смогла говорить:
-Что я здесь делаю?
-Задаю себе тот же вопрос! – расположился он на диване, положив себе на ноги мои стопы. Каков шанс, что я не в плену? От моего выжидающего, надеюсь не молебного, взгляда, он шумно выдохнул. – У тебя упадок сил на фоне стрессового переживания. Если такое случится ещё раз, уверен, тебя упекут в психушку. – это звучало, как шутка, но он даже не улыбнулся, все еще располагая мои ноги на своих. Фу. Лучше бы я оказалась среди океана в одиночестве, чем рядом с ним в одной квартире, на одном диване.
-Самое время для шуток!
-Я не шучу. С тобой-то уж точно.
Ну спасибо! Он в который раз сумел выбесить меня даже в таком состоянии.
-Врач сказал, ты сильно перенервничала и нежелательно, чтобы подобное повторялось, могут быть проблемы с головой. Хотя куда еще хуже… -последнюю фразу он сказал почти шепотом, но я услышала и пнула его ногой по его же. Парень закатил глаза. Я поймала себя на мысли, что даже не знаю его имени. Мне было интересно, но спрашивать не хотелось. Вообще, лежа у него на диване, мне было интересно о нем все… Господи, Джесс, о чем ты вообще думаешь!