– Это, не подскажите, каким же образом? Вы хоть понятие имеете, как сложно получить эти металлы в чистом виде, чтоб их легировать в чугун? Да, титан и цирконий наблюдаются в значительном количестве, но только в виде тех же карбидов…
Я несколько напрягся и облегчённо вздохнул, когда профессор Чижевский закончил:
– Как впрочем и другие легирующие добавки в чугунах – хром, ванадий, марганец, молибден, вольфрам.
Вдруг, мой собеседник как будто решаясь сказать об чём-то «сокровенном» после долгих раздумий, склонившись к моему уху полушёпотом:
– В вашем шлаке присутствует какой-то доселе неизвестный науке химический элемент…
– Вот, как?!
– Определённо, это так.
– И Вы сможете…
Разводит руками:
– Увы… Но без специальной лаборатории, оборудования и приборов я бессилен.
Пошвыркали в полном молчании чай с кубиками фруктового сахара вприкуску… С грехом пополам вспомнил график «углерод-железо» и, может от этого, меня осенило ещё одной безумной идеей:
– А, вот скажите, уважаемый профессор…
Насмешливо смотрит поверх очков и ухмыляется в жидкую бородёнку:
– Всегда к вашим услугам, молодой человек.
Тщательно подбирая слова, говорю:
– Некоторые легирующие элементы в расплавленной стали тоже образуют карбиды… Так?
– Вы хотите спросить, что будет – если ввести в расплавленный металл уже готовые карбиды титана и циркония? Получится ли при этом легированная сталь?
– Ну, да!
– Категорически нет, – заявляет категорически, – это невозможно!
– Профессор! Вы сами только что – на примере ульяновского чугуна, подтвердили что иногда – «невозможное возможно»! Какая разница: легирующие элементы превращаются в карбиды в стали или они уже готовыми в неё вносятся?
Кряхтит… Сняв и без того зеркально чистые очки, протирает их чуть ли не скрипом носовым платком и снова одев, смотрит на меня как на дурака:
– Вам очень долго учиться надо, молодой человек – чтоб хотя бы правильно задавать вопросы… Ну, не знаю… Кроме всего прочего, чтоб получить качественную сталь, её необходимо раскислять, удалить водород… Много ещё чего надо!
– Это уже другая тема…, – настаиваю, – а, всё же?
Глубоко задумывается и как-бы в натяг отвечает:
– Трудно, так сразу сказать: здесь нужны расчёты специалистов-металлургов, специальная хорошо оборудованная лаборатория, штат сотрудников, годы экспериментов…
– А если я Вам это всё предоставлю? – закидываю «удочку», – или Вы предпочитаете и дальше учить своих студентов – большинство из которых и читает то, по складам?
Последовала долгая «многоэтажная» матерная тирада – не ожидал я, что такой интеллигентно выглядящей уже довольно не молодой человек – так умеет витиевато выражаться!
Вот что я вкратце услышал, если убрать «междометия» из его бурной речи.
Летом 1921 года большевистское руководство было настолько обескуражено и удручено последствиями военно-коммунистической политики в Поволжье, что некоторое время заигрывало с интеллигенцией. В частности в Нижний Новгород зачастили некоторые – наиболее либерально относившиеся к ней, руководители из высших эшелонов РКП(б): Луначарский, Красин, Каменев… Был образован «Всероссийский комитет помощи голодающим», где старым спецам-интеллигентам разрешили пиз…
Более-менее свободно разговаривать.
Однако «роман» оказался недолог!
Репрессивный аппарат оправился от первоначального шока и заработал в привычном ему режиме. Комитет, получивший за глаза название «Прокукиш», был распущен и начался новый этап политических репрессий в отношении интеллигенции апофеозом которых, стали знаменитые «философские» пароходы. Мой собеседник, пытавшийся сплотить старую профессуру и студентов к восстановлению «академических свобод», проводив многих своих знакомых – тоже чуть было не оказался на одном из них…
С одной стороны жаль, конечно. А с другой стороны – поделом вам!
Российская интеллигенция, названная неким лысым выходцем из неё же – «гов…ном нации» (прав он или нет – спорить не буду), всегда была в оппозиции к правительству – что перед 1917-м годом, что перед 1991-м. Раскачивали как могли и без того дырявую лодку государственности – пока она не перевернулась верх килем… Ну так, получите результат и распишитесь!
Что скулим, то?
– Извините…, – несколько успокоившись, – знаете ли, наболело за всё это время! Постоянно проводятся чистки студенческой среды от классово чуждых элементов, а взамен такие приходят. Понимаете, да?!