– Мда… Непорядок!
Глава 13. «Рояль» который утонул, а потом всплыл
…Подходя к кузнице и дому Клима, ещё издали учуял характерный тухлый запах: вяленная рыба сушилась на его дворе где только можно и даже там – где никак нельзя, а вокруг неё роились полчища мух.
– Фу, фу, фу… Какая вонь, – зажимаю нос, – Клим! Да, куда ты её столько наловил?!
Хотя и представлял масштабы – Кузька рассказывал и изредка что-нибудь передавал «от дядьки Клима», но…
Вот заставь ду… «Альтернативно одарённого», Богу молиться!
Во дворе, куда не кинь – везде чехуя, чехуя, чехуя… Плавательные пузыри… Кот на крыльце растянулся – поперёк себя толще, как будто задрав ему хвост – его через задницу насосом надули.
Тот, скалит весело нетронутые кариесом зубы:
– Хахаха! Видать, в тебе глист какой есть – раз рыбьего духа не переносишь!
Однако, экземпляры какие… Лещи со сковородку, сазаны – ё-моё… Даже обычная плотва и та – с кирпич размером! «Там», только по «Дискавери» таких видел – самому не ловилось.
– Нет, ну зачем ловить – если сожрать всё одно не можешь?
– Да, чтоб ты понимал… Азарт, понимаешь!
– Не, я всё понимаю… Но это уж, слишком! Ну раздал бы соседям, что ли.
Из дверей выходит жена Клима и:
– Соседи от тебя скоро разбегутся, Ирод чешуйчатый!
– Молчи, баба – тебя никто не спрашивает.
– Да, чтоб ты околел – вместе с твоей поганой рыбой! – плюнула та и ушла снова в дом.
Посмеявшись, Клим пригласил в дом «на уху»:
– Не смотри – что ругает: готовит моя Глафира Петровна, просто – язык проглотишь!
Действительно, уха мне понравилась – густая, аж ложка стоит как в студне. Далее была рыба жаренная – тоже неплохо, потом ещё что-то рыбье…
– А вот смотри – икра сазанья, – нахваливает хозяин, – да с чесночком!
– А как же «головы щучьи с чесноком», – вспоминается бессмертное, – «хищник» разве в ваших краях не водится?
Отмахивается с досадой:
– Не… На твои крючки и леску щука не ловится – здесь блеснить надо или жерлицы ставить. Ешь, что дают и не привередничай!
– Да, нет уж – спасибо! Я уже как садок во время жора – «полный» твоей рыбы… Посмотри – из зада у меня хвост не торчит ещё? Хахаха!
– Хахаха! Нет, всё же есть в тебе какой-то глист. Чёрт с тобой, не хочешь – уговаривать не стану… Глафира!
– Чего тебе, судак белоглазый?
– Не лайся, глупая баба, а тащи самовар.
По прошествии времени на столе «материализовался» исходящий паром самовар, с фарфоровым заварником сверху и вновь появившимся на столах у населения колотым сахарком. Сахар в эти времена потребляли «вприкуску», а продавался он «колотым» – большими кусками то есть и, приходилось перед индивидуальным употреблением специальными щипчиками откусывать от них маленькие кусочки. Это скажу вам – занятие не из лёгких… Иногда, в полумраке было заметно – что аж голубоватые искры летели!
За чаепитием, я не стал долго тянуть кота за хвост и перешёл к цели своего визита:
– Как мои крючки, целы?
Сокрушённо вздыхает:
– Один уже сломался – даже не представляю, что там за «Титаник» зацепился!
– Может – коряга?
– Да, нет – если за корягу, я ныряю и отцепляю… А тут…
Клим выпучил и без того слегка выпуклые глаза:
– Как вдруг повело… Да, как дёрнет – у меня чуть удилище из рук не вылетело! Потом вдруг, как отпустит – я ж на жоп….пу сел… Глядь – МАТЬ ТВОЮ(!!!), а жало крючка обломано.
– Ну, не беда – у тебя ещё есть.
– Ну и то верно…, – помолчав, спрашивает, – а у тебя? У тебя, что есть ещё, Серафим Фёдорович?
– У меня много чего есть. Зимние блесны, например – по льду в отвес хищника ловить.
– А леска потолще?
– Есть и леска – почему бы ей не быть?
Сглатывает слюну и молчит, зависнув.
Итак, наконец под чаёк «вприкуску» – как бы невзначай, «закидываю удочку»:
– Хочу вот сам попробовать порыбачить…
Тотчас оживает:
– Так в чём же дело?! Хоть счас пошли… Или поехали – телегу свою возьму.
Конкретизирую:
– Завтра с утра отвезёшь на Лавреневский карьер, Клим?