Найдя кучу оправданий своим желаниям, я все же пришла к спальне Бурова, но остановилась у двери не решаясь открыть ее. Прислушавшись, я услышала тяжелое дыхания Виктора. Руки затряслись, а во рту все пересохло, не смотря на выпитую ранее воду. Что я творю?
Переступив сомнения, я тихонько приоткрыла дверь и всмотрелась вглубь комнаты. На тумбе, возле изголовья тускло горел светильник, освещая только небольшое пространство. Лицо Виктора я смогла рассмотреть, лишь подойдя ближе. На лице была испарина, а одеяло скомкано лежало в ногах. Дыхание было глубоким и тяжелым. Веки вздрагивали.
Осторожно приложила ладонь ко лбу Бурова и почувствовала жар. Он горел. Я растерянно стояла возле кровати и не знала, что мне нужно сейчас делать. На ум только пришла идея приложить холодный компресс, а потом уже идти на поиски жаропонижающих, но для того чтобы их дать, нужно будет разбудить Виктора. И если это не проблема, то как я смогу объяснить почему я не сплю и какого черта я вообще приперлась в его комнату! Плюнув на все, я пошла за холодным компрессом.
Намочив в ванной полотенце, я промокнула лицо Виктора и приложила его ко лбу. Он зашевелился, но не проснулся. Я выдохнула, что не разбудила Бурова, и пошла на кухню за аптечкой. Уверенна, там я найду необходимые лекарства!
Взяв все нужное, таблетки и воду, я вернулась обратно к Виктору. Он лежал на спине, раскинув руки в стороны. Майка была влажная. Тяжело ему сейчас!
Достав из пластинки жаропонижающую таблетку, я стала будить Бурова, легонько раскачивая его за плечо.
— Виктор! Проснись! — ноль реакции. Я заговорила чуть громче, присаживаясь на край кровати. — Виктор, у тебя жар, давай ты выпьешь таблетку! Пожалуйста, проснись!
Вначале Буров нечленораздельно забормотал, убирая мою руку с плеча. Но я не остановилась, приложила ладонь к лицу и более смело похлопала по щеке. Буров вздрогнул и открыл глаза. Они были мутными и стеклянными. Он прищурился и обвел меня взглядом. Выдохнул.
— Это ты! — облегченно выдохнул Виктор и потер лицо, стаскивая с него полотенце. Он удивленно взбросил брови, переводя взгляд то на меня, то на полотенце. Немой вопрос адресованный ко мне.
— У тебя жар! Нужно выпить таблетку! Вот. — я показала руку, в которой держала лекарства. Виктор кивнул, и я подала ему стакан воды. — Я помогу!
Попытавшись привстать, Буров зашипел, ложась обратно. Я подхватила его под плечи, стараясь как можно аккуратнее помочь приподняться ему. Буров проглотил таблетку и выпив всю воду, передал мне стакан.
— Спасибо. — тихо сказал Виктор и схватил мою руку тогда, когда я собиралась встать с кровати. — Побудь еще здесь. И вообще, почему ты не спишь? Который сейчас час?
Я осталась на месте, руку Буров не убрал, еще сильнее сжимая ладонь. Я отводила от него взгляд, прячась от его пристальных глаз. Была неловкость во всем этом!
— Не спиться… Еще четвертый час ночи! Можешь спать! А я пойду к себе!
— Не убегай, пожалуйста! Ложись ко мне! — предложил Буров, похлопывая на место рядом с собой. Я неуверенно закачала головой. — Обещаю, приставать не буду!
Я улыбнулась на его слова. У него все так просто выходило: слова, предложения, словно в них нет ничего особенного! Быть может, это я в них ищу смысл?
— Давай же! Ложись! — настойчиво заявил Виктор и мне ничего не оставалось, как сделать то, что он просил. Я потянула за одеяло и набросила его на нас обоих, разделяя между нами немного расстояния. — Ну вот, видишь, я не кусаюсь!
Да уж! Знал бы Буров, что я сейчас испытываю лежа с ним в одной постели, под одним одеялом! Я лежала и не могла восстановить сбившееся дыхание. Вдох-выдох! Сердце колотиться как сумасшедшее! Хотелось подскочить и убежать, унося себя подальше из этого испытания.
— Ты мне нравишься, Лиля! — неожиданно заявил Буров, причем так спокойно, как будто сказал «спасибо»! Я вытаращила на него глаза, боясь моргнуть!
— У тебя жар Буров! — все, что я смогла вытянуть из себя, от шока! Как такое возможно? Он вообще понимает, что сейчас сказал?
Виктор отвернулся от меня, направляя свой взгляд в потолок. Я затаила дыхание, чувствуя, что это еще не все, что я сейчас услышу!
Глава 18
Виктор
— Ты мне нравишься, Лиля! — сказал, четко понимая, что я должен это сказать. Это своего рода признание, но не для того, чтобы оставить ее возле себя, а наоборот.
— У тебя жар, Буров! — растерянно ответила Лиля.
Я понимаю, как это выглядит со стороны. Сейчас она может подумать, что я сумасшедший или списать на жар, и это нормально! Мы знакомы всего два дня, но я знаю, в сердце западают только те люди, которые по-настоящему твои! Мне неизвестно, что творится в душе у Лили, как она ко мне относится, хотя по нашим страстным поцелуям, когда она тянулась ко мне словно к солнцу, я могу предположить, что тоже ей нравлюсь! Она скрытная и осторожная. Чувствуется в ней отстраненность. Но также чувствуется невероятная женственность и чуткость!
— Это не жар! — возразил я, откинув голову на подушку. — Это то, что я чувствую! Тогда, еще в клубе, я увидел тебя, и во мне что-то щелкнуло! Понимаешь?
Молчание… Ну пусть молчит! А я скажу!
— Находясь с тобой, я боюсь того момента, когда придется с тобой расставаться! Мне хочется тебя узнавать: что тебе нравится, что любишь, что нет! И если бы не вчерашний день, я бы сделал все, чтобы завоевать твое сердце и душу! — я замолчал, глубоко вдохнув и ощущая внутри боль, но не физическую, другую! — Я хочу быть честен с тобой, Лиля! И хочу, чтобы ты знала, почему я попрошу тебя сделать то, чего я не хочу больше всего на свете!
— И чего же ты попросишь? — подала голос Лиля. Он был тихим и нежным, как и сама девушка. — Что я должна сделать?
В горле застрял ком. Слова не хотели выходить наружу! Да и сердце было против! Но разум и ответственность за чужую невинную жизнь подстегивали к другому!
— Ты должна уехать из этого места! И как можно дальше! Для твоей же безопасности!
— Уехать?
— Да, Лиля, уехать! Те люди, что были на даче, они не остановятся, понимаешь? Я не смог тебя защитить, за что мне очень горько и стыдно перед тобой! И я боюсь, что в следующий раз все может закончиться плачевно!
— Что они от тебя хотят? Почему они избили тебя? — Пошел поток вопросов от девушки. — Ты занимаешься чем-то плохим? Противозаконным?
— Плохим? — усмехнувшись, переспросил я и повернул голову набок, чтобы посмотреть в ее безумно красивые глаза. Она смотрела на меня растерянным и любопытным взглядом. Ожидаемо… — Наверное, плохим! Получается, так! В погоне за мечтой я потерял себя и теперь не могу собрать воедино! А знаешь, что самое обидное?
— Что? — одними губами прошептала Лиля. Как же хочется впиться в них и снова почувствовать их вкус!
— Что одна ошибка стоила мне всего! И я не хочу, чтобы и ты подвергала свою жизнь опасности!
— Ты говоришь загадками! Я не понимаю! — серьезно сказала Лиля и приподнялась на локте. — Кто те люди?
Не в силах выдержать ее требовательный взгляд, я снова стал смотреть в потолок. За окном уже начинало рассветать. Скоро нам придется расстаться навсегда, и ее я больше никогда не увижу!
— Это были люди жестокого и расчетливого человека, который не остановится ни перед чем, чтобы добиться своего. И вчера он мне это показал с лихвой! Я не буду спрашивать, как ты смогла отбиться от них и не буду интересоваться, говорили ли они тебе что-либо, но я надеюсь, ты поняла, чем это может закончиться, останься ты в городе! Завтра я попрошу Яниса отвезти тебя в твою квартиру, ты соберешь вещи, сядешь в свою машину и уедешь подальше от этого места! Янис сопроводит тебя за черту города.
— Я не поеду! — наотрез отказалась Лиля. В ее глазах был вызов и борьба!
— Не будь глупой, Лиля! Шевцов очень опасен! Кто переходит ему дорогу, пропадает без вести! Тебя здесь ничего не держит. Уезжай! — я говорил то, чего не стоило говорить, но не знал, как еще ее убедить уехать. Как достучаться до ее инстинкта самосохранения!