Так, что за чудеса, что за магия или какое-то волшебство? Нет, отвечает нам всё тот же письменный источник:
«Всё это, конечно, не из-за какого-то там волшебства, а из-за особого сорта руд, плавки и выделки чугуна и железа древесным топливом. В здешней железной руде, а тем более – в древесном угле очень мало вредных примесей, вот и получается такой дивный результат!»!
Ну, здрасьте!
На древесном угле в то время, чугун плавили все без исключения металлургические заводы России и не только её… Однако, ни у кого такого замечательного результата замечено не было.
Насчёт «особого сорта руд», вообще смешно! «Лимонит» – он же болотная руда или бурый железняк, неизбежно имеет в достатке как раз одну, но очень неприятную «вредную примесь» – фосфор. Возможно для чугуна это не имеет принципиального значения – тот и без того хрупок, а вот «переделочному» железу из того чугуна, фосфор придаёт хладноломкость – способность трескаться при нормальных условиях. Для крестьянского ширпотреба и, возможно для чего-нибудь «военно-бюджетного», такое железо ещё пойдёт… А вот для изготовления серьёзного холодного оружия – железо закупали в Швеции, а булатную сталь в Персии. Лишь перейдя на уральский красный железняк и освоив тигельную плавку трудами выдающегося русского металлурга Аносова – в середине 19 века, в России стали изготовлять нормальную оружейную сталь.
Так, что? Слухи о выдающихся свойствах выксунского чугуна – фейк?
В первую же неделю моего «попадания» – когда я больным лежал в доме Отца Фёдора, много гостей-посетителей заходили «на часок» посмотреть и послушать «нового» человека – тем более, таким чудесным образом вернувшегося – чуть ли не «с того света».
Заходил несколько раз, пока сам окончательно сам не слёг от многочисленных – сопутствующих преклонному возрасту «болячек» и, Георгий Тимофеевич Доможилов – самый пожалуй старейший житель Ульяновки. Лет ему было…
Даже не скажу сколько – ибо, он сам их счёт не знает!
Может быть и восемьдесят, а может быть и все девяносто… Если, конечно – не сто.
Георгий Тимофеевич был родом из потомственных рабочих-крепостных братьев Баташёвых. Его отец дослужился своим собственным умом до мастера и, ещё задолго до отмены «крепости» смог выкупиться и стать вольным вместе с семьёй.
Конечно, местный старожил-долгожитель был несколько неадекватен из-за прожитых лет, подслеповат и частично глуховат… Но конструктивно общаться с ним вполне можно было.
К моему удивлению, он подтвердил слух о выдающихся свойствах местного чугуна:
– Сжимаешь бывало чугунную стружку в кулаке – она сминается как вата, а потом распрямляется…
Судя по виду, с каким он показывал этот «процесс» своей морщинистой, покрытой пигментными пятнами старческой рукой – Георгию Тимофеевичу не раз приходилось это проделывать воочию и, весь мой скепсис – тотчас как рукой сняло. Правда, он запротестовал от самого названия:
– Не «выксунский», а – «ульяновский чугун», коль на то пошло. В Выксе и других баташёвских заводах, обычный – «передельный» чугун плавили. А потом в вагранках нашим «разбавляли» – коль литейный чугун был потребен…
Эге… Так получается Ульяновский завод – являлся неким «древне-ферросплавным»?!
– …Весь Санкт-Петербург в наших отливках – на какие ворота или забор не посмотри – везде ульяновское литьё. Коней чугунных для московской Триумфальной арки мой отец самолично отливал, а потом ездил в Первопрестольную их устанавливал. Мытищинский водопровод и фонтаны – тоже из нашего чугуна лились. А выксунский чугун только на ядра и в переделку на железо и, шёл! Ну, или же – на сковородки, котлы, вьюшечные дверцы, решётки…
Понятно: большинство выплавленного здесь чугуна шло на художественное литьё – а кто обратит внимание на выдающиеся качества забора?! Только пробегающий мимо пёс – когда ногу задерёт.
Стоит – не падает и, ладно.
– А почему тогда ульяновский чугун перестали выплавлять?
Тот, только руками развёл:
– Агличанка нагадила!
Я аж, в ухе пальцем поковырялся – не ослышался ли! Оказывается нет – довольно обиходно-расхожее когда-то выражение.