Сначала он коленями мне их раздвинул, теперь толкает сдвинуть их обратно. Зажимает между своих ног и всё-таки сдирает с меня джинсы, вместе со стрингами.
Моя голова повёрнута вбок. Я всё надеюсь разжалобить Саида. Смотрю на то, как он играет с членом и слёзы скатываются по щекам. Боковым зрением вижу, как второй урод расстёгивает ширинку перед моим лицом.
На голую задницу сзади ложится тяжёлая мужская рука. Меня словно током прошивает.
Надо бороться. И сопротивляться. Я не хочу.
Тем более, они не хотят портить товар.
Ступор отпускает.
Я дёргаюсь, сбрасывая лапу сзади. Руки подламываются. Я падаю на ковёр. Изворачиваюсь, перекатываюсь на спину. Судорожно тяну джинсы вверх, натягивая обратно. При этом лягаюсь, отталкивая кавказца, который пристраивался сзади.
— Пустите. Я не буду.
— Сука…
Он хватает меня за ноги, другой сзади вцепляется мне в волосы. Я вырываюсь, но они прижимают к полу.
Я ору. Никто здесь не услышит. Но, больше ничего сделать я не могу.
Мой истошный вопль прерывается громовым басом Саида:
— Отпустите её.
Два мужлана выплёвывают ругательства на своём языке. Их хватка ослабевает.
— Саид, чё за дела?
— Чё, за хрень?
Быстрее натягиваю джинсы вместе с трусами выше. Отползаю в сторону от тварей. Сгинаю в коленках ноги, поджимаю к себе ближе, обхватываю руками и снова сжимаюсь в комок оголённых нервов. Сжимаю руки так сильно, что они немеют. Пускай попробуют разжать.
Саид так и обхватывает член рукой, но перестаёт дрочить.
Твёрдым спокойным голосом он объясняет:
— Амина. Чем скорее, ты смиришься и успокоишься, тем лучше для тебя. У тебя теперь впереди очень много мужчин. Мы сейчас решим, куда тебя определить. Если ты, действительно, еще девушка, то я могу отдать тебя в элитное местечко. Эскорт за бешенные бабки. Меньше клиентов. Лучше условия, — вешает паузу, смотрит на меня.
Азат разочарованно сплёвывает прямо на ковёр.
Свиньи. Звери.
— Да ну нахрен, Саид…
Ему мешает выговориться поднятая рука Саида. Азат замолкает на полуслове. Тяжело недовольно выдыхает. Второй тоже стоит на коленях с перекошенной рожей, но не двигается ко мне.
Мой шанс? Заговорить им зубы. Только пусть не трогают сейчас. Потом – это потом. Я что-нибудь придумаю. Может, я уговорю Саида оставить меня только себе…
И сбегу. Да, обязательно. Если не прямо сейчас, то потом.
Судорожно прикидываю свои шансы.
Мы в горах. Саид привёз меня на джипе. И эти двое прикатили на другом. Значит, там, за порогом две машины. Ключи. Кинули в коридоре, на выходе. Паспорт. Отобрали. Телефон. Деньги. Капец. Ничего нет. Только ключи от их машин в коридоре.
— Амина? — голос Саида становится громче, вижу, как глаза начинают наливаться, несмотря на поволоку от дурмана. Пальцы сжимаются на его члене.
Отчаянно тараторю:
— Да, да. У меня не было мужчины.
Саид чуть расслабляется.
— Хорошо. Но, в элитные места попадают лишь хорошие послушные девочки, Амина.
Киваю. Пока не понимаю, к чему он клонит.
— Хорошая девочка, Амина, — голос Саида усыпляет бдительность.
Он кивает. Я повторяю за ним. Тоже рассеянно киваю. Пока слушаю, что он говорит, а до меня лишь постепенно доходит смысл:
— Тогда прямо сейчас делай выбор. Послушно делать то, чего от тебя хотят или попасть совсем в другое место. Там, где любители жёстких развлечений, которым посрать целка ты или нет.
Слёзы опять катятся из глаз, застилая картинку. Лепечу:
— Саид, пожалуйста. Не надо.
— Амина. Всё зависит от твоего поведения. Давай, вставай на место, на четвереньки, спускай штаны и открывай рот. Потерпишь и останешься целкой. И место тебе получше подберём.
— Пожалуйста. Отпустите.
Я понимаю, что мои мольбы – это пустой звук. Но я уже рыдаю в голос и продолжаю умолять.
Холодный, жёсткий голос Саида осаждает:
— Считаю до трёх, и ты замолкаешь. И делаешь то, что я сказал. Или пеняй на себя. Тебя всё равно будут трахать. Привыкай. Мне похрен кому тебя сплавить. Это твоя судьба. Решай.
Как? Как я попала в этот переплёт? Как я поверила ему? Бросила свою жизнь и понеслась в погоню за нереальной сказкой о любви.
— Раз, — раскатывается громом под высоким потолком. Еще бы молния, и чтоб меня прибила. На этом самом месте, насмерть. Лучше так, чем согласиться на то, что меня ждёт.
— Два, — голос Саида сочится гневным нетерпеньем.
Мелькает мысль, ослушаться, может они меня ненароком и прибьют. Чтобы не мучиться сомнительный остаток жизни…