Ночь была беспокойной. Мне снились эпизоды издевательств надо мной. Те страшные и неадекватные шавки Шевцова, что мерзко лапали меня. Мне снился Виктор. Весь избитый и в крови! Я проснулась вся мокрая и испуганная. Меня колотило от страха и кошмаров, что мне виделись во сне! За окном рассветало. Небо было затянуто серыми тучами, но тонкие яркие лучи все же пробивались сквозь серую массу. Я подняла тяжелую голову с подушки и потянулась за телефоном, лежащим на прикроватной тумбе.
Посмотрела время — половина седьмого утра. Проверила пропущенные звонки. Ноль! Даже удивилась. Раньше меня осаждали Руслан и Павел, а сейчас эти двое остались где-то там, в прошлой жизни! В контактах нашла номер, скромно подписанный «Виктор». Он дал мне его на всякий случай, еще до всего случившегося! Хотелось нажать на кнопку «вызов» и услышать любимый голос, но я отбросила это желание и положила телефон обратно на тумбу.
Встала с постели, сварила себе кофе, позавтракала и обработала раны. Они стали заметно уменьшаться с помощью мази и пластырей вместо бинтов. Привела свою внешность в порядок: помыла голову, расчесала волосы и уложила их в низкий хвост. Разобрала чемодан и сложила в него другие вещи. Навряд ли мне в деревне понадобится кружевное белье и вечерние платья. Взяла пару спортивных костюмов, пижамы, хлопковое белье и уходовую косметику. Декоративную брать не стала!
Ближе к обеду пригнали мою ласточку. Я сложила в нее все вещи, продукты и, выпив обезболивающие таблетки, отправилась к единственному родному человеку!
Глава 36
Лиля
Через полтора часа дороги, я, переживая и нервничая, приехала к бабуле. Не выходя из машины, тоскливо взглянула на родное местечко. Старый от времени забор еще больше накренился вниз и жалобно просил ремонта. Краска на фасаде дома облупилась и поотваливалась, обнажая деревянный фасад. Для моего сердца простой деревянный дом с резными ставнями на окнах был дороже всего остального! В этом месте запечатлелись мое детство, отрочество, память о родителях и счастливых моментах. Когда я была ребенком, мне казалось, что бабушкин дом — огромный и высокий, а сейчас понимаю, что все это детское воображение. Улица была безлюдная, всего пять домов, из которых два использовались под дачу
Я не спеша выбралась из машины и вдохнула родной воздух. В нос сразу же ударили запахи бабулиных цветов и свежескошенной травы. Теплый воздух после автомобильного кондиционера мягко окутывал прохладное тело. Я немного постояла у ворот, собираясь с мыслями и смелостью, понимая, что сейчас мне придется объяснять неожиданный приезд и свое состояние. Ноги я спрятала в легкие, просторные штаны, а вот лицо не спрячешь! Синяки и царапины выделялись на коже. Шумно выдохнув, я нажала на ручку ворот. Калитка с писком пропустила меня во двор, где все цвело и пахло. Новых клумб стало еще больше и казалось, весь двор утопает в августовских цветах.
Я не спеша ковыляла по выметенной дорожке, осматриваясь по сторонам и выискивая глазами бабулю. Ни во дворе, ни в доме ее не застала. Из вариантов оставался огород, в котором я ее и нашла. Бабушка, заметив меня, отбросила мотыгу в сторону и покульгивая направилась ко мне. Я с широкой улыбкой и слезами на глазах шла к ней навстречу, не обращая внимание на попадающий в ботинки песок.
— Лилечка! Дорогая моя! — дрожащим голосом повторяла бабуля, едва не бежавшая ко мне. — Не верю своим глазам! И не предупредила ж ведь!
Она выставила вперед руки, призывая к объятиям. Я бросилась в них, как в спасательный круг. Прижалась и больше не смогла сдерживать потока слез. Все внутри обрушилось, выворачивая душу наизнанку. Всю боль и отчаяние, страх и безнадежность! Потерянную любовь! Все, что таилось глубоко в сердце!
Бабуля не стала меня пытать в огороде. Обмыв ноги во дворе, мы прошли в дом. Бабушка поставила чайник на старенькую газовую плиту и приготовила чашки. Я села за стол и замолкла, не зная, как начать разговор.
— У тебя отпуск? — первая прервала тишину бабуля. — Или выходные?
Я посмотрела на нее и тут же спрятала глаза от пристального взгляда. Бабуля словно видела меня насквозь. Только терпеливо молчала.
— Отпуск! — немного хрипя, ответила я и опустила глаза на свои руки, опять замолкая.
На кухню из бабушкиной спальни лениво вышел старый кот Михаил и прямой наводкой подошел ко мне. Вначале понюхал мои ноги, потерся и не без усилий забрался ко мне на руки. Я стала гладить Михаила, и моя нервная дрожь стала потихоньку угасать.
— Старый совсем стал. Глухой. Потрепанный жизнью! — сказала бабушка и кивнула на кота, а я встрепенулась от последних слов, словно они были адресованы мне. — Хорошо, есть молодой кот, а то бы осталась одна!
— Ну да! — ответила я, не переставая поглаживать кота. Атмосфера в доме сгущалась. Я чувствовала, что бабуля видит мое состояние и терпеливо ждет от меня рассказа!
Бабушка разлила по чашкам чай, поставила на стол блюда с печеньем и конфетами и уселась напротив меня, выжидающе глядя в лицо.
— Что с лицом? Опять на службе досталось? — издалека начала бабушка, но по интонации я уже поняла, что это всего лишь прелюдия в допросе!
— Да. Очередное задание.
— А с голосом что? — задала следующий вопрос бабуля. — Тоже задание?
— Да.
Бабуля тяжело вздохнула и покачала головой, сжав губы в тонкую линию. Сняла белую косынку с головы и положила ее на колени.
— Лиленька, у тебя, что-то случилось, да? Я же вижу, моя родная, у тебя глаза на мокром месте, и душа вон, рвется наружу! С Русланом поругались или тому есть другие причины?
Похоже, исповеди перед родным человеком не избежать! Лучше я все расскажу, и будь что будет! Я не хочу больше врать близким мне людям! Пусть лучше знает горькую правду, чем сладкую ложь, а ее у меня накопилось предостаточно!
Я рассказала все! Ничего не утаивая и не скрывая. Рассказала и про тяжелый развод, и про его причины. Про задание, как я не хотела его выполнять! И про Виктора тоже рассказала, во всех ужасающих подробностях, с которыми столкнулась! Бабушка внимательно слушала, не перебивая, лишь изредка, на некоторых моментах, шокированно смотрела на меня и неодобрительно качала головой.
Под конец рассказа мы, не сдерживаясь, ревели как две белуги, крепко обнимая друг друга. Бабуля рыдала, причитая успокаивающие слова и заботливо гладя меня по голове. Я плакала навзрыд, до икоты выплескивая всю боль наружу!
— Он меня никогда не простит, бабуля! — истошно рыдала я, рассказывая о чувствах к Виктору. — Я его предала, понимаешь? Обманула!
Бабуля цыкнула и нежно взяла меня за подбородок, приподнимая мое зареванное лицо и заглядывая в глаза. Она улыбнулась и с нежностью поцеловала меня в лоб.
— Попроси прощения у него! Поговори с ним!
— Я пыталась, но он и слушать ничего не захотел! — шмыгая носом, ответила я и вытерла слезы бабушкиным платком.
— Это было тогда, на эмоциях! А ты сейчас попробуй! Вы оба немного успокоились. Я уверена, обдумали все произошедшее и что-то решили для себя. Осталось только сделать шаг вперед! Отбросить сомнения и гордость! — тихо и мудро стала советовать бабуля, убеждая меня в правильности и действенности ее слов. — В любви, внучка, нет им места! Если любит тебя тот парень — простит! А если нет, то стоит ли рыдать по нему?
Бабушкины слова меня воодушевили! Вселили яркую надежду! Не раздумывая и не давая себе время передумать, я подорвалась на ноги и чуть ли не побежала в машину за мобильным телефоном. Нашла «заветный» контакт и, отбросив все сомнения и страхи, нажала на кнопку вызова! Пошли долгие раздражающие гудки. Руки тряслись, как и все тело. Меня бил нервный озноб, а во рту все пересохло. Ответа все не было, и я уже расстроенно собралась отключаться, как в трубке послышался волнующий душу голос.
— Слушаю! — грозно прогремел Виктор.
— Это я, Лиля. — слова вылетели у меня на выдохе, и я сглотнула. Я задержала дыхание, боясь пропустить ответ Виктора, но он молчал. Пульс громко стучал в висках, не давая успокоиться. Нервы брали верх над разумом! На воспаленные от слез глаза снова наворачивались слезы. — Я …