Кэтлин обернулась, оглядела меня, а потом снова отвернулась. Тем временем я, порылась в большом дорогом холодильнике и вынула оттуда две бутылки пива и коробку шоколадных конфет.
-Меня не волнует твоя жизнь, но я до сих пор уверена, что ты не так нвинна, какой тебя считают девочки. Они как будто ослепли.
-Странные люди – хранят конфеты в холодильнике! – фыркнула я и направилась на подоконник. Видимо, резкая смена темы ей не понравилась и девушка закатила глаза. –И да, я далеко не невинна!
-Чего и требовалось ожидать…
-Мелисса моя сестра. – сказал я и Кэтлин ошарашенно посмотрела на меня. Её пухлые губы приоткрылись, а в глазах читался вопрос. – Наверное все в этом городе слышали о загадочной аварии тринадцать лет назад крупных предпринимателей Мэйсона и Саманты Джонсон. Совладелец и основатель «Розган-Града». – она взглянула на меня с интересом. – Это мои родители.
Я видела, как округлились её глаза. Кэтлин явно не ожидала. Да и я не понимала, что заставляло меня ей это все рассказывать. Я собиралась продержать это в тайне до официальной переделки документов. Вручив ей бутылку пива, она без пререканий взяла её, и мы одновременно отпили содержимое. Теперь, я ещё больше чувствовала, как алкоголь течет по моим венам. Поставив коробку конфет между нами, я запихнула в себя сразу несколько и взгляд мой помутнел. Толи от алкоголя, то ли от нарастающих слез.
-Я подозревала здесь всех и не верила ни единому сказанному мне слову. Казалось, что всей искренности и нежности, которой меня учила бабушка, я лишилась в один момент. Всю жизнь мне приходилось делать вид, как будто ничего и не было. Родители оставались только на фото и из рассказов бабушки, а ничего больше я о них не знала. Всё воспоминания за пять лет с ними, как будто исчезли. И стоило появиться Коннору Джонсону в моей жизни, как та тоска, что копилась внутри меня вышла наружу. – я чувствовала, как слеза потекла по моей щеке, но не стала её смахивать. – Я долгое время пыталась скрывать свои чувства, ничего к ним не подпускать. Закрылась настолько, что сама боялась этого состояния. Я ввязалась в опасные игры, но только для того, чтобы узнать почему оказалась под прицелом прошлого именно сейчас. Мой мир в одно мгновение рухнул. Я так считала до того момента, пока у тех, кто был со мной искренен, не получилось дотронуться до моих чувств. Тогда сразу и рухнула эта ограда колючей проволоки у меня в душе. По большей части этому поспособствовала Мелисса и именно у неё я научилась тому, что главное в жизни, иметь людей, которым ты можешь открыться. И я ей открылась.
Теперь Кэтлин не отворачивалась от меня. Она внимательно следила за моим взглядом.
-Я видела, как ты реагировала на его фото на лекции, и что происходило с тобой сегодня. Можешь послать меня ко всем чертям и снова утверждать, что это не моё дело, и я уйду. – честно сказала я. – Только не обманывай саму себя. Признайся и прими то, что с тобой происходит. Когда я окончательно осознала, что родителей нет, рядом чужие люди, мне стало легче. Я смогла найти правильное решение и сделать верный выбор.
Спрыгнув с подоконника, я поставила стеклянную бутылку, еще раз обернулась на Кэтлин, которая сверлила взглядом пол и посмотрела на её дрожащие пальцы.
-О чувствах спрашивают не разум - о них шепчет сердце. Прислушайся к нему, Кэтлин!
Я дернулась с места, но её рука, схватившая меня за запястье, остановила. Девушка ни произнеся ни слова, кивнула на место рядом с собой и я вернула на подоконник. Какое-то время она молчала, потом шмыгнула носиком, и облокотившись спиной на стену, согнула ноги в коленях и приставила к себе. Теперь, мы сидели друг напротив друга, а окно было сбоку.
-Мы переехали в Бэйксвел, когда мне было десять. Эрик тогда сразу прибился к Дэвису и его шайке, а на меня обратила внимание Мелисса. Мы тогда ещё в школе учились, и Софи была с нами в одном классе. Видимо, она посчитала меня за конкурентку, и не слабо обозлилась. В то время я была не такой холодной, не могла постоять за себя. За меня это сделала Мелисса… -она улыбнулась, глядя в окно. – Со временем, я очень привыкла к ним с Джейн и обходилась искренне только с семьей и девочками. Остальные же знали меня, как «ледяная королева». До сих пор раздражает это прозвище.
-Эрик часто тягал друзей к нам домой, поэтому, можно сказать, я знаю Тима с детства. Он был таким же несерьезным и оболтусом и раньше, но мне это даже нравилось. Тогда ещё детьми были, несерьезно… Пересмотрела фильмов и книжек перечитала про плохих парней, на которых любовь влияет. Но со временем я стала замечать, что кроме него, я действительно не обращаю внимание на парней. Кто бы не проявлял знаков внимания, в каждом из них я искала чертова Батлера. – она высморкалась и теперь посмотрела на меня. – До шестнадцати лет, Тим часто заговаривал со мной, шутил, бесился, Эрик даже звал меня к ним, когда они вчетвером сидели у нас. К тому же, Мелисса в то время была еще близка с Кайлом, поэтому мы гуляли в одной компании. Хоть я этого и не показывала, мне нравились глупые шутки и повадки Тима. Эта несерьезность и распущенность конечно жутко раздражала, но мне казалось, что он такой искренний с парнями и настоящий, что хотелось представлять его таким и рядом с собой. Как видишь, годы шли, мы отдаляли и с братом, и Мелисса с Кайлом, так и перестали общаться. Теперь пересекаемся или на вечеринках, или у нас дома. Я вижу каждый день его с девчонками, каждый раз с новой, и понимаю, что как бы мне не нравился этот ублюдок, я не хочу стать его очередной добычей. Хотя признаемся, за годы я похорошела, и явно могла бы развлечься с Батлером. Вот только мне не это совсем надо…