— Поцелуй меня, Витя! — мягко, шепотом, попросила я и положила руки ему на грудь. Буров шумно дышал. Твердые мышцы были напряжены, а грудь высоко вздымалась. В глазах заплясали опасные огоньки. Виктор хотел меня, как и я его!
Одной рукой он обвил мою талию, просунул ладонь под рубашку, щекоча мою чувствительную кожу. Второй притянул мою шею к своему лицу так близко, что я чувствовала его дыхание на губах. Буров поцеловал меня нежно, без напора и страсти. Трепетно и чувственно! У меня земля ушла из-под ног, стоило ощутить его губы на своих. Прикрыла глаза от удовольствия, а Виктор углубил поцелуй, проникнув языком внутрь и открыто стал исследовать глубины рта. Я тихо застонала, чувствуя, что начинаю задыхаться от наслаждения. Я отвечала ему, жадно упиваясь нашей близостью. Виктор с каждой секундой ускорял напор, жадно терзая мои губы. Его жесткая щетина больно царапала кожу, но я на это не обращала внимания. Руки Бурова искусно гладили меня в тех местах, где того требовала душа. Одной он сжимал бедра, просунув пальцы под резинку кружевных трусов, продвигаясь все дальше. Другой рукой мял грудь, чуть больно крутя воспаленные от желания соски. Я сходила с ума! Сгорала от желания.
Виктор рывком усадил меня на край стола и вклинился между моих ног, чуть слышно простонав, видимо, от боли в ребрах. Это меня немного отрезвило. Но не остановило!
Глава 25
Лиля
— Милая… — прохрипел Буров не своим голосом, прислонившись к моему лбу. — Как мне тебя отпустить? Ничтожно мало я насладился тобой!
— У нас есть еще время! — прошептала ему в губы и медленно, не спеша, стала расстегивать свою рубашку, решаясь не останавливаться на начатом. — Наше время!
Виктор с волнением следил за тем, что я делаю. Его кадык нервно дернулся, а руки крепче сжали талию. Виктор, как и я, был на пределе. Скинув с себя рубашку, я открыла для его взора всю себя. Стеснение, что было вначале, бесследно испарилась под пылким взглядом Бурова. Я прямо кричала о своих желаниях. Виктор шумно втянул воздух в легкие, не отводя взгляда от моей обнаженной груди. Ему нравилось то, что он видел, а мне нравился его восхищенный взгляд. Я чуть опустила глаза, не зная, что делать в те долгие, как казалось, секунды бездействия Бурова. Он любовался мной, словно завороженный, скользя по мне своими бездонными глазами.
— Какая же ты красивая, детка! Твое тело, твоя нежная кожа сводят меня с ума! — воодушевленно распевал Виктор, обводя кончиками пальцев выпуклости моего тела.
Я откинула голову назад, руками уперлась в стол и закрыла от удовольствия глаза. Я чувствовала неудержимую страсть. Ощущала, что владею мужчиной целиком и полностью. Виктор нежно, еле касаясь, обвел ареолу груди, чуть дотрагиваясь до самой горошинки. От нее не спеша провел линию до живота, очерчивая на нем узор, и плавно спустился до линии шорт. Задыхаясь от удовольствия и остроты ощущений, я прерывисто вздыхала, ожидая дальнейших действий. Виктор не торопился, мучительно медленно наслаждался каждым миллиметром моего тела. Он осторожно отодвинул резинку шорт, спуская их на бедра. Я замерла, забыв, как дышать. Меня трясло от желания. Моя кожа пылала, словно я лежала на горячем песке, а не на прохладной столешнице.
Виктор наклонился к моему уху и сладко прошептал, его слова струились по моим венам, словно горячая лава:
— Это невыносимо… У меня сносит крышу от тебя! — нечленораздельно пробормотал Виктор и, просунув дальше руку, коснулся влажных складочек. Я жадно вобрала в себя воздух, сжав кулаки с такой силой, что почувствовала боль от впившихся в кожу ногтей. — Ты чувствуешь то же самое?
Я не сразу поняла, что это был вопрос, находясь в прострации. Мозг заволокло мутной, но невероятно приятной дымкой. Я буквально задыхалась, подставляясь под его умелые пальцы, желая ощутить его всего внутри.
— Ты моя, Лиля! Моя! — прорычал Виктор и вставил в меня палец, растягивая изнутри. Громкий стон слетел с моих губ. Я выгнулась дугой, не выдерживая напряжения. И не знала, куда мне поставить ноги. Нужно найти опору. Я обвила бедра Виктора, найдя удобное положение.
— Твоя!
— Моя!
А после все было словно в тумане. Не помню, в какой момент мы оказались без одежды. Как Виктор уложил меня на стол и томительно вошел, крепко вцепившись пальцами в бедра. Наверняка останутся следы от нашей страсти! Он вбивался в меня грубо, без нежности и ласки. Безудержно и опьяняюще! Я металась под ним, хныкая от переизбытка эмоций. Внутри был шквал ощущений, с которыми я с трудом справлялась. Я впивалась ногтями в его шею и спину, не контролируя силу нажатия. Меня словно скручивали в тугой жгут, разрывая на отдельные части! Я стонала, временами переходя на крик, цеплялась за руки Виктора, будто за спасательный круг. Но он лишь набирал обороты, нещадно выводя меня за рамки разумного. Еще несколько толчков — и я ощутила, что тугой узел готов разорваться, ярко разлетаясь во все стороны моего сознания. Низ живота пронзила волна блаженных спазмов, уносящая меня в нирвану. Тело пронзила мелкая дрожь, а с глаз покатились слезы безумного счастья и удовлетворения.
Виктор склонился ко мне, расставив руки в стороны, сделал пару глубоких и жадных толчков, и с рыком рухнул на меня, прижимая всей тяжестью своего тела, тяжело и шумно дыша в волосы. Мы оба выбились из сил, молча лежали и пытались восстановить дыхание. Сердце колотилось как сумасшедшее, по ногам проносились нервные вибрации, а само тело казалось ватным.
Я обняла Виктора. Нежно, с заботой и желанием успокоить, уберечь! Вся кожа мужчины была усыпана капельками пота. В воздухе витал запах нашей близости. Нашего безумства! Внизу живота еще сохранялись легкие покалывания, чувство свободы. В ушах звенело, а перед глазами расплывалась смутная дымка удовольствия. Я словно парила, не чувствуя поверхности под собой.
В голове молнией пронеслась мысль, о которой я даже подумать боялась. Ту, что постоянно отгоняла, но она всплывала временами: «Я ведь полюбила!» Невероятно, бессмысленно, запретно, но полюбила! Всем сердцем! Глупо? Да! Но сердцу не прикажешь, когда любить и кого! Оно в такие моменты живет по своим правилам, не подвластным людям! Настроение стало ухудшаться, развивая все больше незваную мысль.
Виктор, отдышавшись, поднялся и помог встать мне. Потер грудь, где расцветали крупные синяки и стер с лица пот. Я смущенно опустила вниз глаза и потянулась за лежавшей на полу рубашке, желая поскорее спрятать свое нагое тело. Виктор вмиг остановил меня, притянув к себе за руку. Наши обнаженные тела коснулись друг друга, пробуждая новую волну нежности.
— Не убегай, пожалуйста! — попросил Буров и приподнял мое лицо за подбородок, заставляя посмотреть на него. Я несмело подняла взгляд, встречаясь с его лазурными глазами. В темноте они казались совсем бездонными. Я тонула, упиваясь их красотой! Виктор свободной рукой заправил прядь моих волос за ухо, переместил руку на шею и каснулся большим пальцем сонной артерии. Этот жест был наполнен трогательной теплотой, от которой мое сердце начинало снова биться быстрее. — Мне было хорошо! А тебе?
От его, казалось бы, простого вопроса, у меня пересохло во рту, а внизу живота снова появилось трепетное ощущение. Я слукавлю, если скажу, что мне было плохо или что я насытилась Виктором. Мне было до боли мало его! Я попыталась успокоиться, надеясь, что Буров ничего не заметит, но прерывистое дыхание предательски меня выдало!
— Мне хорошо! — шепнула я, опустив глаза на его чувственные губы. В нос ударил запах его разгоряченной кожи, от которого кружилась голова. Ответив, я с упоением наслаждалась нашей близостью и неожиданно почувствовала, как в живот уперлось что-то твердое. Конечно, я сразу поняла, что это и что вообще значит. Не маленькая! Дыхание сбилось. Снова!
Я удивленно приподняла бровки и улыбнулась, взглянув на Виктора. Тот, не скрывая игривости, заулыбался, показывая свои идеально ровные зубы. Демонстративно потерся о мой живот своим впечатляющим бугром и крепко схватил меня за ягодицы. Я охнула и засмеялась. Атмосфера вокруг нас мгновенно разрядилась, давая нам расслабиться на мгновение и оставить тяжелые мысли хотя бы на небольшой промежуток времени.