Сволочь! Ему-то что я сделала? Неправильно смотрю?
— Молот интересуется, поговорили вы по душам или еще нет? — с мерзкой ухмылкой задал вопрос рыжий, поворачиваясь от меня в сторону Виктора. Мы оба молчали. — Ну раз тишина, значит, поговорили! Шевцов приглашает даму на разговор! Ты ведь не против?
Последний вопрос рыжий задал Виктору, поворачиваясь ко мне спиной. Я посмотрела на Виктора и заметила, как заходили желваки на его лице. Ноздри зло расширились, а глаза метали молнии на довольное лицо рыжего. Я понимаю, что теперь не имею права на защиту и поддержку Виктора, но как же просила душа! Он молчал, лишь изредка бросая на меня короткий взгляд, не выражающий никаких эмоций, словно его заморозили!
— А что же Шевцов сам не спустился к нам? Струсил? — неожиданно заговорил Виктор, переведя взгляд на рыжего. Я шумно выдохнула, почувствовав некое облегчение от его слов. — И почему не поговорить со мной? У нас больше «своих» дел, нежели у него с девушкой!
— А тебя это не должно волновать, Буров! Шеф сказал — мы выполняем! — выплюнул рыжий, на что Виктор усмехнулся.
— Верные псы, работающие за брошенную кость! — с презрением сказал Виктор и сплюнул в сторону.
Я напряглась, стоило заметить, как Петр дернулся и рывком схватил Виктора за прилично потрепанный воротник рубашки. Ткань с треском затрещала под сильным захватом, и оторванный кусок остался в руках парня. Тот отбросил его в сторону, и ткань отлетела мне на колени. Я быстро схватила лоскут, сжав в ладони, словно нечто ценное. Петр же не остановился на рубашке, резко нанес точный удар Виктору в челюсть, и тот тяжелым камнем упал на бетон. Я вскрикнула, подскакивая с места и пытаясь нанести удар Петру. Но он моментально повернулся и, не обращая внимания на приказы рыжего остановиться, дал мне сильную пощечину, от которой я отлетела в сторону, больно ударившись головой о стену.
— Хватит, я сказал! — громко рявкнул рыжий, хватая ублюдка за плечо. — Молот будет недоволен, что ты тронул следачку!
Пока они выясняли отношения, у меня было время прийти в себя. Я с трудом приподнялась на локте и приложила руку к горящей щеке. Во рту собралась много слюны с привкусом крови. Поморщилась и отвернувшись сплюнула ее в сторону, придерживая опухающий под ладонью уголок рта. Голова кружилась, глаз заволокло пеленой от удара о стену. Мутным взглядом я рассмотрела Виктора, лежащего на боку с закрытыми глазами и поджатыми под себя ногами. Грудная клетка медленно вздымалась, изо рта стекала тонкая красная струйка крови. Удар был сильный и резкий. Но он жив — это самое главное!
Решив между собой, кому что делать, рыжий отпихнул Петра в сторону, а к себе подозвал одного из парней с оружием. Тот в секунду оказался рядом с ним, а Петр занял его место, недовольно наблюдая за происходящим.
— Бери девчонку и веди к Молоту, иначе он нам устроит! И так замялись тут! А я приведу «этого» в чувство! — дал распоряжения рыжий и кивнул в сторону лежащего Виктора. — Выполняй!
Я сжалась, предчувствуя прикосновения борова к себе. Он не церемонясь схватил меня под локоть и буквально подбросил вверх. От боли в конечностях я вскрикнула, пытаясь устоять на ногах. С колен снова сочились ручейки крови, неприятно стекая по ногам. В босую подошву впивались мелкие камешки.
— Пошевеливайся! — недовольно буркнул мужлан, не заботясь о причиненной мне боли. — Давай, иди!
Я не успевала переставлять ноги, спотыкаясь о неровности пола и отбивая до крови пальцы. Подходя к двери, я обернулась, желая еще раз увидеть Виктора. Посмотреть, может быть, он пришел в сознание. Было страшно оставлять его одного, наедине с головорезами, в особенности с Петром. Его жестокость и ярость по отношению к Бурову меня потрясла. Вдруг они его убьют, пока я буду у Шевцова, и живым я его больше не увижу!
Амбал толкнул меня вперед, заставляя смотреть перед собой. Выйдя из мрачного подвала, мы поднялись вверх по лестнице и оказались в просторном фойе с ярким освещением. Тело мгновенно обволокло теплым воздухом. Я прищурилась, отвыкнув от яркого света, но смогла разглядеть и даже запомнить дорогу к кабинету Шевцова, не особо разглядывая интерьер по сторонам. Все мое внимание было направленно на двери и проходы. Охрана стояла буквально на каждом метре, внимательно контролируя ситуацию.
Я плелась за бугаем, пачкая своей кровью дорогой темный паркет. Ноги не слушались, путаясь между собой и заплетаясь. Охрана смотрела на меня с омерзением и пренебрежением. Конечно, от роковой красотки сейчас ничего не осталось, лишь избитая, грязная и униженная девчушка с ободранными до костей ногами.
Путь до кабинета казался бесконечным. Мы петляли по коридорам, поворачивая из стороны в сторону. Запутаться здесь не проблема. Благо я хорошо запоминала и ориентировалась на разной местности, главное все просчитать. Шаги бугая стали замедляться, и я поняла, что мы пришли.
Стоя перед массивной дверью, я испытала нервный трепет. Непредсказуемо, что может выкинуть Шевцов на этот раз! Охранник постучал и открыл дверь, пропуская меня вперед. Я, как израненный и затравленный зверек, переступила порог и остановилась по центру просторного кабинета. Шевцов сидел за столом, вальяжно раскинув руки на кожаном кресле. Не сводя с меня оценивающего взгляда, Шевцов кивнул охраннику, и тот удалился за дверь.
Мы остались наедине с Шевцовым. Его тяжелая, давящая энергетика ощущалась даже на расстоянии. Увидев на столе чашку с кофе, я тяжело сглотнула, ощущая сильную обезвоженность. Шевцов проследил за моим взглядом и усмехнулся. Поднялся из-за стола и прошел к шкафу с горячительными напитками, откуда достал стеклянную бутылку с водой. Не спеша открутил крышку и налил прозрачную жидкость в стакан. Наблюдая за его действиями, я мысленно допивала налитую воду, утоляя невыносимую жажду. Мне хотелось как можно быстрее ощутить вкус воды! Но Шевцов не торопясь подошел ко мне, медлительно протягивая стакан, будто продолжая издеваться! Я, не церемонясь, схватилась за него дрожащими руками и стала жадно пить, стараясь не пролить ни капли. Я не ощущала утоления жажды. Мне было катастрофически мало того, что мне налили. Казалось, в стакане была всего пара глотков. Мне хотелось еще пить. Вязкая слюна пропала, но чувство жажды осталось.
Шевцов смотрел на меня не скрывая удивления, приподняв бровь и сложив руки на груди.
— Вижу, мои ребята тебя потрепали! — сказал Шевцов и развернувшись пошел к своему креслу.
— Это сделал ты, хоть и чужими руками! — огрызнулась я и пошатнулась в сторону, еле удерживаясь на ногах.
— Присаживайся! Не стой! — спокойно предложил Шевцов и указал на стул напротив.
Хоть я и не хотела садиться, все же понимала, что стоять мне трудно, поэтому присела, расслабляя уставшие и больные ноги. Я посмотрела на них и сглотнула. Они были в красновато-грязных разводах крови и грязи. Страшное и противное зрелище.
— Лиля, у меня к вам есть очень выгодное предложение! — нараспев начал Шевцов, но я уже по интонации поняла, что мне это предложение не понравится. Слишком уж он вежливо говорит.
— Какое? Неужели ты передумал стирать меня с лица земли? — не скрывая презрения, спросила я, даже не думая обращаться к нему на «вы».
Шевцову не понравилась моя манера говорить. Он нахмурился и сощурил глаза, сжимая в тонкую полосочку губы. Наклонился к столу и с грохотом уложил сцепленные руки на стол. Я вздрогнула, но вида не подала.
— Ну, раз мы перешли на «ты», начнем! — сдерживая раздражение, сказал Шевцов и продолжил: — Я предлагаю тебе жизнь взамен на маленькую услугу!
По-моему, эти слова мне что-то напоминают! То же самое он предлагал и Виктору! Я выжидающе смотрела на Шевцова.
— Я оставлю тебя в живых, если ты согласишься подставить Бурова под удар! — начал Шевцов, а мои глаза расширялись все больше, по мере того, что он предлагал! — Ты должна предоставить своему начальству нужные документы, факты и доказательства вины Бурова, каким и было твое задание. А обо мне не упоминать! Все, что требуется для этого, у меня уже есть.