Обиженно надула губки бантиком:
– Почему, это сразу «блудница»? «Целомудренная» – как и прежде девушка… Желаешь проверить?
Сказать по правде, от сердца как-то разом отлегло – хотя не подав вида и, проигнорировав заманчивое предложение, пробурчал:
– Ну, хоть что-то радует с тех пор, как наш Ильич занедужил.
– Хотя, конечно, этот алкаш меня всю облапал.
Она обеспокоенно пересмотрела некоторые детали своего туалета, даже не поленившись задрать для этого передо мной юбку.
– Вот, видишь? Даже синяк на ляжке оставил…
Ух, ты! Да, у неё новое бельё и судя по всему – из «самого Париджу».
Внимательно рассматриваю какое-то пятнышко на внутренней стороне бедра её ножки… Изрядно преувеличивает, конечно, но всё равно:
– Он так «высоко» тебя лапал? Скотина.
Презрительно поморщилась:
– И, целуется… Этот перегар и вонь гнилых зубов… Тьфу!
– Только не говори маме! Это разобьёт её сердце.
Покраснев:
– Моя мама – женщина современная и, она знает что я уже – не маленькая.
Отмахиваюсь:
– При чём тут ты? Не говори Надежде Павловне о том, что её кумир – такая скотина с вечным перегаром и гнилыми зубами.
– Ладно, не скажу – пусть для неё это будет «приятным» сюрпризом.
Теперь, ответный вопрос:
– А как там «наша» Лиля Брик?
Ставлю свой охолощённый «Винторез» – против последнего дырявого лаптя из Рязанской глубинки:
ОНА МЕНЯ РЕВНУЕТ!!!
Пожимаю плечами и безразличным голосом:
– «Лиля как Лиля». Посидели у неё дома, поговорили о здоровье наших общих знакомых и, потом расстались… Надеюсь, что друзьями.
Однако, отделаться просто так не удалось:
– Она затащила тебя в койку?
Поднимаю на неё глаза и говорю как можно строже:
– Обычно я не сплетничаю на эту тему с юными особами! Но тебе, так уж и быть скажу: до «койки» мы с ней не добрались – не сойдясь во взглядах на поэзию. После чего я ушёл, вежливо попрощавшись и надеюсь – наши с неё пути уже никогда не пересекутся.
Та, как в испуге прикрыла рот ладошкой:
– Ты отказал САМОЙ(!!!) Лили Брик?! Мне про неё ТАКОЕ(!!!) рассказывали, я уж думала – ты у них там жить останешься. Ээээ… Третьим мужем. Составишь по обыкновению своему «график» – как при ремонте «Бразье» и, будете её «любить» по очереди.
Сделав знак, типа «ага, счас, обрадовались»:
– Ладно, завязали на блядскую тему, переходим к финансовой… Кроме «синяков» от Есенина на ляжках, тебе есть чем передо мной похвастаться?
– А куда они денутся, как ты говоришь – «с подводной лодки»?!
Порывшись в новенькой кожаной сумочке, явно не производства какой-нибудь артели из Подлипок, достаёт документы и несколько хвастливо:
– Теперь, я совладелица кафе «Стойла Пегаса»! Вот, заверенная доверенность на долевое участие на имя моей мамы, а вот…
Рассматривая по своей сути акции этого предприятия общепита, я не перестаю восхищаться:
– Ты бы знала, какая ты молодец, моя девочка!
Та, обнимает меня сзади за плечи и, почти облизывая моё ухо, горячо шепчет в него:
– А конфетка где? «Конфетка» маленькой девочке, за то – что она «молодец»…
Делаю морду дубовым топорищем:
– Как, «где»? На кухне и чай там ещё не остыл.
Однако, так просто от неё не отделаешься:
– Серафим! Лиля Брик – далеко уже не девственница и, тем не менее – вертит «султанами» как хочет…
Пришлось отложить бумаги в сторону и повернуться к ней лицом – для «серьёзного» разговора:
– Елизавета! Как она ими «вертит» – я тебе уже…
Однако, она не дала мне договорить – впившись в мои уста своими. Не… Серьёзного разговора у нас сегодня не получится.
– Я, хочу как «тот раз», Серафим! – умоляюще смотрит в глаза, – ну пожалуйста…
Непроизвольно начинаю не спеша раздевать её, чувствуя что начинаю терять контроль и, тем не менее:
– Я по-моему, уже рассказывал для чего девушкам – иногда бывают «полезны» их собственные нежные пальчики… Ты пробовала, ослушница?
«Ох и, заварили мы с ней кашу – как интересно, расхлёбывать будем?».
Стонет в начинающейся сладкой истоме:
– Это, совсем не «то», Серафим…
Медленно раздев её, сняв последовательно верхнее платье и бельё, хочу поцеловать упруго торчащие в разные стороны груди, но принюхиваясь – брезгливо отвращаюсь: не столько возбуждающе пахло её потом – как смердело табащищем, винищем и чужим «мужским духом». Это меня несколько отрезвило, иначе…
Отстранившись, говорю:
– Лиза… В ванной вроде есть вода – правда, чуть-чуть тёплая.
Та, аж упорхнула как мотылёк: