– Дура, – отвечаю приглушенно.
Она шумно выдыхает. Не могу понять: от нервов или оттого, что не предам, выдав ее настоящее имя. Чего она боится? Меня или раскрытия? Видеть страх в ее глазах – это последнее, чего хочу. Хотя он меня не сильно удивляет.
– Я прохожу практику, – начинает затравленным шепотом, а потом, взяв себя в руки, продолжает увереннее: – И меня послали сюда, чтобы собрать информацию.
– Кто?
Кто мог додуматься послать девчонку в тюрьму?
– Начальник. Я стажируюсь в полиции. Макар, сделай вид, что мы не знакомы. Не сдавай меня. Не привлекай лишнего внимания.
– Сказал: не сдам, – повышаю голос, и Лиза сразу оборачивается на дверь. Забыл про охранника, но вряд ли он стоит прямо за ней. – Так ты здесь как медсестра ли все-таки шлюха?
– Дурак, – обиженно произносит, успокаивая мою ревность.
Ладно, с этим можно работать.
– Понял. Связь есть?
– Зинаида забрала телефон и сказала, что вернет через неделю.
– И ты, скорее всего, невыездная и без связи, – перечисляю то, что можно и не озвучивать.
Значит, к ней присматриваются. И не факт, что воспринимают как медсестру. Скорее как молчаливую дуру, которую можно подложить под кого-то.
– Ты чего злишься? Я правду сказала.
Злюсь – это не то слово. Я в бешенстве.
Ладно я, сижу за решеткой, но остальные как проглядели такое?
– Сиди смирно, – приказываю и отхожу к кровати. Вернувшись, протягиваю ей складной нож. Жаль, телефон не могу отдать. Он один. – Держи, чтобы всегда был при тебе. И чтобы не видел на тебе юбки. Только если идешь ко мне.
– Я к тебе больше не приду. Меня вызвали посмотреть ножевое, которого нет. Все, моя работа закончена.
– Не борзей! – прикрикиваю, и в ее взгляде что-то неузнаваемое мелькает. Притаилась, словно мышь перед удавом. – Ножевое есть. Показать?
– Так чего ты молчал! – восклицает и ощупывает грудную клетку.
Ее мельтешение – это крупицы того, чего хочу ощутить, но уже неплохо. Начало положено. Похоже, принцесса не знает, почему наши дороги с ее семьей разошлись, иначе вела бы себя совершенно по-другому. Надеюсь, и не узнает.
Поднимаю край футболки и показываю ножевое ранение. Только давнишнее. Тогда учил Лизу пользоваться ножом, и она пырнула меня внизу живота.
Тогда перепугу было столько на ее лице, что думал, девочка навсегда забросит холодное оружие и не возьмет больше в руки. Но, видимо, отошла. Она проводит пальцем по шраму, аккуратно, будто он может снова начать кровоточить.
В ее глазах появляется сожаление. Видимо, малая вспомнила, как я его заработал. Хотя она тогда тоже получила от меня. Смачно тогда шлепнул по попе. Впервые позволил себе что-то настолько откровенное.
Ей тогда лишь исполнилось пятнадцать, и она не догадывалась, какие мысли постоянно крутились в моей голове. Похоже, и в свои девятнадцать не подозревает. Но я это исправлю.
Узнает обо всем. Слишком долго сдерживался.
– Лиз, – наклоняюсь к уху и шепчу, – готов терпеть отметины на всем теле, лишь бы ты была в безопасности. Нож должен быть всегда с тобой. Здесь слишком много продажных охранников и своих муток. Не нужно было тебе сюда приезжать. Если возникнут проблемы, сразу иди ко мне. Плюй на прикрытие, которого, по сути, и нет, и говори, что подо мной. Часть подонков отпадут сразу, а со второй я справлюсь.
– Я уже взрослая и привыкла решать свои проблемы в одиночку, – хватаю за волосы и сжимаю у основания, показывая, что отказ не приму. – Ладно, обращусь в крайнем случае.
– В любом!
– Отпусти меня, Макар, и… не нужно больше приставать.
Отстраняюсь, а она прячет взгляд.
– Не нужно, говоришь? Это уже не тебе решать, малая!
– И как ты узнал, что я приехала?
Неожиданно. На самом деле не знал. Сюрприз.
– Решил посмотреть на новую медсестру. Посмотреть, как на ней сидит халатик.
Жду реакции. Ну же, малая, покажись. Раскройся. И она расцветает во всей красе. Ребром ладони ударяет по кадыку, намерено рассчитывая силу. Отхожу на шаг, а она впивает в меня свой яростный взгляд:
– Не прикасайся ко мне. Никогда! Жди настоящую шлюху!
Лиза кричит, выдавая себя с потрохами. Самодовольно ухмыляюсь, пока она негодует и, развернувшись, идет к двери. Ловлю возле и прижимаю к стене лицом.
Отвешиваю смачный шлепок по попке, отчего принцесса начинает вырываться. Но хватка у меня нормальная. Своего не отпущу.
– Не ревнуй. Шлюхи закончились с твоим приходом. Будешь их всецело заменять, пока я не пойму, какую ты больше всего любишь позу.