Когда я брела к дому, уже совсем стемнело. Под ногами в стороны разлетались листья деревьев. Издалека послышался скрип двери. Стоя на углу, я невольно услышала голос бабушки: такой поникший и растроганный, что на секунду сожалела о своем поведении в гостиной.
-Возвращайся в Бэйксвел, Аннет, - мягкий голос Коннора так нежно назвал имя бабушки, что я прислушалась. – Этот город слишком скучает по тебе…как и я. –заключил он и я удивленно ахнула. Пожалуй, слишком громко. – Как все мы.
-Ох, Коннор…я останусь здесь, на случай если наша девочка передумает. – мягко прошептала она, полная уверенности, что я соглашусь на приглашение Коннора. – Обещай мне позаботиться о ней! Пусть она не повторит судьбу родителей, - чуть ли не плача, молила она. –Джессика единственная ценность, что осталась у нас…у меня!
Немного выглянув из-за угла, я видела, как мужчина держит ладони бабушки в своих, стоя напротив. В его взгляде читалась боль, разочарование и раскаяние. А в её - мольба. Коннор неожиданно улыбнулся и привлек к себе бабушку, заключая в объятия.
-Обещаю, дорогая, с нашей внучкой всё будет в порядке! – он сказал это так, словно давал обещание самому себе.
Ну почему у меня такой характер, что стоит человеку немного раскаяться, как мое мнение о нем моментально меняется. Теперь злость и ненависть, что я испытывала к этому человеку, куда-то улетучилась. Возможно, мне даже хотелось бы перенестись в прошлое и узнать его, как дедушку намного раньше. Все же, машину времени наше поколение не изобрело, и жить приходится настоящим. Все так, как сложилась, и возможно сложится в дальнейшем. Набрав в легкие воздуха, я зажмурила глаза и вышла ко входу. Отступившись друг от друга, они мгновенно засмущавшись, обменялись прощаниями, и мужчина уже направлялся к калитке, как что-то его остановило. Недолго думая, он обернулся, и посмотрел на меня глазами, как были у папы на фото. На минуту мне показалось, что это один и тот же человек. Не спеша подходя, он опустил голову и достал из внутреннего кармана пиджака кулон на веревочке, сжав его в кулаке.
-Обещай, что подумаешь еще раз, Джессика! Я пробуду в Гарденоре до среды, если твое решение останется неизменным, больше я вас не потревожу. – попросил мужчина, глядя на меня в упор. – Так хотели бы твои родители. – после этих слов он разжал ладонь и вложил кулон в мою. Затем взгляд его метнулся к ожидающей нас у дверей бабушки и обратно. – Аннет очень любит тебя, в свое время она пожертвовала всем ради твоей безопасности…береги её, дорогая! – не дождавшись ответа, я уже видела его отдаляющуюся спину.
На одной части сердца вставлена фотография маленькой темноволосой девочки с двумя хвостиками на макушке. Фото сделано до пояса, так что из одежды виднелась часть розовой блузки с пышными рукавами. На второй части фото было крупнее прошлого. Женщина с темно-каштановыми волосами и голубыми, как океан глазами, улыбалась, сверкая белоснежной улыбкой. Над губой с левой стороны виднелась родинка, в точности такая же, как у меня. Она смотрела прямо в камеру, на вид лет двадцать. Возможно, фото было сделано в моем возрасте. Уже который час подряд, сидя на полу, облокотившись на кровать, я не выпускала из рук кулон, подаренный Коннором. Кулон, принадлежащий моему отцу. Вещь, которую вручил мне мужчина, видимо значила слишком многое для обоих. В кулоне папа хранил фото жены и дочки. Моё и мамино. Закрыв глаза, по щекам покатились горячие слезы, я больше не сдерживалась. Плечи судорожно затряслись, а ладони сжали кулон в кулак. Я откинула голову назад на кровать и дала возможность слезам залить мое лицо. Когда эмоции взяли вверх, я уже беззвучно рыдала.